"Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31 - Андрей Анатольевич Федин

Когда я вступил в круг, воздух дрогнул. Не от ветра. Не от рунической защиты. От меня, от ауры. Я не выпускал её специально, не давил, не стремился показать мощь, но здесь, на древних камнях, она жила собственной жизнью. Волна хаотической силы скользнула по плитам и коснулась зрителей. Кто-то из сопровождения вздрогнул, явно не ожидая такой ауры от молодого мага.

Я увидел, как Мастер из рода Крутилиных напрягся, и его рука сама скользнула к эфесу меча, хотя здесь оружие было бесполезно. Инстинктивная реакция. И очень лестная для меня.

— Это хаос, — донёсся до меня чей-то голос.

Я остановился в самом центре круга. Под ногами камень отозвался низким гулом, будто признавая мою силу.

Я сделал вдох. Воздух был густой, насыщенный магией, с железом и пеплом.

Я едва заметно усмехнулся, ощущая, как под куполом дрожит напряжение.

— Ну что, господа, — сказал я, и мой голос эхом разнёсся по арене, — кто сегодня будет моим противником?

Мой соперник вошёл в круг через другую арку. Высокий, сухощавый, в длинной мантии серебристого цвета, в нём чувствовалась лёгкая усталость и сила.

В конце концов, напротив был Магистр Борислав Якимов. Его движения были спокойными, без суеты, как у человека, который знает цену себе и противнику.

Он лишь занял место напротив меня и тряхнул белобрысой головой с растрёпанными волосами.

— Максим Клинков, — сказал он, его голос был сухим, но без всякой издёвки. — Говорят, ты недавно стал Магистром. Не думал, что у нас будет встреча так скоро.

Он слегка склонил голову в знак уважения. Я ответил тем же.

Мы не были врагами. Сегодня я лишь намеревался снять возможные претензии и сомнения, и Бориславу просто не повезло оказаться на той стороне полигона.

Князь Демидов поднялся с места, его голос разнёсся над ареной:

— Сегодня у нас поединок Магистров. Условия известны: защитный купол и пелена установлены. Смерти никто не допустит, но поражение будет видно всем.

Вокруг меня и Борислава задрожала невидимая пелена. Её можно было заметить, только сосредоточившись. Если собственные щиты падут, а на пелене будет хотя бы небольшое повреждение, то будет понятно, что ты проиграл. Простые правила. И честные. В конце концов, никто и правда не хотел смерти Клинкова или Якимова.

Борислав расправил плечи, его аура мягко развернулась, заполнив круг. Я чувствовал, что он был неплох — в конце концов, Магистром просто так не становятся.

Мы смотрели друг на друга, готовые к битве, и ждали княжеского сигнала.

— Бой! — раздался голос Григория Арсеньевича.

Первым ударил Борислав. С его пальцев сорвался клин воздуха — быстрый, точный, направленный мне прямо в грудь. Для зрителей — простая, но мощная атака. Для меня — поток маны, туго сплетённый противником. Я видел, как линии сходятся в одну точку, в узел переплетения.

Я рванул в сторону и использовал Искажение. Воздух передо мной дрогнул, словно тонкая плёнка воды. Клин сорвался с траектории и с визгом рванул в сторону, ударив в каменную колонну справа. Борислав отскочил назад, его брови дёрнулись вверх.

Я не дал ему времени опомниться и ударил несколькими Клинками хаоса, но они лишь впились в Воздушный щит. Мне же в ответ прилетели Воздушные диски, которые я едва отбил Адаптивным щитом, сплетённым из сконцентрированного хаоса на небольшой площади. Адаптивный щит даже не дрогнул от заклинаний Борислава.

Я специально не ставил полноценный щит и использовал небольшую заминку в свою пользу, и сплёл собственное заклинание.

Небо над куполом почернело. Зрители ахнули, когда первые капли упали на камень. Влажный воздух наполнился запахом кислоты и сжигания. Капли едва касались камня, и он начинал дымиться. По серебристой мантии Борислава пошли тёмные разводы, металл его амулета зашипел. Он взмахнул руками, создавая новый многослойный барьер и спасаясь от падающего с неба Чёрного ливня.

Сегодня я собирался показать новый арсенал, арсенал Магистра. Я видел, как Борислав сосредоточился на защите, как его аура загустела, боясь дождя. Это давало мне пространство для маневра.

Я использовал Хоровод хаоса. Из меня вырвались фантомы. Сначала двое, потом четверо, вскоре они стали дюжиной и окружили Борислава. Каждый — моё отражение, каждый готов к бою.

Одни фантомы создавали видимость атаки, другие — простенькие заклинания, а третьи вторили моей ауре. Борислав резко обернулся, его глаза метались, он пытался вычислить, где я настоящий. Его щиты гасили удары и заклинания. Это уже был не просто Морок, а настоящая сложная смесь хаоса и иллюзии.

Я чувствовал замешательство Магистра. Он разбивал фантомы, но на их месте появлялись новые. Борислав едва понимал, куда смотреть. Он сжал зубы, из его ладони вырвался широкий Вихрь ветра, настоящий ураган, который заставил большую часть фантомов исчезнуть. Но трое моих копий продолжали наступать. Борислав ударил снова, но в этот раз я был готов.

Я использовал Пакт хаоса. Родная стихия внутри закипела, и по телу пробежала волна дрожи. Хаос внутри меня завихрился, превращаясь в небольшие сконцентрированные сгустки бурлящей силы. Мой запас маны буквально сгорал на глазах, но оно стоило того.

Я ударил чистым хаосом прямо в щит Борислава. Атака была намного сильнее обычной. Борислав едва успел прикрыться руками, но раздался взрыв. Воздух и хаос смешались, уши заложило.

Барьер Борислава раскололся, слои его защиты буквально схлопнулись, и Магистр отлетел назад, ударился об камень и застыл. Его мантия дымилась от кислотных капель, волосы были спутаны, дыхание сбилось, но он был в сознании. Он поднял руку, признавая поражение.

— Довольно, — раздался голос князя.

Я остановил все свои заклинания.

Я, как и все присутствующие, видел, что пелена, защищавшая Борислава, покрылась крупными трещинами.

Это означало одно: я победил.

Воздух вокруг меня всё ещё дрожал от прошедшего боя. Я зашагал