Как потратить наследство - Евгения Владимировна Потапова

Участковый закончил звонок и вернулся к ней. Его взгляд был уже не просто профессиональным, а изучающим, цепким.

– Так, паспорт есть? – спросил он.

– Конечно, – Лика потянулась за рюкзаком, который стоял около дивана.

Она медленно, стараясь не делать резких движений, достала документ и протянула ему. Мужчина внимательно сверил фото, посмотрел на неё, полистал страницы.

– Прописка в другом городе, – констатировал он. – Трудовая есть? Договор найма? Хоть что-то, что подтверждает, что вы тут жили?

– Устная договорённость была, – пожала плечами Лика, стараясь выглядеть растерянной и простодушной. – Я же студентка. Искала недорого. Бабушка Антонина согласилась за небольшие деньги. Наличными. Никаких бумаг мы не оформляли. Она сказала, что если всё оформлять, то ей придётся налоги платить.

– Устная, – повторил участковый без эмоций, возвращая паспорт. – Очень удобно. А бабушка Антонина, получается, вам ключ оставила? Или вы, как квартирантка, свой имели?

Ловушка. Если сказать, что ключ был у неё, – спросят, откуда. Если сказать, что бабушка оставила, – возникнет вопрос, как же тогда та оказалась запертой изнутри. Хотя дверь она открыла ключом…

– Ключ был под ковриком, – быстро сообразила Лика. – Так мы договорились. На случай, если она в магазин уйдёт или к подруге, а я приеду.

Участковый кивнул, но в его глазах не было и тени доверия.

– Ясно. Значит, вы приехали, ключ из-под коврика взяли, дверь открыли и обнаружили тело. И сразу позвонили внуку. А почему не в полицию? Или в скорую?

– Я испугалась и растерялась! – Лика сделала глаза ещё круглее, в голосе вложила дрожь. – Я же одна девушка, в чужом городе, труп в квартире… Я думала, родственникам надо сообщить в первую очередь. Он же мужчина, он должен был разобраться.

Вдалеке послышался вой сирены. Скорая. Или уже следственная группа.

– Ладно, – участковый махнул рукой. – Сейчас скорая приедет, осмотрим, а там решим, что и как.

Он поставил стул и сел напротив неё.

– Водичку, – она протянула ему бутылку с водой.

– У меня своя в машине, – устало ответил он. – На кого учишься?

– Я поступать приехала на медика, – ответила Лика.

– А в своём городе не нашлось подходящего универа? – спросил он с усмешкой.

– У нас нет такого, как в Питере, – хмыкнула она.

Вой сирены под окнами оборвался. Через минуту в квартиру вошёл одинокий фельдшер с сумкой, кивнул участковому и направился на кухню.

– Документы, пожалуйста, приготовьте, – сказал он.

Участковый посмотрел на Лику.

– А я откуда знаю, где у неё документы, – пожала она плечами. – Я по чужим шкафам не лазаю.

– Сейчас всё будет, – ответил фельдшеру участковый.

Он быстро набрал чей-то номер и стал разговаривать.

– Ты мне скажи, где у бабушки лежат документы, – сказал он. – У нас тут уже фельдшер приехал. Никто не будет тебя ждать, когда ты до места доберёшься.

С той стороны сбивчивый мужской голос принялся объяснять, где они могут быть. Полицейский хмурился всё больше и больше.

– Может, в сумке? – тихо предположила Лика, кивнув на потрёпанную сумку, которая висела на двери.

Участковый быстро приоткрыл замок, сунул руку в сумку и вытащил папку с документами.

– Всё, отбой, кажется, нашли, внучок, – хмыкнул он и сбросил звонок.

Из кухни доносилось шуршание упаковок, негромкий разговор по рации. Полицейский вытащил паспорт и страховой полис и отнёс фельдшеру. Затем вернулся в комнату. Он не спускал с Лики глаз, и его взгляд заставил её внутренне сжаться. Он что-то подозревал. Или просто был дотошным.

– У меня бабушка тоже так хранила документы, – пояснила она. – Говорила, что в случае пожара всё должно быть в доступности. Тряпки купить можно, а вот восстанавливать документы замучаешься.

– Ну да, – согласился он с ней.

Через несколько минут фельдшер вышел, делая заметки в планшете.

– Констатирована смерть. Предположительно, от острой сердечной недостаточности. Трупные пятна в стадии стаза, трупное окоченение разрешается. Смерть наступила примерно сутки назад. Признаков насильственной смерти нет.

Участковый кивнул, явно ожидая такого вердикта.

– Спасибо. Я с родственниками свяжусь по поводу отправки в морг.

Фельдшер положил на стол заполненный бланк, собрал вещи и вышел. В квартире снова остались они вдвоём. Тишина стала ещё более гнетущей.

Участковый собрал все документы в кучку, достал планшетник и стал всё оформлять. Он работал молча, эффективно, лишь изредка бросая на Лику короткие, но внимательные взгляды. Дел, видимо, у него и правда было выше крыши.

– Ладно, – наконец отложил он гаджет. – С оформлением покойницы всё. Теперь по вам. – Он посмотрел на Лику. – Обстоятельства, конечно, мутные. Ни договора, ни свидетелей. Но состава нет. Фельдшер подтвердил – смерть естественная. Так что можете идти.

Лика почувствовала облегчение, не очень-то ей хотелось еще в этой истории застрять.

– Однако, – продолжил он, и его голос стал чуть суше, – факт вашего нахождения в квартире с неустановленными целями я зафиксирую. Паспортные данные у меня есть. Если родственники вдруг заявят о пропаже имущества или у них появятся претензии – они вас найдут. И вам придётся давать объяснения уже более официально. Понятно?

– Понятно, – кивнула Лика, стараясь выглядеть смиренной.

– Хорошо. Ждите внизу. Родственники вот-вот подъедут. Передам им документы, и можете быть свободны. Конфликт вам тут ни к чему.

Он поднялся, взял папку с документами бабушки и, кивнув в сторону выхода, дал понять, что её присутствие в квартире больше не требуется.

Лика молча взяла свой рюкзак и вышла на лестничную площадку. Через несколько минут снизу послышались торопливые шаги и сбивчивый мужской голос. На лестнице показался молодой человек лет двадцати пяти – внук. Он пробежал мимо, даже не взглянув на неё.

Лика прижалась к стене, слушая, как в квартире завязался негромкий, напряжённый разговор. Участковый говорил сухо и по делу, внук – взволнованно и сдавленно. Через десять минут дверь открылась, участковый вышел, кивнул Лике, уже стоявшей внизу у подъезда, и направился к своей машине. Его работа была закончена. Он быстро оформил всё по трупу, передал документы и ответственность родственнику и свалил.

Лика увидела, как его машина скрывается за углом. Она осталась одна в холодном вечернем воздухе. Свободна. Квартира, где она надеялась переждать ночь, теперь