Искатель 19 - Сергей Шиленко

— Пожалуйста, Артём, — голос Мэриголд дрогнул, когда она заглянула мне в глаза. — Я знаю, что слишком многое от тебя скрывала, но умоляю, поверь, я сделаю всё возможное, чтобы защитить нашу семью.

Я всмотрелся в её встревоженное лицо, ища в этих странных тёмно-синих глазах ту женщину, которую знал и любил. И, к своему огромному облегчению, нашёл! За слоями лжи, страха и стыда пряталась железная, отчаянная решимость матери. Я нехотя кивнул, заставляя себя расслабить кулаки.

Мэриголд сдавленно выдохнула, словно сбросив с плеч невидимый валун, и потянула меня за собой в пустой вестибюль. Нильса бесшумной тенью скользнула следом, сохраняя выверенную профессиональную дистанцию, ровно такую, чтобы успеть ударить первой.

Мэриголд резко остановилась и обернулась к эльфийке.

— Дай мне возможность наедине попрощаться с отцом моего ребёнка.

Убийца даже не моргнула, на её каменном лице не дрогнул ни один мускул. И тогда Мэриголд преобразилась. Её черты исказила гримаса такой ледяной властности, какой я у неё никогда прежде не видел. Это был уже не взгляд испуганной горничной, это смотрела Сариса, дочь босса картеля.

— Вон отсюда! — слова падали, как куски льда. — Есть вещи, за которые отец с удовольствием убил бы тебя на месте, Нильса, и я держала их в секрете исключительно из глупых сентиментальных соображений. Докажи, что я не ошибалась, когда защищала тебя. Встань на страже у двери и убедись, что никто нас не побеспокоит.

Лицо темноволосой эльфийки мгновенно побледнело, приобретя пепельно-серый оттенок, она молча отступила, пересекла комнату и замерла у открытой входной двери, повернувшись к нам прямой напряжённой спиной.

Мэриголд с глухим стуком захлопнула тяжёлую створку, отрезая нас от большого зала, и со вздохом повернулась ко мне.

— Она всегда была для меня скорее тюремщицей, чем подругой, — горько усмехнулась она. — И видит Система, меня не баловали отеческой любовью, поэтому приходилось цепляться за любые крохи доброты. —

Она выразительно посмотрела на меня, затем одними губами прошептала: — Искра.

До меня не сразу дошло, но рефлексы сработали чётко. Я вскинул руку и несколько раз быстро щёлкнул пальцами, активируя навык. Комнату залило резким, ослепительно-белым светом. Я прищурился, сканируя пространство Глазом Истины, выискивая малейшие искажения воздуха, характерные контуры затаившихся в невидимости наблюдателей.

Мы одни, а Нильса надёжно перекрывала единственный вход.

Только убедившись в нашей безопасности, эта худенькая гномка наконец позволила себе перестать сдерживаться. Вся её показная властность испарилась, она сжала ладони в безмолвной отчаянной мольбе, прося обнять её.

Я шагнул к ней и сгрёб в охапку. Под пальцами ощущались хрупкие кости, и какая-то холодная, рациональная часть моего разума нашёптывала, что я обнимаю совершенно незнакомого человека, Сарису, дочь монстра. Но она почувствовала моё минутное колебание, и я увидел, как боль резанула по её глазам, и тогда прижал её к себе ещё крепче. Она уткнулась лицом мне в шею, и я почувствовал, как по моей коже потекли горячие влажные дорожки слёз.

Губы, мягкие и такие знакомые, прижались к самому моему уху.

— Исчезни, — её шёпот шелестел, как сухая листва. — Забери всю нашу семью, Артём. Слышишь? Что бы я сейчас ни говорила отцу, как бы ни умоляла, что бы он мне ни обещал, он никогда не оставит тебя в покое. Я видела это в его глазах.

Она судорожно сглотнула, её тело сотрясала мелкая дрожь.

— Он намерен устроить шоу: демонстративно заберёт меня домой, а потом немедленно отдаст приказ своим наёмникам вернуться и вырезать вас всех под корень, даже младенцев. У тебя есть мизерное окно, чтобы сбежать, ровно столько, сколько потребуется Проходчикам, чтобы перебросить сюда штурмовую команду. И поверь, они уже стоят в полной боевой готовности.

Моя кровь превратилась в ледяную крошку. Сердце пропустило удар, но я заставил себя сохранить на лице маску холодного спокойствия на случай, если где-то здесь всё же висело скрытое заклинание или артефакт наблюдения.

— Вам с Марком ничего не грозит? — также тихо, одними губами, спросил я.

— Нет, — она судорожно всхлипнула. — Хвала богам, он родился гномом, хотя… Система свидетель, я бы с таким счастьем рожала тебе человеческих детей, Артём!

Она погладила меня по небритой щеке, её пальцы дрожали.

— Наши друзья и жители Кордери не пострадают. Отец не станет тратить на них ресурсы, это не в его правилах, по крайней мере до тех пор, пока ты не будешь путаться у него под ногами. Но ты обязан забрать всю семью! Забирай всех своих жён из Озёрного, их родню, забирай Марону и девочек из Тераны. Уходите из обеих провинций, Артём, другого выхода просто нет! Бегите туда, где его ищейки не смогут взять след, хоть за край света, и не останавливайтесь.

Я слушал её сдавленный шёпот, и моё сознание отказывалось принимать эту сюрреалистичную картину. Неужели нам придётся бросить всё⁈ Всё, что я строил потом и кровью⁈

— Что, этот старый ублюдок действительно настолько всесилен? — прорычал я.

Мэриголд посмотрела на меня с мрачной обречённостью.

— Торговые соглашения, взятки, тотальный шантаж, заказные убийства… Его паутина опутала большинство дворянских домов Шалина. У него в кармане даже сам король Харалдара, не говоря уже о сотнях гильдий, компаний и контор. И это только верхушка айсберга, Артём. Состояние отца исчисляется десятками миллионов золотых, у него бесконечные ресурсы.

Она перевела дыхание, глядя мне прямо в глаза.

— Кроме того, у него на содержании несколько полных рейдовых отрядов шестидесятого уровня и выше, и они всегда готовы к бою. Если нужно, он соберёт целый легион таких ублюдков.

Чёрт возьми!

Несколько рейдовых отрядов шестидесятого уровня⁈ Десятки и сотни самых высокоуровневых монстров континента Шалин, закованных в топовый шмот, по щелчку пальцев этого гнома готовы стереть мой дом в порошок.

Консорциум «Шалин Гранд» — не просто кучка зажравшихся банкиров, чёртов картель монополизировал экономику целого материка. И эти мрази без колебаний готовы вырезать целую семью, мою семью, просто за то, что я «несанкционированно» переспал с дочерью босса!

Мои челюсти сжались так, что заскрипели зубы.

— Я приду за тобой и Марком, — пообещал ей твёрдо, чеканя каждое слово.

Я ожидал, что она начнёт отговаривать меня, плакать, просить не лезть на рожон, но Мэриголд лишь напряглась в моих руках и яростно, с хищным блеском в глазах, прошептала:

— Знаю, что придёшь. Мой отец только что нажил себе самого страшного врага из всех возможных. Он думает,