Во главе закона - Лия Арден

Вега закричала, пытаясь заставить себя двигаться, тело не слушалось, став чужим, неповоротливым и неуклюжим. Все мышцы вибрировали, сердце билось так быстро, будто намеревалось проломать ей рёбра. В комнате поднялись крики. Все игроки повставали с мест, поднялся гам.

– Ублюдок! Ты хоть знаешь, что натворил?! В моём-то заведении! – рявкнул Феликс.

– Этот козёл влез в игру! Какого хрена мне досталась пуля?!

– Уберитесь здесь, идиоты! Девка свидетель! Тело надо выкинуть как можно дальше. Нам всем конец, если Кай узнает.

Пол безумно раскачивался, пока Вега ползла к Элиону. Это кошмар. Её очередной сон. Просто бред, она сходит с ума. Он только что был рядом, живой. Он говорил, он не умер. Это всё обман, как и в первый раз.

Кто-то дёрнул Вегу за ногу, и она упала, больно ударившись подбородком о пол. Её резко подняли. Разум оцепенел от ужаса, но тело вспомнило базовые приёмы самозащиты: пока противник не ожидал, она вывернула ему руку, ушла от захвата и впечатала голову подонка в стол. Кажется, это был ссыкун Ник.

– Уберите девку! – велел Феликс. – Разберёмся с ней, но не здесь. Ещё не хватает оставить улики и посраться с Маттео.

К Веге подскочил какой-то ублюдок, но она не раздумывая пнула его по яйцам, а затем добавила локтем по затылку, стоило ему согнуться. Удар стулом по спине опрокинул Вегу на пол, в ушах загудело. Сумка была прямо перед носом, и она запустила в неё руку, находя нож. Она видела десятки снов, как убивает. Десятки кошмаров, где её руки в крови, а она ничего не чувствует, отнимая чужую жизнь. Но в реальности она ни разу не причиняла физического вреда и избегала насилия, но сейчас она испытывала всепоглощающую ярость, нестерпимое желание убить их всех. Поэтому тут же всадила короткий нож в бедро подонку, который вздёрнул её за волосы. Он закричал и упал, хватаясь за рану, Вега вырвала оружие и полоснула им по горлу телохранителя. Хрипя, тот рухнул, успев залить её пальцы горячей кровью. Нож начал скользить в ладони, и его легко выбили из руки пинком.

Вега задохнулась, её горло сдавило что-то жёсткое. Звон в голове многократно усилился, когда ноги оторвались от пола. Ремень. Её душат ремнём. Она схватилась за жёсткую кожу, перекрывшую кислород.

– Я о ней позабочусь, а ты, Феликс, скосишь мне последний долг вдвое, – бросил противник за спиной. Вега попыталась добраться рукой до его глаз, но ублюдок был слишком высоким.

Феликс поморщился, даже одарил Вегу извиняющейся улыбкой, пока она на грани потери сознания пиналась, сражаясь с удушьем. Но улыбка сохранялась недолго, потому что Элион встал. Тяжело покачиваясь, но встал. Все, кроме мёртвого из-за Веги охранника, притихли, подонок за спиной Веги немного ослабил давление ремня, и она захрипела, жадно втягивая воздух.

Элион обернулся. Часть его лба была в крови, которая капала с волос. Но смертельно спокойное выражение лица и пустые, светящиеся зелёным глаза, казалось, не принадлежали знакомому племяннику архонта. Его взгляд встретился с её, и Элион сдвинулся вправо. Пугающе стремительно, всего миг – и в его руках оказался тяжёлый деревянный стул, которым он взмахнул, будто игрушечным. Стул разлетелся от удара, когда Элион впечатал Люка в стену. Тот в ней так и остался. Обломок деревянной спинки Элион воткнул в другого мужчину – пронзил ему грудину. Помещение окутал ужас и запах крови. Вега моргнула, и Элион оказался в шаге от неё: ремень исчез с шеи, пол снова был под ногами, а вот голова её противника с такой силой встретилась со стеной, что Вега отчётливо различила треск ломающегося черепа. Мужчина упал, оставляя кровавую полосу на бетоне. Следующему Элион сломал ногу одним пинком, а после оборвал чужой вопль, свернув игроку шею.

– Я здесь ни при чём! Ни при чём! Клянусь, я не знал, что этот ублюдок в тебя выстрелит! Я не знал! Мне проблемы не нужны-ы-ы! – Лепетание оставшегося в одиночестве Феликса перешло в громкий визг, когда Элион вздёрнул его, схватив за горло.

– Адрес, – напомнила Вега, внезапно испугавшись, что он прибьёт его раньше, чем они узнают ответ.

Элион обернулся, не сразу, но его черты лица смягчились, во взгляд вернулось узнавание, словно он только теперь её вспомнил. Элион оценил лежащие тела, кровь и устроенный погром, прежде чем сосредоточиться на Феликсе. Очень медленно Элион опустил его на пол. Хозяин казино затих, с распахнутыми от паники глазами вытаращился на племянника архонта.

– Ладно, придурок. Тебе повезло, что я не хочу вмешивать друзей, а прибраться тут надо. – К голосу Элиона вернулись знакомые насмешливые нотки. Правда, нынешняя его улыбка не обещала Феликсу ничего хорошего. – Где подруга госпожи Веги?

Он отпустил шею Феликса, тот держался с явным напряжением.

– Я… Её забрали. Т-то есть с нами за столом был ещё Адам Хансен. Тот, что клубом через дорогу управляет. Он… Девчонка та ему крупную сумму проиграла. Я сказал полчаса подождать, но он не захотел и забрал её в качестве платы. Там в клубе разное толкают, включая девочек.

Элион с демонстративной задумчивостью провёл языком по зубам, прикидывая, насколько удовлетворён ответом. Когда он кивнул, Феликс шумно выдохнул.

– Так уж и быть, поверю. Но ты не забывай, что это здесь, через дорогу, и если с подругой госпожи Веги что-то случится, то я вернусь оторвать тебе яйца. Усёк? – Элион красноречиво похлопал его по лицу. Феликс жмурился от каждого прикосновения, неуверенный, не прилетит ли кулак.

– Понял.

– И уберись здесь. Любые упоминания или видеозаписи о том, что я и госпожа Вега были в твоей забегаловке, сотри, а не то придётся стереть твоё казино. Я ясно выразился?

– Предельно.

– Ну вот и чудесно.

Элион вновь похлопал Феликса по щеке, как послушную собаку, а затем с такой силой врезал ему по лицу кулаком, что хозяин казино упал, выплёвывая окровавленную слюну и сломанный зуб.

Элион присел на корточки и вдавил его голову в пол. Вега не представляла, насколько сильно он сумел это сделать, но лицо Феликса краснело все больше, пока он не завопил от боли. И только тогда Элион его отпустил.

– Правила, Феликс. Сегодня ты их нарушил, хотя я велел завязывать со сраной игрой. В следующий раз я раздавлю тебе башку. – Игривый тон исчез, сменившись ледяным, хладнокровным предупреждением.

Феликс не посмел даже дёрнуться, оставаясь на полу в собственных кровавой слюне, соплях и слезах. Он любил