"Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31 - Андрей Анатольевич Федин

Александр Николаевич вздохнул. Он любил приходить сюда чуть раньше начала совета и смотреть на свою вотчину с балкона. Мало кто знал об этой его слабости. Впрочем, даже здесь он был защищён десятками заклинаний и барьеров. В императорский дворец просто так не попасть.

Сегодня Архимаг и глава рода Романовых был одет в простой кафтан из чёрного шёлка, вышитый золотой нитью, без особенных знаков отличия. Лишь с золотым гербом и тонкой цепочкой с тёмно-зелёным камнем. Он был без короны — здесь, в зале, да и во дворце она ему была ни к чему.

Здесь каждый знал его лицо — молодое, несмотря на сотни прожитых лет. В его чёрных волосах не было седины — в конце концов, у любого Архимага было достаточно знаний и ресурсов, чтобы замедлить старение. Сама магия позволяла это. Тёмно-зелёные глаза смотрели на широкие двери.

На пальцах не было колец, лишь рубцы от многочисленных битв. В конце концов, Александр Николаевич был не просто императором, но и воином, который не раз стоял на острие атаки. Он прошёл не одну военную кампанию, прежде чем унаследовал титул от отца, как и положено старшему сыну и нынешнему монарху.

Он спокойно подождал, пока в зал придут его ближники и верные советники. Император пропускал мимо ушей почтительные приветствия и думал о запахе, что почувствовал на балконе.

Угли на юге и севере тлели — в конце концов, вассалы постоянно грызлись друг с другом за деньги, честь, власть и личные амбиции. Но именно с востока тянуло дымом и зарождающимся пламенем пожара.

Он вынырнул из раздумий и приступил к заседанию. Здесь, в малом зале, скрытые от посторонних глаз, собрались верные ему люди. Его помощник и друг — канцлер Орест Гавриилович, лысый мужчина со шрамом, пересекающим правый глаз и щёку. Магистр, талантливый маг и управленец с тяжёлым взглядом и подёргиванием правого века. Не от нервов, а от старой раны.

Был здесь и Архимаг Зиновий Никонорович Громов — глава рода Громовых и владелец Кладовочки. Именно ему принадлежала идея одного из самых прибыльных предприятий Империи. Он, в отличие от императора, ничуть не стеснялся седины в волосах и, казалось, носил её как предмет гордости. В конце концов, поговаривали, что Громовы были наследниками дара от самого Перуна и до сих пор почитали его как отца-основателя.

Был в зале и худощавый казначей Матвей Ефимович, и воевода — выдающийся воин десяти звёзд, Клим Глебович Долинский, грозный боец, никогда не снимающий панцирную броню. Плечистый, с медвежьими лапами и голосом, от которого дрожало даже стекло. Он командовал дружиной императора многие годы и был верен больше любого Романова.

Рядом с ним забавно смотрелся Платон — человек без фамилии, пробившийся наверх из простого люда, один из поверенных императрицы и тайных советников самого императора.

Совет начался с дел денежных — торговли и налогов. В конце концов, именно они позволяли императору всегда оставаться на вершине. Иначе как бы смог род Романовых поддерживать свою силу? Три Архимага, включая самого Александра, в живущем поколении, больше десяти Магистров, несколько десятков бойцов десяти звёзд, личная охрана, элитная гвардия, древние артефакты, доставшиеся не только по наследству, но и добытые потом и кровью. И бесчисленное количество вассалов — князей, герцогов, графов, баронов… и, конечно же, народ.

Род Романовых был не просто правящим, а связующим звеном, держащим Империю в кулаке. Но даже так находились желающие бросить императору вызов. Скорее тайно. Впрочем, ныне они были скорее заняты местными конфликтами, и Александр Николаевич планировал оставить всё именно так. И всё это было невозможно без капитала.

Деньги сменились дипломатическими визитами и последними новостями на международном фронте. Здесь уже засиял не казначей Матвей Ефимович, а канцлер Орест Гавриилович и личный советник императрицы Платон. Донесения были точными и короткими.

Народное восстание и династийная нестабильность в Европе. Впрочем, Старый Свет не раз переживал их, переживёт и в этот раз. Визит османских дипломатов и новые связи на Востоке.

Многие из этих тем обсуждения будут подняты на собрании в Боярской Думе — совете избранных, вершине власти для выдающихся магов и воинов. Туда могли попасть лишь Магистры и Архимаги, а также выдающиеся воины десяти звёзд.

Большинство государственных вопросов обсуждалось на собраниях Думы — не только внешняя политика, но и внутреннее устройство, законы и религия. Вот только, в отличие от малых советов, проводимых императором с ближниками, Боярская Дума собиралась в полном составе редко. Нужен был особый случай.

И запах с востока подсказывал императору, что такой случай неизбежен.

И повод этот был бы связан не с уже начатыми и развивающимися родовыми конфликтами, о которых говорил Долинский.

— За последнюю весну, — прогремел голос воеводы, — в Северном княжестве так и не сработали дипломатические усилия. Пречистовы, как более древний род, продолжают давить Ивлевых.

Император едва заметно кивнул. Он отслеживал любые конфликты вассалов в собственной империи, но чаще всего вмешивался лишь в особенно значимые.

— Дело в торговом тракте и в вопросах сбора пошлин, — тут же добавил Матвей Ефимович, казначей. — Правда, на деле уже было сожжено несколько хуторов и отмечена гибель троих Адептов.

Новость была для императора малозначимой. Адепты — разменная монета в любом конфликте, так же, как и маги рангом ниже. Их смерть едва ли влияет на престол или на Северное княжество.

— А местная администрация, — продолжил говорить казначей, — прислала два взаимоисключающих отчёта.

— Что с нашими наблюдателями? — спросил Александр Николаевич.

— Последние отчёты уже у вас в кабинете, ваше величество, — ответил Платон.

Канцлер, лучше всех знал, что и когда может заинтересовать императора. Александр Николаевич же продолжил слушать отчёт о развитии конфликтов.

В Старооскольском уезде разгоралось напряжение между двумя школами магии: Тихоновской академией, поддержанной боярами из рода Велесовых, и местным собранием Шаманов Пламени. Они после недавнего признания Имперским магистратом пытались выбить себе место под солнцем.

Споры шли не только и не столько