Спокойный Ваня 7 - Павел Кожевников

мучились с большими рулонами карт в штабе, я приказал Марусе печатать микрошрифтом. Готовая плёнка нарезалась узкими лентами по размеру микространиц. Собрать оптическую систему для просмотра книг смогут и в моём мире.

Я вообще опасался за ёмкость своего кармана. Слишком многое надо было взять, а его пределы мне неизвестны. К тому же от мира к миру его объём может меняться. Будет очень весело, если это произойдёт посреди тумана.

— Сразу после обеда. — Ответил я на вопрос. — Не вижу смысла тянуть и тем более устраивать проводы. У тебя есть передатчик. Звони, если что. Я тоже буду звонить. Надеюсь, нам удастся открыть портал.

Глава 25

Вдвоём со Степаном мы поднялись по верёвке наверх.

— Может, стоит это место законсервировать, как запасную точку выхода? — Предложил Степан, показывая на обшарпанную кирпичную стену.

— Сомневаюсь, что она останется, когда мы откроем портал и через него пройдут люди, не имеющие нашей метки. — Задумчиво ответил я. — У Аберрации свои законы. Не думаю, что для нас, таких красивых, она сделает исключение. Идём.

Я первым шагнул в стену, привычный туман обступил нас со всех сторон. Чтобы избежать очередных сюрпризов, мы взялись за руки и пошли. Одежда исчезла незаметно. Я специально пытался уловить момент, когда это произойдёт, но так и не смог. Мысли бежали стройной цепочкой, прыгая с одного на другое, а когда спохватился, уже шёл голый. Из одежды, в которой я сюда попал, на мне не осталось ничего.

— Холодает. — Долетел до меня, приглушённый туманом, голос Степана.

Отвечать на очевидное замечание не стал. Температура действительно стремительно опускалась. Наконец, туман кончился, и мы вышли на снег. Небо было затянуто тучами.

Сбоку ударил сильный порыв, заставив меня шире расставить ноги. На такую погоду я не рассчитывал. Оглянулся. Стена тумана по-прежнему висела за нашими спинами. Был соблазн вернуться. В тишине и спокойствии можно быстро переодеться и собрать самолёт. Главное — не заходить в туман глубоко. Оставалась одна проблема: как к этому отнесётся Аберрация? За одну наглость меня уже наказали. Если мы сейчас лишимся самолёта и одежды, то придётся возвращаться и готовиться к следующей попытке.

Степану мысль вернуться тоже пришла в голову, и он потянул меня назад. Пришлось отмахнуться и достать его костюм из пространственного кармана.

— Одевайся здесь. Аберрация не любит ищущих лёгких путей. — Проорал я. Он кивнул и начал разворачивать свёрток комбинезона.

Я занялся тем же самым. Комбинезоны представляли собой одно целое изделие. Возиться с отдельными штанами и куртками на морозе я посчитал излишним. Единственное, чего я не учёл — это ветер, который становился сильнее. Пришлось сесть голой задницей на снег, чтобы не свалиться.

Интересно, как за туман ходят местные? Поблизости никаких баз не видно. Следов на снегу тоже. Что, в общем-то, не удивительно. Твёрдый наст не уступал камню по прочности. По крайней мере, под нашим весом он не проминался.

— К нам гости! — Степан показал рукой за моё левое плечо.

Я повернул голову. В нашу сторону двигались сани, запряжённые четвёркой оленей. Два ярких светильника создавали вокруг них большое пятно света.

— Кого к нам несёт, интересно? — Пробормотал я, поднимаясь и вдевая руки в рукава комбинезона.

— Надеюсь, ты взял дополнительные комплекты одежды? — Прокричал Степан, стараясь перекрыть ветер.

— В трофейное оденешься. — Отмахнулся я.

Мы успели полностью одеться, когда сани подъехали к нам. Ветер неожиданно стих. Олени прошли мимо нас с флегматичным видом, постепенно замедляясь. В санях, на устроенном сзади возвышении, сидел полностью закутанный в меха водитель оленей. Из вороха шкур торчали только чёрные глаза. Стоило нам попасть в круг света, как эти глаза почти вылезли из орбит. Тем не менее сани остановились.

— Твам коаси? — Спросил мужик.

— Руссо туристо. Облико морале. — Ляпнул я.

— Руссо? — Удивлённый извозчик нащупал что-то у себя на груди и приложил к правому глазу «око». — Сиддха? — Ещё больше удивился он, разглядев в Степане магию.

— Так и думал, что пригодится. — Проворчал я, доставая из пространственного кармана переговорник.

Несмотря на то, что я не мог много конструктов зараз активировать, ничего не мешало мне заготовить их впрок и положить в карман. Места они много не занимали. Этот я построил по схеме, на которой работал мой первый переговорник. Его не надо было никуда прижимать. Положив белый диск на ладонь, я активировал руны и влил в конструкт энергию.

— Маруся, слышишь меня?

— Прекрасно слышу, князь.

— Послужи для меня переводчиком. — Попросил я и как можно точнее передал слова мужика. — Твам коаси сиддха. Что это значит?

— Последнее слово точно указывает на индийские корни языка. Тогда фраза значит: кто вы просветлённый.

— Индия? Прекрасно. Переводи дальше синхронно. Уважаемый, не надо нас бояться. Мы скоро уйдём, нам бы только ветер переждать.

Я думал, глаза дальше вылезти не могут, но ошибался. По-моему, мужик глазным яблоком в «око» упёрся, потому что поспешно его убрал. И начал засыпать нас вопросами.

— Откуда вы здесь взялись? Большой русский — маг! — Указал он пальцем на Степана. — Как он смог вернуться из Прорвы? Что это за артефакт? Он с любого языка переводит?

— Стоп! — Рявкнул я. — У нас гостя сначала в тепло пригласят, чаем напоят, а потом уже с расспросами лезут. Неужели в Индии по-другому?

Той же рукой, что тыкал в Степана, индиец хлопнул себя по лбу.

— Прошу садиться, господа русские. Я отвезу вас наш посёлок. Пандит Раджеш Шарма будет рад гостям из России, даже таким необычным и неожиданным, как вы. Он в юности учился в вашей столице. Заканчивал Университет! — Затараторил индиец.

— Подожди. Ты можешь сделать так, чтобы о нашем появлении узнало как можно меньше народу? — Я помнил слова императора и не хотел создавать, прежде всего себе, дополнительных проблем.

— О! Не беспокойтесь! Слова Пандита Раджеша Шарма хватит, чтобы все тут же забыли о вашем появлении. — Радостно ответил возничий.

— Он маг разума?

— Пандит Раджеш Шарма — брахман! Его слово весомей всякой магии!

* * *

Лагерь индийцев скрывался под поверхностью ледника. Обширные помещения были прорублены или проплавлены в толще снега и льда. Стоило нам остановиться, как по бокам от оленей появились два индийца и, дождавшись, когда мы покинем сани, молча увели