Полиция нравов - Наиль Эдуардович Выборнов

— Ну да, — я улыбнулся. — Ему в целом тут скучно достаточно, я же целыми днями на работе. Хочешь поиграть с ним?

— А как? — спросила она.

— Сейчас.

Я пошел в дом, заодно убедившись, что внутри достаточно чисто для того, чтобы можно было впустить девушку. Потом взял мячики теннисные, которые специально для этих целей купил. Вынес пару, на случай, если один потеряется, отдал один Саре.

— Бросай и говори «неси», — сказал я. — Он прибежит и принесет.

— Он у тебя обученный? Ты его дрессировал?

— Да, вроде того, — сказал я. Хотя на самом деле выучили командам пса старые хозяева, у которых мексиканец-сосед его украл.

— А на человека он броситься по приказу может?

— Нет, — я покачал головой. — Этому я его не учил. Бросай.

Сара взяла мячик, размахнулась и бросила в сторону, не очень далеко. Рэмбо пулей сорвался с места, и уже через несколько секунд притащил желтый кругляш обратно.

— Не бойся, — сказал я. — Бросай сильнее.

Она кинула уже дальше, и он снова принес. Пока они играли, я решил поменять псу воду и насыпать корма, так и сделал. Потом просто сел на ступеньку, ведущую внутрь мобильного дома. Руки захлопали по карманам — черт, когда же я в конце концов избавлюсь от этой привычки?

— А он меня запомнил, получается, — сказала Сара и снова бросила мячик. Рэмбо побежал.

— Да, — кивнул я. — Собаки запоминают людей по запаху и по голосу.

— Это приятно, — питбуль вернулся к ее ногам, и она почесала его за ухом. — Хороший пес.

Некоторое время мы сидели вот так — она бросала мячики, а он приносил. Потом я загнал Рэмбо обратно в вольер, да он и не против был — сразу бросился к воде. Загоняла его девушка. Мы вошли, и она тут же отправилась мыть руки в кухонной раковине. Я за ней.

— Хочешь выпить? — предложил я.

— А что есть? — спросила Сара.

— Пиво и «Маунтин Дью».

— «Маунтин Дью»? — ее глаза чуть расширились, и она улыбнулась. — Тебе что, десять лет?

— Нет, — я покачал головой. — Просто там, откуда я родом, такой газировки нет. Хотя тоже есть вкусная — называется «Байкал», в честь озера. Русская кока-кола, как говорится.

— Давай свою газировку, — она улыбнулась.

Я открыл холодильник, достал две зеленые баночки и протянул одну ей. Вскрыли мы их одновременно, чисто как в каком-нибудь рекламном ролике. Я сделал глоток и сразу почувствовал, что как-то взбодрился даже, что ли. Все-таки там и сахар, и кофеин. По местным меркам это вообще как энергетик.

— А что за «Байкал»? — это слово она произнесла с акцентом. — Как он на вкус?

Как на вкус «Байкал» сейчас — я понятия не имел. Но в свое время пил его достаточно много, потому что дочка любила «Черноголовку». Да и я не противился — он ведь на натуральных ингредиентах, а что до сахара — его стали меньше класть. Но все-таки следил, чтобы пила еще и воду, а не только газировку.

— Такой, травяной, со вкусом хвои. Мне нравился в свое время.

— Как наш «Вернонс», что ли? — спросила Сара.

— Я не знаю, — я улыбнулся. — Не пробовал. Но теперь знаю, что купить, если соскучусь по России.

— Попробуй, — кивнула она. — Он такой, имбирный.

Ну, имбиря в «Байкале» не было, но… Вряд ли американцы смогли передать такой же вкус леса, как наши.

Девушка сделала глоток, а потом подошла ко мне, поцеловала. Взяла из моих рук банку, отставила в сторону, сама же положила мои ладони себе на талию. Через несколько секунд мы слились в объятиях, а потом действо перешло на диван.

Когда все закончилось, она посмотрела на меня, лениво потянулась и сказала:

— Я в душ.

— Иди, — я кивнул. — Я потом схожу. Ты сегодня на всю ночь у меня?

— А ты не против?

— Нет, конечно, оставайся.

— Тогда воспользуюсь твоим приглашением.

Поднявшись, она двинулась в душ, чуть покачивая бедрами. Я посмотрел в потолок и подумал, что надо бы телефон провести в трейлер. Встречаться чаще мы не можем, у нас работа постоянно, а вот просто созвониться, поболтать перед сном… Да и коллегам я тогда мог бы позвонить в случае чего. Или просто пиццу заказать, если ее повезут в трейлерный парк, пусть я и стараюсь таким не питаться.

И тут из ванной раздался такой крик, что я вскочил с дивана раньше, чем успел о чем-то подумать. Наклонился, выхватил из кобуры, которую повесил на спинку стула, когда раздевался, Беретту, рванул к двери, открыл.

И только тут до меня дошло, что именно случилось. Я ведь забыл совсем о моем новом питомце.

Сара стояла у раковины, чуть ли не усевшись на нее своей аппетитной попкой, и смотрела на душевую кабину круглыми глазами. А из кабинки на нее смотрел петух. Он стоял на краю поддона, вытянув и без того длинную шею.

— Кво, — сказал петух.

Вот же я идиот.

Я посмотрел на Сару, опуская пистолет, и сказал:

— Все в порядке.

Она помолчала несколько секунд, потом повернулась ко мне с выражением на лице, которое я не сразу смог идентифицировать. Что-то среднее между шоком и желанием рассмеяться.

— Майк, — сказала она неожиданно спокойным голосом. — У тебя в душе петух.

— Ну да, — подтвердил я и сам едва не заржал. Ситуация получилась смешной.

— Живой петух.

— Ну да, живой, — кивнул я.

Петух сразу же подтвердил то, что он живой, громким «кво».

— Но почему он тут?

— Я его на операции нашел, — сказал я, прислонившись к дверному косяку. — Мы накрыли петушиные бои, всех птиц изъяли, а этот спрятался. Я остался… разбираться с уликами, — не говорить же, что я просто получил по лицу. — И нашел его. Не мог же я его там оставить.

Она посмотрела на меня, потом на петуха. Тот снова вытянул шею и принял стойку, полную достоинства. Приосанился как-то, иначе и не скажешь.

— И давно он тут живет? — спросила Сара.

— С пятницы, — ответил я.

— То есть третий день?

— Третий день.

— И я сказала тебе, что пошла в душ, и ты даже не подумал меня предупредить.

— Я забыл, — честно признался я. — Совершенно забыл, что он здесь. Все мои мысли были о тебе с тех пор, как мы встретились.

Она снова посмотрела на петуха. У него вид уже был такой, словно он — хозяин моего трейлера, и это ему нанесли визит.

— Приму это за комплимент, — сказала Сара. — Он агрессивный?

— Да вроде нет, — пожал я плечами. — На меня не бросался.

— Но это же… Бойцовый