Информационный шум - Владимир Семенович Мельников

который мы тут же провели с моим платком показал, что при касании с вилкой загорается натуральная ткань. На другие предметы и материалы из синтетики, а также на касание руками вилка никак не реагировала. Можно было предположить, что женщина протянула руку и случайно рукавом халата коснулась корпуса вилки. Раньше такого не было. Хозяйка брала вилку рукой и вставляла в розетку пилота. В этот раз при касании между вилкой и халатом проскочила мощная искра и ткань загорелась. Важно заметить, что эксперт не обнаружил никаких следов бензина или других веществ, которые способны воспламеняться от искры статического разряда.

После случившегося пострадавшая смогла потушить огонь, но пришлось вызвать скорую. Этот звонок успела отследить нейросеть, причём неслучайно, поскольку подобное происшествие уже ожидалось в связи с данными, полученными при одном из расследований. В результате оперативники прибыли на место даже раньше медиков, не только оказали первую помощь, но и обеспечили сохранность улик. Удача явно была на стороне сыщиков!

Георгий Николаевич ещё сказал, что уже был в больнице, ожоги, к счастью, не опасные. А женщина рассказала, что вилку торшера менял её бывший, давно уже, год или два назад. Связи этого человека нейросеть тоже пробила, и, как ожидалось, он имеет отношение к фигурантам того расследования, в котором была получена предварительная информация о возможности необычного пожара.

Из-за слов необычный и пожар я мгновенно вспомнил сгоревший электромобиль, и даже подумал предложить объединение дел. Увы, из дальнейших объяснений стало понятно, что новое происшествие никак не связано с началом моих приключений, и данное расследование на завершение первого дела, видимо, не повлияет. Тем не менее, мы узнали нечто страшное, из-за чего, в частности, пострадала женщина и может в переносном смысле снести крышу. Во всяком случае додуматься до подобного злодейства могли лишь больные, безнадёжные пациенты дома сумасшедших. Их орудие преступления оригинальностью в определённом смысле не уступало ядовитой змее, сползающей по шнуру, из рассказа «Пёстрая лента» Артура Конана Дойля. В нашем случае к шнуру была прикручена вилка, которая не жалила ядом, но зажигала мощным выбросом плазмы.

***

Если бы на нашем месте были юристы, то меж адвокатами и прокурорами, тут же развернулась бы пустая дискуссия о том, как квалифицировать данное преступление. Относится оно к общеопасным или нет? Увы, технарям так «высоко» не летать. Меня от одного намёка на общую опасность в сон клонит, смолоду никто мне втолковать не мог, дуэль, к примеру, подпадает под определение общеопасного способа или нет? По-моему, куда важнее выяснить, чем таким человек болен, что выбирает экзотические варианты прекращения жизни. А вариантов этих множество, ведь, у изощрённой изобретательности приматов нет границ. И все варианты общеопасны уже потому, что недостатки повторяются, вновь и вновь наблюдаются от поколения к поколению. Неслучайно же братья Вайнеры в «Эре милосердия» упомянули то, что «неслыханных преступлений не бывает: каждый раз что-то подобное где-то когда-то с кем-то уже было». Разве это не повод рассматривать причины преступлений, как частный случай причин прочих болезней? Впрочем, и эту загадку нам следовало отложить, оставить на будущее для медиков и биологов, самим же требовалось разобраться лишь с химией и физикой…

– Вы не совсем правы, когда говорите, что вилка реагирует только на натуральную ткань.

С этими словами Георгий Николаевич надел замшевые перчатки для сварки, взял в руки широкий фарфоровый тигель, положил в него жёлтый бесформенный камень и поднёс к вилке. Никакого касания при этом не было. Разряд между корпусом вилки и камнем возник будто между шарами электрофорной машины. Искра с шумом долбанула, как настоящая молния, и камень загорелся! Через несколько секунд материал в тигле начал плавиться, кипеть, и мы почувствовали резкий, но на мой вкус вполне приятный запах канифоли.

– Окаменевшая смола, янтарь! – прокомментировал офицер, явно довольный результатом опыта. К тому же добавил:

– Вадим Сергеевич, будем вам благодарны, если напишете своё заключение по этому делу, Виктор предоставит результаты экспертизы, а я пришлю историю «болезни».

– Хорошо, попробую, – согласился я и ещё поблагодарил за солидарность, за то, что офицер тоже считает преступления и болезни синонимами.

***

На этом выезд на место был завершён, эксперт упаковывал своё оборудование по кофрам, и мне ничего не оставалось делать, кроме как откланяться. Только вдруг взамен ожидаемого до свидания Георгий Николаевич сказал:

– Ой, извините, забыл пригласить и передать…

– По делу о поджоге было бы полезно посетить Шушары, Царское село и Калининградскую область.

Столь обширная «география» у меня, как у противника путешествий, энтузиазма точно не вызвала. Поэтому попробовал сходу отказаться и спросил:

– Разве нельзя посмотреть дистанционно?

– Царское село знаю, далеко, про Шушары что-то слышал, а где они, не ведаю?

– А в Калининград, кажется, вообще на самолёте лететь надо?

К этому офицер отнёсся с пониманием, настаивать не стал, а лишь пояснил с чем связаны поездки и намекнул на то, что дорога не тяжёлая:

– В Калининграде, когда он ещё назывался Кёнигсбергом, начинается наша история. По одной из версий там в 45-м году сгорела настоящая янтарная комната.

– Восстановленная янтарная комната находится в музее, ехать туда на машине меньше часа, а Шушары ближе и в том же направлении. В Шушарах недавно был серьёзный пожар, и он включён в план расследования.

Стало примерно понятно, куда и зачем приглашают, только для завершающего пробуждения моего интереса названного было недостаточно, и тогда хитрец произнёс ключевую фразу:

– А янтарь горит, вы же это сами сейчас видели!

– Допустим, допустим, – почти согласился я, обещал подумать и собрался уходить.

– Постойте, – вновь обратился Георгий Николаевич и выдал очередной сюрприз:

– Ещё адмирал просил передать, что опасность устранена, поэтому охрана больше не понадобится. Парни уже уехали, а вы можете вызвать такси, в телефоне есть программа, ваша карточка к ней привязана, во время командировок оплата пойдёт за счёт управления…

***

Ошарашенный я вышел на улицу. Ой, как же непривычно внезапно почувствовать себя на воле, без конвоиров и без наручников! Впрочем, их и не было, нависало лишь ощущение заточения. А теперь предоставленный сам себе, внезапно освобождённый мозг мог направить меня в любом направлении, и не обязательно к давно надоевшему офису! Ну, ноги и понесли куда глаза глядят, в первую очередь из дворов на более оживлённое место. Бродить по Питеру, по исторической части города легко и приятно. Есть и у нас в Москве бывшие купеческие и княжеские кварталы, да не то, дух другой, не захватывает почему-то. Возможно, там место выше, да море далеко. У своего