Леди и Ведьма против всех - Тоня Рождественская

Пайетт хмыкает.

— А ведь вы правы, мисс Эверет, — улыбается он.

— Вот именно, — добавляет Ториан, ничуть не смутившись. — Но вы этого не умеете. Все что вы можете, это давать путанные намеки, которые можно трактовать, как угодно!

И почему мне кажется, что речь сейчас идет вовсе не о расследовании преступлений?

Кажется, и Бруно думает также, потому что он достаточно спешно говорит.

— В любом случае, мы, конечно, заберем его в участок. Неплохая работа мисс Эверет. Хотя, может быть, это место может рассказать вам еще что-то?

Я делаю вид, что напрягаюсь, а затем качаю головой.

— Нет… нет… — говорю, делая вид что все еще прислушиваюсь к чему-то. — Пока что духи молчат…

Ториан снова закатывает глаза. И, на самом деле, я сделала бы тоже самое, если бы, конечно, не была гостьей из другого мира, запертой в теле ведьмы.

— Может быть, нам проследовать на другое место преступления? — предполагает Пайетт.

Только не это, испугано вздрагиваю я. Кэтрин все еще не появилась, а с меня вполне достаточно и одного спектакля.

— Господа, — говорю я, пытаясь звучать максимально внушительно. — Если вы позволите, я бы хотела закончить на сегодня, в конце концов, ночка выдалась весьма трудной.

— Да, разумеется! — говорит Бруно. — Вы столько всего пережили!

Ты даже не представляешь себе сколько, красавчик!

— Позвольте отвезти вас домой?

Я киваю. Это то, что нужно, учитывая, что я даже не представляю, где находится мой дом.

— Какой адрес? — спрашивает Пайетт, заставляя меня глупо тянуть что-то похожее на «Ааааааааа…»

Но тут очень удачно встревает Беккер, холодно открывая передо мной дверцу экипажа.

— Пристли-роуз, шесть дробь один, — говорит он, как-то странно глядя на меня.

Все-таки, оказывается, от него есть хоть какая-то польза. И все же, почему мне постоянно кажется, что он уже давно понял, что я — вовсе не Кэтрин, и теперь просто пытается заставить меня признаться?

— До свидания, мисс Эверет, — добавляет он, когда мы с Пайеттом загружаемся внутрь.

— Вы не едете? — удивленно интересуюсь я.

— Нет, у меня есть другие дела, — отвечает тот.

Странно, почему я ощущаю некоторую досаду?

— Тогда… до завтра, мистер Беккер, — протягиваю я ему руку.

Наши пальцы соприкасаются, и мир вокруг внезапно меркнет, растворяясь в водовороте чужих воспоминаний…

Глава 7

Воспоминание

…Полумрак кабинета. Поздний вечер. Кэтрин склонилась над столом, изучая разложенные перед нею карты. Пламя свечи отбрасывает причудливые тени на её лицо. Беккер стоит совсем близко — настолько, что она чувствует тепло его тела.

«Уже поздно, — его голос звучит хрипло и низко, слегка отдаваясь эхом в стенах пустого помещения. — Тебе давно пора домой».

«Еще немного», — Кэтрин встает и поворачивается к нему, отчего их лица оказываются в опасной близости друг от друга.

Воздух между ними словно наэлектризован. Беккер медленно поднимает руку, убирая выбившуюся прядь с её щеки. Его пальцы задерживаются, едва ощутимо касаясь кожи.

Она подается вперед, и его рука скользит на её затылок. Их губы почти соприкасаются, но в последний момент он едва заметно проходится по ее скуле, перемещаясь к уху и оставляя после себя горячий след.

Я чувствую, как по телу бежит волна возбуждения, словно это вовсе не Кэтрин, а я сама сейчас нахожусь во власти этого мужчины.

«Кэтрин…» — выдыхает он её имя как молитву.

Его сильный торс прижимает девушку к столу, и ей некуда бежать, она зажата в этой донельзя притягательной ловушке. Но она и не хочет никуда убегать, а послушно разводит ноги в стороны…

Видение обрывается так же внезапно, как началось. Я моргаю, пытаясь прийти в себя. Сердце колотится как безумное, щеки пылают, а во рту пересохло. Боже, это было… это было…

— Мисс Эверет? — голос Беккера возвращает меня к реальности.

Он все еще держит мою руку, и от этого прикосновения по телу разбегаются будоражащие мурашки.

— Я… все в порядке, — выдавливаю, резко отдергивая ладонь.

Но это ложь. Я совершенно не в порядке. Потому что теперь я знаю, каково это — чувствовать его прикосновения, слышать, как его дыхание становится прерывистым, видеть, как темнеют от желания его глаза…

— Вы уверены? — Бруно придвигается ближе, и я даже благодарна ему за это вмешательство. — Мне кажется, вы побледнели!

— Просто… голова закружилась, — бормочу я, усаживаясь глубже.

Как, черт возьми, смотреть теперь Беккеру в глаза?

А он словно чувствует мое смятение. Его взгляд становится острым, изучающим. Неужели догадывается? Или, может и сам вспоминает нечто подобное? От этой мысли краска снова предательски приливает к щекам.

— Может, вам нужно обратно на воздух? — в голосе Беккера проскальзывают бархатные нотки, от которых по спине пробегает дрожь. Или мне только кажется, после того воспоминания?

— Нет! — слишком поспешно отвечаю я, не могу находиться рядом с ним больше ни одной минуты. — Мне нужно отдохнуть.

— Разумеется, кивает Пайетт, — и наш экипаж, управляемый неведомой силой, начинает движение.

Бруно что-то говорит мне. Но сосредоточиться на разговоре практически невозможно. Потому что перед глазами все еще стоит та сцена, что случилась в полумраке кабинета, а по телу все еще бегают наэлектризованные заряды, приподнимая все волоски и пробуждая что-то действительно тревожащее.

И все, о чем я могу думать — это, что произошло бы дальше, если бы это видение не прервалось… Точнее о том, произошло ли ЭТО на самом деле.

Что ж, похоже, тело Кэтрин досталось мне вместе с её… назовем это «эмоциональным багажом». И что-то подсказывает мне, что это ни разу не облегчит тут мое пребывание. Черт бы тебя побрал, чертов призрак!

— Может быть, остаться пока с вами? — интересуется Пайетт. — Вдруг понадобится вызвать врача?

Я смятенно оборачиваюсь, и только сейчас понимаю, что мы уже подъехали на место.

— Нет, нет, спасибо! — отвечаю, стараясь звучать как можно более убедительно. — Я поскорее лягу в постель. Мне нужно хорошенько выспаться.

— Разумеется, — говорит Бруно с легким кивком. — До завтра, мисс Эверет.

— До завтра, — делаю что-то вроде легкого книксена.

Не знаю, принято ли подобное в этом мире, но,