Темный охотник #14 - Андрей Розальев

полу даже пыли не было. Зато имелись следы от растаявшего снега с чьих-то ботинок, а ещё старая разваливающаяся мебель. Но и всё. Никакой лавкой даже не пахло. Хотя нет… в дальнем конце пустой комнаты, на полу валялись бумажные деньги, явно крупные купюры.

— Стойте, — приказал Фирсов и набрал номер на телефоне. — Бригаду криминалистов со сканером ко мне. Да, Хитровка. Жду.

— Да что же это такое, Василий Фёдорович? — Евдокия сделала шаг назад. — Я что, схожу с ума?

Она уже всерьёз подумывала разрыдаться, но обернулась и увидела кулинарию. Ни слова не говоря, она бросилась туда, едва не попав под машину, ворвалась в затрапезное заведение и, растолкав небольшую очередь, протиснулась к прилавку.

— Я у вас здесь позавчера была? Что покупала? — почти заорала она.

— Ваше Сиятельство, позвольте… — опешивший продавец сделал шаг назад.

— Сиятельство? — от дверей спросил Фирсов. — Откуда знаешь?

Продавец только что не присел от страха, сходу сообразив, что попал в неприятности.

— Так это… — заговорил он скороговоркой, — Её Сиятельство давеча здесь были, подкрепиться изволили, я ещё очень удивился, её японец сопровождал, в чёрной броне, с гербом Черновых. И на пальце радужное кольцо. К нам абсолюты не каждый день заходят, а герб Черновых ныне каждый знает! Я и решил, что абсолют абы кого сопровождать не станет, значит княгиня…

— Логично, — хмыкнул Фирсов. — И чего Её Сиятельство заказывала?

— Беляши, чебуреки, пирожки, — принялся перечислять продавец. — А японец тот пирог мясной взял. Только чай пить не стал, сказал что это моча, а не чай, и потребовал кофе сварить.

— А напротив вас здание давно заброшено? Никого там не видели? — на всякий случай спросил граф.

— Да уже давно, — закивал продавец. — Никак нет, никого не видал! А вы беляшиков будете?

— Буду, дайте два, — Фирсов дождался, когда беляши подогреют, расплатился карточкой. — Держите, Евдокия Анатольевна.

— Я же на диете! — возмутилась та.

Граф чуть насмешливо оглядел фигуру довольно стройной женщины.

— Один беляш вам не повредит. Ешьте, надо. Приятного аппетита.

Вся очередь, прижавшись к стенкам, смотрела, как эти двое странных аристократов дегустируют выпечку. То, что мужчина из Тайной Канцелярии, все присутствующие поняли сразу. И уже мысленно вспоминали, кто где проштрафился, и сколько лет им светит. Но канцелярский, с явным удовольствием расправившийся с беляшом, никого арестовывать не торопился.

— Ну как, — посмотрел он на спутницу.

— Я определённо помню этот вкус, — кивнула Евдокия. — Но я не помню, как сюда заходила. Хотя помню, что заходила… Но не помню… Как так, Василий Фёдорович?

— Сейчас узнаем, — пообещал он.

На улице раздались сирены, и через несколько секунд напротив остановились полицейские машины, а вместе с ними и несколько обычных, но тоже с мигалками. Когда граф выглянул на улицу, там уже суетились его люди, одни перегораживали дорогу, другие просили случайных прохожих повременить с проходом. Кто-то бросился бежать, его догнали и повалили на грязный снег.

— Криминалистов туда, трёх человек сюда, — распорядился Фирсов. — Всех кто в кулинарии и в соседних зданиях опросить на предмет заброшки. Рапорт мне лично через час.

— И что мне дома не завтракалось⁈ — бросил в сердцах кто-то из очереди. — Поел круассанов, блин, чтоб они пропали!

Граф вместе с Евдокией вышли на улицу. Подумав, Фирсов набрал Розу.

— Фирсов. Соедините с Кимури, пожалуйста.

Японец ответил быстро. Да, сопровождал, да, купили, да, пообедать в кулинарию заходили, место дрянь, но есть очень хотелось.

— Граф, я не знаю, почему вы об этом спрашиваете, — Кимури замолчал, будто задумался, — но что-то там не так. Мне не понравилось это место, но я не могу объяснить, чем.

— Вы ведь были в служебной броне?

— Да.

— На ней ведь есть камера? — вспомнил Фирсов.

Он уже думал о камерах, но это Хитровка, здесь камеры ставить не принято. Попадёт на запись кто-нибудь, кого не стоит записывать — и потом проблем не оберёшься.

— Есть, граф. Архив должен быть на сервере. Я могу посмотреть. Вы хотите запись того, как Евдокия Анатольевна покупала компас?

— Да, Кимури-сан. Продавец мне не понравился.

— Мне тоже… и я не могу вспомнить его лицо. Запись будет у вас настолько быстро, насколько возможно.

— Благодарю, — Фирсов сбросил вызов и убрал телефон в карман.

Евдокия смотрела на него полными ужаса глазами.

— Это что, из-за компаса? — дошло до неё.

— Кто-то вам его подбросил, и я даже догадываюсь, кто.

Граф вытащил из коробочки сигару и закурил. Не лучшая идея была переходить на сигары, но сигареты как-то перестали в последнее время прочищать мозги.

Минут через пять телефон пиликнул.

В сообщении, присланном с незнакомого номера, было всего одно слово и видеозапись.

На видео, небольшом отрывке, чётко было видно, как Евдокия подходит к заброшке, как заходит внутрь, как разговаривает о покупке компаса. В пустом промёрзшем насквозь здании, сама с собой она говорила так, будто слышала ответы. Компас она взяла с какой-то старой тумбочки, и больше из рук не выпускала. А вместо компаса бросила на пол десяток крупных купюр.

Граф затянулся, потом показал видео Евдокии. Ту от увиденного начало потряхивать.

— Вот почему вам с Кимури-сан так резко захотелось есть.

— Почему? — не поняла Евдокия.

— На вас было оказано мощное ментальное воздействие, — объяснил Фирсов. — Настолько мощное, что у вас даже тени сомнения не возникло, что здесь что-то не так. Ладно у вас! Даже Кимури ничего не заподозрил, а он так-то абсолют и маг вне категорий, представляете?

— И кому это понадобилось? — сглотнула Евдокия.

— Вот кому, — Фирсов подождал, пока видео закончится и показал последний кадр.

Там камера уже смотрела в сторону кулинарии через дорогу. Но тут мимо проехала наглухо затонированная машина, и в чёрном зеркале окон на миг мелькнула ещё одна фигура, нигде до этого не попавшая в кадр.

Высокий сгорбленный человек в чёрном балахоне.

Падший.

Глава 3

Главный вопрос

— Он замёрз, да? — спросила Яна. — Как тогда, когда ты его только нашёл?

— Ага, замёрз, — кивнул я.

— А если попробовать его отключить и снова включить? — предложила девушка. — С компьютером помогает, когда он виснет.

— Это не компьютер, но попробуй, — разрешил я.

Мы открыли «аппаратную» двумя ключами, и Яна повернула плиту.

Ничего не произошло, разлом не отреагировал.

— Дерьмово, — сделал я вывод.

— Это сильно плохо? — на удивление спокойно спросила Яна.

— Ну так, средне, — вздохнул я. — Выбраться мы выберемся, но есть риск потерять разлом.

— А почему это произошло?

— Сама как думаешь? — мне стало интересно, до чего наша умница догадается.

— Хм… ну не сам он замёрз, это явно, — начала рассуждать Яна. — Можно было бы допустить такое, если