Мелина и забытая магия - Сюзанна Миттаг

Через некоторое время она уже задыхалась от быстрого бега в попытках не отстать от Танна. Неужели он сразу не мог предупредить её, что у них тут соревнование намечалось?

– А нам обязательно идти до Модоры пешком? У вас тут нет лошадей? Можно было бы на них…

Танн рассмеялся.

– Лошади? Вы в своём мире ездите на лошадях?

Мелина задумалась на некоторое время, не рассказать ли ему об автомобилях и самолётах, но решила не делать этого.

Впервые за их поход Танн обернулся к ней, явно возмущённый.

– Это невозможно! Никто не может прикоснуться к этим детям грома и молнии. Кроме ведьм, разумеется.

– Значит, вы боитесь лошадей? – удивлённо спросила Мелина.

– Может, в вашем мире лошади и вялые, – резко ответил Танн, – но здесь они быстрее ветра и опаснее огненного шторма.

Мелина поспешно отвела взгляд. Лучше уж помалкивать, а то всё как-то невпопад получалось… Она только очень надеялась, что они как можно скорее выйдут из леса и доберутся до этой Модоры. Впрочем… что с ней могло случиться в компании монстра?

Погоня

В доме волшебника Салиуса всё шуршало, скрипело, шипело и царапалось. Животные ни минуты не сидели на месте, и к подобному концерту жители дома давно привыкли. В большей части дома царила темнота с тех пор, как Танн и Мелина покинули его. Только для животных был оставлено слабое свечение, напоминающее лёгкие сумерки – оно не гасло никогда. А на стене с вратами миров всё ещё светились тонкие магические линии, блокирующие проход. Так должно было быть до возвращения мастера. Но внезапно левый квадрат ярко засветился. Голубой мрамор потускнел, открывая взгляду абсолютно чёрный мир.

Шуршание, скрипы, шипение и царапанье в доме стали громче. Животные нервно метались по своим клеткам из угла в угол, чувствуя, что приближается что-то чужеродное. Затем по дому пронёсся грохот, и на мгновение в клетках воцарилась мёртвая тишина. Все замерли, прислушиваясь к звукам, доносившимся из коридора. По гладкому мрамору царапали чьи-то когти, а потом прикрытая дверь распахнулась настежь.

Что-то тёмное остановилось в дверном проёме. Оно было чернее безлунной ночи, и казалось, что в его присутствии нужно сейчас же погасить свет. По очертаниям оно напоминало крупную хищную кошку, и всё же оно было обычной тенью. Существо поводило носом, принюхиваясь, бросилось к двери мимо дрожащих животных и выскользнуло наружу в едва приоткрытую щель. Так могло сделать только бестелесное существо.

Перед выходом теневая кошка, казалось, на миг растерялась: дверь была заперта, и щелей, сквозь которые она могла бы просочиться, не было. Но колебалась она недолго. Она сделала плавный шаг, и уже в следующее мгновение дверь с грохотом упала в траву снаружи. А тёмный зверь легко перепрыгнул через деревянное полотно и, пригнув голову к земле, побежал через луг к лесу.

Деревня собирателей

Мелина постепенно приспособилась к шагу Танна. Она была худой, но не такой высокой и крепкой, как он, а уроки физкультуры считала издевательством и пыткой. Поэтому-то она далеко не сразу зашагала с Танном в ногу. Вскоре она даже смогла говорить во время быстрой ходьбы, при этом не задыхаясь. Они меж тем уже шли бок о бок друг с другом.

– Как ты стал учеником волшебника? Твои родители тоже волшебники, да?

Танн фыркнул.

– Нет. Будь это так, мне было бы гораздо легче. Мои родители – лесорубы, и я сам тоже.

Мелина удивлённо посмотрела на него. Это многое объясняло – ещё в хижине он показался ей неуверенным и неуклюжим, как утка на берегу. А вот в лесу он, наоборот, шагал смело, бодро и без малейшего усилия – как будто родился здесь и знал каждый камешек и каждую тропинку.

– И почему ты больше не лесоруб?

Танн зарычал.

– А что, все люди так много болтают?

Мелина прикусила губу. Она снова сказала что-то не то? Но через некоторое время Танн прочистил горло и пояснил:

– Я боган. Это и означает «лесоруб». Мы просто не можем стать кем-то ещё. Деревья, которые мы рубим, – особенные, они волшебные. Их можно срубить всего одним быстрым и точным ударом специального топора. Ещё раз подчёркиваю – всего одним. Если этого не сделать, древесина станет непригодной для использования, и всё дерево погибнет.

– Звучит как-то утомительно, – заметила Мелина. – Даже скучно, если рассматривать это в долгосрочной перспективе.

Танн издал звук, очень похожий на смех.

– Вот и я так считал. Только, к сожалению, меня не поняли ни мои друзья, ни мои родители. Боганы очень гордятся тем, что они делают.

– Но при этом ты сам не можешь окончательно отпустить своё прошлое, – задумчиво рассуждала Мелина. – Топор по-прежнему при тебе. Или ты теперь используешь его… как оружие?

Танн покосился на неё с осуждением.

– Как оружие? Ни в коем случае! Это же топор ветра!

Когда Мелина вопросительно посмотрела на него, он продолжил:

– Он из пещеры ветров, места, окутанного тайнами и загадками. В ней лишь ветер подтачивает топоры до тех пор, пока они не станут настолько острыми, что с лёгкостью разрубят волшебное дерево. Иногда процесс занимает более ста лет, – и с гордостью в глазах он добавил: – Боганы – не простые лесорубы, наше ремесло – истинное искусство.

– Возможно, и так, – кивнула Мелина, – но что плохого в том, что один из вас хочет стать кем-то другим?

Танн тяжело вздохнул, втянув воздух через зубы, так что послышался негромкий свист.

– Святые ледники! Да для любого богана-отца это худшее, что только может случиться с его сыном. Я всегда хотел путешествовать по миру, открывать новые места, стать кем-то особенным, в конце концов, – таким, как волшебники, которым я поставлял дрова. Однажды я познакомился с мастером Салиусом, и он предложил мне стать его учеником. Видела бы ты взгляды других юных боганов.

– Но ты… счастлив сейчас? – осторожно поинтересовалась Мелина.

Танн помедлил.

– А это так важно? Я выбрал свой путь и иду по нему.

Мелине подумалось, что что-то явно пошло не так, как рассчитывал Танн, и именно поэтому ему не хотелось об этом рассказывать.

– А где сейчас твой мастер? – спросила она. – Часто он тебя одного оставляет?

– Так надолго – впервые, – со вздохом признался Танн. – Пять дней назад прибыли посланцы короля. Они передали Салиусу приказ, что всем волшебникам необходимо немедленно прибыть в Ледяной дворец. Надеюсь, ничего серьёзного.

Некоторое время они шли молча. У Мелины болели ноги, и она чуть