Я не злая, я просто тут случайно. Или некромантка по ошибке - Анастасия Понамарёва

Оставалось только одно.

Отчаяние придало странную силу. Я выбросила руки вперёд, просто желая оттолкнуть его, остановить этот кошмар!

— Я сказала — СТОЙТЕ! — завопила я, и из ладоней вырвался зелёный огонёк.

Маленький, дрожащий, как светлячок. Он пролетел пару метров и ударил в кристалл маны, торчавший из земли у ног седого ветерана.

БА-БАХ!

Кристалл взорвался с оглушительным хлопком, осыпав всех осколками ледяного света и тучей сизой пыли.

Солдаты вскрикнули, закрывая лица. Ветеран отпрыгнул, ругнувшись. Рен закашлялся, опустив копьё.

Даже Крайд на мгновение отвел взгляд, прикрывшись плащом.

И в этот момент хаоса, из кустов справа, с диким яростным скрежетом вылетел...

Одинокий зомби-воробей.

Тот самый, потерявшийся после боя с демонами. Его зелёные глазницы яростно сверкали, перья торчали клочьями, одно крыло было неестественно вывернуто, но он летел. Он, не разбирая дороги, метнулся прямо в лицо Крайду.

Крайд не закричал. Только сдавленный выдох — человек, привыкший подавлять эмоции. Стигма на запястье вспыхнула белым, платформа под ним пошла рябью.

Мертвец вцепился коготками в его плащ, отчаянно клюя ледяную платформу. Одно крыло хрустнуло, вывернувшись под невозможным углом, но он не останавливался.

Крайд отмахнулся ледорубом — резко, почти незаметно для глаза. Но птица-нежить была цепкой и злобной. Она вцепилась в его рукав, пытаясь добраться до кожи.

Я не поверила своей удаче. Хаос! Настоящий хаос! Шанс!

— Спасибо, пернатый друг! Премию выпишем! — мысленно крикнула я зомби-воробью и, не раздумывая, рванула в единственное свободное пространство — вглубь зарослей, вдоль скалы, прочь от ледяного агента и его отряда.

Я не знала, куда бегу. Лес впереди сгущался, становился темнее, чужим. Вайи папоротников сменялись корявыми деревьями с чёрной корой и свисающими лианами. Земля под ногами стала мягкой, чавкающей. Где-то впереди слышался плеск воды — ручей? болото? — но я не разбирала дороги.

Боль в плече забылась. Остался только инстинкт бежать. Подальше от серых глаз и ледяных игл.

Я бежала, не оглядываясь, слыша за спиной крики солдат, скрежет зомби-воробья и один-единственный голос Крайда, прорезавший хаос:

— ЛИРА! ТЕБЕ ЭТО ДОРОГО ОБОЙДЁТСЯ!

Его голос не дрожал. Но в нём появилось что-то новое. Что-то личное.

Я не стала разбирать, что именно. Я мчалась в лиловые сумерки Тенебриса, оставляя позади взорванный кристалл, разъярённого агента и верного, хоть и случайного, союзника — зомби-воробья, который в одиночку вёл бой с самым опасным человеком на севере Империи.

Ветви хлестали по лицу. Корни цеплялись за ноги. Воздух обжигал лёгкие. Впереди темнела стена деревьев — густая, непроглядная. Я понятия не имела, что там: обрыв, логово тварей похуже демон-волков или тупик. Но выбора не было.

Я бежала, потому что единственная альтернатива — сдаться — была хуже смерти.

Потому что я — Елена, менеджер по особым поручениям, и мой новый KPI — выжить.

И я не собиралась его проваливать.

Глава 5: Раненый Зверь и Ледяная Тень

Я бежала.

Прыгала через корни, спотыкалась о валуны, впивалась в холодную землю окровавленными пальцами, когда падала. Адреналин, гнавший меня от Крайда, начал сходить на нет. Ноги налились свинцом, страх сменился тупым безразличием — тем самым, когда уже всё равно, кто выскочит из кустов.

Рана на плече горела как раскалённый штырь. Каждый вдох давался с хрипом. Лиловые сумерки сгущались в настоящую ночь, и под синими кронами исполинов воцарилась почти непроглядная тьма.

Я споткнулась о скрытый корень и рухнула на колени.

— Так... — выдохнула я, опираясь лбом о холодный мох. — План «бежать без оглядки» провален. KPI по расстоянию — неудовлетворительно.

Лес вокруг затих. Даже ночные звуки — стрекот, шорохи — казались приглушёнными. Словно природа затаилась перед чем-то страшным. Или после чего-то страшного. Демоны? Крайд? Оба варианта одинаково ужасны.

Я прислушалась. Ни воя, ни ледяного свиста, ни криков. Только моё прерывистое дыхание и бешеный стук сердца.

— Может... отстали?

Я осторожно ощупала рану. В темноте это было почти невозможно. Рубаха и мантия вокруг плеча задубели от запёкшейся крови. Боль пульсировала с каждым ударом сердца.

— Заражение... — мелькнула мысль, подкреплённая обрывками знаний Лиры. — Великолепно. Демоны не съели, Крайд не заморозил — помру от банальной бактерии.

Я фыркнула, но звук вышел больше похожим на стон.

Вдруг, совсем рядом, в кустах папоротника, раздался тихий, жалобный скулёж. Не демонический вой. Не рычание. Звук раненого, напуганного зверя.

Я замерла.

— О нет... только не ещё одна угроза...

Сухой треск — и зверь вывалился из зарослей.

Огромный. Даже в полумраке я видела — он крупнее тигра: рост в холке почти по пояс, длина тела метра три. Шерсть на загривке стояла дыбом, как короткая грива, но сам он дрожал. Тяжело, с присвистом дыша, зверь попытался встать, но правая задняя лапа подломилась, и он рухнул на бок.

Я не шевелилась.

Поперёк ребер — рваная глубокая рана. Шерсть вокруг слиплась от крови. На боку, на некогда светлой шерсти, темнели крупные бурые пятна — то ли природный окрас, то ли грязь, то ли запёкшаяся кровь.

Зверь заскулил и поднял голову. Из пасти, даже закрытой, торчали два сабельных клыка — длинных, загнутых назад. Один надломлен у основания.

Янтарные глаза с вертикальным зрачком уставились на меня.

Не злые. Загнанные.

«Саблезуб, — прошелестело в голове эхо Лиры. — Северный. Что он делает в Тенебрисе?»

Зверь попытался зарычать, но получился лишь хриплый, слабый звук. Он отполз назад, волоча сломанную лапу, явно не в силах бежать или драться. В его взгляде — только беззащитность. И страх. Дикий, животный страх перед человеком.

Я смотрела на него. На его рану. На свою рану. На его боль.

В уставшем, переполненном хаосом сознании что-то щёлкнуло. Я не была Лирой. Лира увидела бы в этом звере материал для опыта, источник компонентов или помеху. Я увидела страдающее живое существо.

Как котёнок, которого я подобрала у офиса. Только больше. И страшнее. Но так же беспомощно.

— Эй... — осторожно сказала я, не двигаясь с места. Голос, хриплый от усталости, звучал мягче, чем я ожидала. — Не бойся... я тоже пострадавшая.

Саблезуб смотрел на меня, тяжело дыша. Я разглядела детали: передние лапы заметно толще и длиннее задних, широкая грудная клетка, спина слегка покатая к крупу. Зверь был создан для силы, для броска, для смертельного удара. Но сейчас он просто лежал на боку, хватая ртом воздух.

Он попытался подняться снова. Сломанная лапа подвернулась, и он рухнул, издав сдавленный всхлип.

Я медленно, очень медленно, подняла руки — не для атаки, а чтобы