Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

— О, да! Никак не могу прийти в себя! Успехи твоего Агентства просто оглушительные. Постоянный экипаж на орбите! Строительство сверхтяжёлой станции идёт полным ходом…

— А ведь я много лет назад говорил тебе, что так и будет!

— Не могла представить себе, что грандиозные мечты мальчика-фантазёра вдруг начнут сбываться в реальной жизни, — девушка даже тряхнула гривой густых волос, обозначая свою шокированность.

— Но давай для зрителей поясним все основные достижения. Чисто для напоминания.

— Изволь. Первым делом мы доказали, что тоннельный запуск не пустой прожект, а реально работающий способ. Также выяснилось, что он эффективнее традиционного. Далее, мы резко снизили стартовую массу. Большая часть кислорода берётся ракетой из атмосферы, подобно обычной баллистической ракете или самолёту. За счёт тоннельного запуска и забора воздуха извне удалось поднять коэффициент полезной нагрузки до семи с половиной процентов. Это после десятилетий развития космонавтики, за которые никому не удалось пересечь планку в пять процентов.

Кира загибает пальцы. На её ухоженные руки тоже приятно смотреть.

— За прошлый год осуществили шестьдесят семь стартов, почти всегда ракеты возвращались целыми. То есть, многоразовое использование ракет-носителей мы тоже внедрили.

Ещё один пальчик загнут.

— Дальше не считай. Рекордная частота запусков это технологическая особенность тоннельного старта. А вот успешное строительство станции достойно отдельного упоминания, — Колчин с одобрительной улыбкой глядит на полностью сжатый кулачок.

— Что будет дальше?

— Всё очевидно. В этом году сделаем порядка двухсот стартов и будем достраивать станцию. Полностью закончим её примерно через два года.

Короткую паузу Колчин прерывает первым, опережая вопрос ведущей, которая медленно смыкает красиво приоткрытый рот.

— Самое главное назначение станции — сборка и запуск космических аппаратов. На Луну, Марс, Юпитер, куда угодно. Если стартовую площадку на Земле считать первым этажом, то орбитальная станция станет вторым. С гораздо большими возможностями.

— Есть ещё у кого-то второй этаж? — Ведущая мгновенно усваивает метафору.

— Частично у американцев, они топливозаправщик давно на орбиту повесили. Но это половинчатое решение. Корабли надо тоже на орбите собирать. А вот в этом плане у них конь не валялся.

На следующий вопрос Колчин явно удивляется. Ведущая исхитряется его слегка шокировать.

— Но ведь общая масса любого космического корабля процентов на девяносто состоит из топлива и сопутствующего оборудования? Так что топливозаправщик на орбите — серьёзный прогресс. Что?

Последним коротким вопросом Хижняк пытается сократить паузу, на которую подвисает Колчин. Наконец он расцветает улыбкой.

— Кира, ты что, стала разбираться в космической технике? Какая приятная неожиданность!

Оба смеются.

— Дело вот в чём. Во-первых, даже девяносто процентов решёния проблема это частичное решение. Но главное в другом. Орбитальный запуск позволит отправлять в большой космос более массивные корабли. Такие, что поднять с Земли невозможно. И вместо слабенького двухмиллиметровой толщины корпуса делать броню в пять-десять сантиметров толщины. Из стали или титана. А это, сама понимаешь, и защита от космической радиации и прочность с надёжностью.

— Можно ли сделать вывод, что российская космонавтика стала мировым лидером и скоро начнёт осваивать Солнечную систему?

— Можно, — Колчин улыбается. — Разрешаю сделать такой вывод. Нам надо закрепиться на занятых позициях, а вот здесь начинаются сложности…

Видеоролик прерывается на рекламу.

Зрители успевают заметить выходящую из кадра хорошенькую длинноногую брюнетку, снабдившую участников передачи чашечками с кофе. Для любого опытного шоумена очевидно, что это не накладка, а продуманный эпизод. Ведущая добавляет перчику, сдвигая ноги в другую сторону. И прежде чем вдохнуть еле видимый парок от чашки, возобновляет тему, поднятую перед рекламой.

— О каких сложностях ты говоришь, Виктор? У вас что-то не получается?

Колчин даёт себе возможность подумать, уделяя внимание кофе.

— Что-то получается, что-то нет. В научно-технической сфере всегда так. Я совсем не об этом говорю.

Ведущая вполне искренне делает заинтересованное лицо.

— Сначала загни ещё один пальчик.

Хижняк отвечает на улыбку молодого человека, и демонстративно подняв ладошку, загибает внутрь большой палец.

— Мы вбросили в российскую экономику порядка полутриллиона рублей.

— Ого! — ведущая округляет глаза.

— При этом вдруг сталкиваемся со странной политикой российского правительства. Только дозволь сделать преамбулу.

— Дозволяю.

— С самого начала мы столкнулись с серьёзным противодействием со стороны американцев. Ты должна знать, что были совершены две попытки диверсий, частично удавшихся. На самом первом старте, когда у нас ещё не было своего ЦУПа, пара сотрудников Роскосмоса подали ложные сигналы управления. Ракета начала разворачиваться обратно, к месту старта. Хорошо, что мы оставили под свои контролем систему самоликвидации.

— Ох, ничего себе! Я что-то такое слышала, но без подробностей. Была и вторая попытка?

— Да. Относительно недавно, осенью прошлого года. Обстреляли стартовавшую ракету из ПЗРК. Понятно, что попасть в неё почти невозможно, но задумка была другая. Ракеты взрываются на траектории полёта, и «Симаргл» врезается в облако осколков. На скорости в три Маха результат гарантированно фатальный.

— Старт сорвался?

— Нет. Мы его успели отложить. Ракета ушла примерно через полтора часа. Уже в чистом небе. Это самые масштабные акции, не считая мелких.

— А какие мелкие?

— Да кто их знает? — Колчин пожимает плечами. — ЦРУ нам отчёты не шлёт. Но, к примеру, меня ещё студентом на практике в Роскосмосе пытались завербовать. Осторожно и мягко. НАСА несколько десятилетий такими вещами баловалось.

— Не получилось? — Хижняк лукаво прищуривается.

— У них на это всего госбюджета не хватит, — Колчин неприятно ухмыляется.

— Как думаешь, американцы продолжат попытки диверсий?

— Надеюсь, что соревнование с ними перейдёт в режим относительно честной конкуренции.

— «Относительно честно», это как?

— Например, ограничатся технологическим шпионажем, вербовкой сотрудников. То есть, более осторожными методами. Но появился новый фактор, неожиданный и неприятный. Эстафету от американцев вдруг принимает российское правительство.

— Что-что⁈ — ведущая натурально выпучивает глаза. — Погоди-ка… я правильно понимаю, что российское правительство вредит твоему Агентству?

— Прикинь! — Колчин строит лицо несправедливо оскорблённого. Несколько преувеличенно.

— Так… — ошеломлённая девушка трёт пальцами лоб. — Может, ты что-то путаешь или что-то неправильно истолковываешь?

Колчин пожимает плечами.

— А как объяснить постановление правительства об отмене специального налогового режима, — льготного, прошу заметить, — и применении к нам общего? Кстати, все бизнесмены знают, что общий режим налогообложения это законный способ содрать семь шкур.

Хижняк хмурится, переваривая новость.

— Масштаб, конечно, больше, чем на мелкую пакость, не тянет. Тем не менее, это недружественный акт, согласись?