Делец - Андрей Игоревич Буянов

Истребитель «Шмель-1» получился массивным. Тогот будет ругаться точно, потому как от первоначального корпуса в нем остались только перетасованные материалы, а некая грациозность трансформировалась в грузную брутальность. Теперь малый корабль представлял собой слегка затупленный двадцатиметровый конус с десятиметровым основанием, которое почти полностью занимал маршевый движок, также в обод основания были встроены маневровые двигатели и дополнительные эмиттеры силового поля. На самом перебронированном конусе были установлены четыре башни со спаренными лучевыми орудиями постоянного действия. То есть не прерывистая серия коротких импульсов, как обычно, а долгий луч, который работает непрерывно несколько секунд. Такая особенность связана с происхождением этих орудий — я их снял с нескольких установок точечной защиты станции и поменял на современные всё, что можно было поменять.

Съемный накопитель, целая дура размером с десятиметровую торпеду, устанавливался в специальный отсек с одной стороны плоскости конуса, а откидная бронеплита над капсулой пилота — с другой. Получилось интересно, как по мне. Облет каждой машины я делал сам и, понимая, что их цель — защищать и огрызаться, а также нагнать и покарать, остался в принципе доволен. Но очень хотелось опробовать в реальной схватке с настоящим пилотом-профессионалом, пусть и учебной, но этого придется ждать. До уровня наших истребительниц из тех, кого я мог посадить за управление, тут никто не дорос. А астероиды порубать на кусочки я и так мог, что и делал уже как третий раз за день, пока ждал сигнала от жены, что она готова. Надеюсь, догадается, что выход в люди нужно делать, одеваясь в обычную рабочую одежду, то есть комбинезон среднестатистического космического шахтера, а никак не деловой костюм или бальное платье. И лучше бы без макияжа и косметики вообще, но тут я не властен…

Когда я вылезал из истребителя, Ива с любопытством за мной наблюдала, одетая в свой старый пилотский комбез, и только когда я наконец спустился, усмехнулась, подходя вплотную и обнимая меня, разгоряченного полетом.

— Анна ведь не знает, что ты эти истребители в выносные батареи переделал. Ты же не додумался ей сказать перед вылетом?

— Конечно, нет! — Я тоже приобнял жену и с удовольствием поцеловал в требовательно подставленные губки. — Я же не хочу, чтобы она заставила Тогота деньги тратить на покупку еще десятка бесполезных поделок. И «Шмель» никакая не выносная батарея, он быстрый и маневренный и по расчету локально перегружает щиты средних кораблей очень даже неплохо. А броню режет так вообще превосходно! Осталось только попробовать на чем-то рабочем…

— То есть ты уже сделал шесть штук, а испытаний не проводил, правильно?

— Ну, симуляцию и расчеты-то сделал, и они очень успешные. Про Матадор Тогот тоже ворчал и про главный калибр, и про движки, и вообще про всё, а получилось-то нормально. Почему здесь всё должно быть плохо? Я вон облетал, и мне понравилось…

Она неожиданно отстранилась, и ее глаза хитро блеснули.

— А давай вместе!

— Что вместе? — подозрительно уточнил я, потому как с такой девушкой, как моя жена, желательно добиваться конкретики сразу же, а не после того, как на всё подписался.

— Вместе полетаем! Пойдем!

И она потянула меня к стоящему рядом и уже снаряженному истребителю, его я вчера собрал.

— Там капсула на одного пилота, подожди, пока правую дополнительную со склада доставят. Я быстро установлю, места вроде хватает…

— Да нет, — она снова рассмеялась весело, искренне и беззаботно, как делала тогда еще, когда всей той политики не было. Сейчас вот так нечасто бывает… — Я на этом, ты на том. Забыл, я же тоже не плохой пилот!

— Ха! — а ведь реально забыл! — Держись, жена, я намерен показать свое доминирование.

— У вас, землян, у всех такое высокое самомнение? — смеялась она в ответ, когда два конуса боевых истребителей покидали ангар. — Когда я тебя прижму, будешь…

Договорить она не успела, потому как я закрутил лихой маневр, маневровые на ободе конуса позволяют творить настоящие чудеса при смещении в плоскости. Ива-то машину еще не знает, так что самое то над ней подшутить. Но шутки шутками, а оружие я на обоих «Шмелях» заблокировал — крутить маневры это одно, а вот случайно получить пучок концентрированной энергии от любимого человека — это совсем другое.

Освоилась она довольно быстро, и вот уже мы крутились возле станции под увещевания искина и матерные крики дежурного диспетчера из шахтеров, которому приходилось менять маршруты подходящих судов чуть ли не в хаотичном порядке. А я говорил, что «Шмель» — это очень маневренная машина и резкой сменой траектории его не смутить…

Довольные и разгоряченные, мы вышли из ангара, держась за руки, и, пройдя два шлюза и молчаливый контроль боевых дроидов, вышли в жилой сектор, по сути кластер соединенных между собой ангаров, у нас же и арендованных. Искина строго предупредил, чтобы без особой необходимости не лез, а кредиты взял наличными. Ну, здравствуй, обитель шахтеров и торгашей, мы пришли на тебя посмотреть!

* * *

Стекло, металл, много золота и снова металл и стекло. Эти материалы доминируют в отделке повсеместно, и яркие экраны вывесок и голограмм крепятся уже на них. И как-то меня это всё даже не удивляет, потому как металла у нас тут завались, золота немерено, и оно копеечное, потому как используется в основном в электронике, стекло так это вообще побочный продукт переработки концентрата. Кто додумался делать из него отделку в виде всевозможных панелей — просто гений.

— Спасибо, — прошептала Ива и, наверное, в первый раз на моей памяти зарделась.

Мы шли по довольно широкой улице, образованной между ангарами, над нами гудела время от времени транспортная магистраль, которая гоняла в обе стороны кабинки монорельса, а справа и слева от нас были раскиданы десятки, если не сотни различных мелких забегаловок и лавок. Народ вокруг не то чтобы суетился, а шел по своим делам, многие, видно, что сидят расслабляются после смены на астероидах, потому как жадно ели всевозможные блюда и то и дело отвлекаясь на трансляцию новостей Содружества на больших общественных экранах. Казалось бы, мегаустаревшая технология, однако же популярна до сих пор, тем более что звук каждый настраивает себе индивидуально и сразу на нейросеть.

Мы сели за первый попавшийся более или менее аккуратный столик и заказали дежурное блюдо тут же подъехавшему сервисному дроиду. Я еще пива попросил, а Ивена какой-то коктейль. Сидели, смотрели на проходящих людей,