Осколок звезды - Лилия Олеговна Горская

накрытых антимагической тканью. Наверняка там лежали трупы, и прикрыли их потому, что боялись их превращения в монстров из-за тлетворного влияния Темнолесья.

Со стороны балконов послышались вздохи, цоканье языков и неудовлетворенные разговоры. Судя по более активным вскрикам, кто-то упал в обморок.

– О, мне плохо, – пробормотала Айраэль, поворачиваясь к стене и уперев в сырой камень руку.

– Принцесса, вам помочь? – Нова обеспокоенно выступил вперед. Нейтралы обернулись.

Айраэль согнулась, и из ее нутра вырвались не самые приятные звуки. Лукс закрыл обзор собой, бросив:

– Отвернитесь, дурни.

И возвел звуковой барьер. Нова и нейтралы послушались, уставившись на происходящее внизу или на балконах сверху, и звуки внешнего мира как отрезало. Айраэль, пользуясь драгоценными секундами, быстро спросила:

– Какие у этих нейтралов способности?

Лукс незамедлительно ответил:

– Они не раскрывают своих способностей и меняются каждый день. Но сегодняшние – точно менталист, на указательном пальце кольцо, и элементаль, для физика щупловат.

«Значит, определить отсутствие в комнате потенциально может только один», – подумала Айраэль. Для того, чтобы взаимодействовать с человеком или марионеткой, менталисту нужен прямой физической контакт. Опасность пока представлял только элементаль.

– Спасибо. Я хочу выбраться к Альциону сегодня ночью, попрощаться в одиночестве. Поможешь?

Лукс замешкался, хмурясь, но нехотя ответил:

– Если не в одиночестве, можно.

– Возьму Пастерце.

– Идет.

– Спасибо тебе. Жди сигнала ночью.

Прерывая драматическую сцену, Лукс снял барьер, а Айраэль с преувеличенной застенчивостью, вытирая сухой рот рукавом, попросила:

– Могут ли господа наколдовать воды?

Нейтралы переглянулись. Один, которого Лукс назвал менталистом, буркнул:

– Не наша специализация.

Айраэль прикинула, что к ней бы не приставили второго элементаля воздуха. Если тот, что стоял перед ней, не управляет водой, оставалось только два варианта – огонь и земля. Землю можно отринуть сразу: он бы по вибрации камня почувствовал, что она бежит из покоев, и кинулся бы наперерез быстрее. Значит, это элементаль огня. Боевой тип: можно не бояться, что он помешает ей выйти ночью.

– Прошу прощения, – вздохнула она, вновь обращаясь лицом к двору.

Повозки еще прибывали. Последней въехала грязная белая карета. Одно колесо у нее шло восьмеркой, а другое и вовсе заменил деревянный обруч, наскоро сделанный под колесо, чтоб карета ехала. Айраэль сразу признала и резьбу на корпусе, и знак Звезды на двери. Только сейчас кареты и людей догнала жуткая трупная вонь. Желчь опять подступила к горлу, и Айраэль приложила платок с почти выветрившимся запахом к носу.

Темнолесье никого не щадит.

Хадар и посол, намеренно игнорирующие друг друга, спешились и молча пошли по ступеням в замок. Солдаты принялись разбирать трупы, чтобы отнести их в подвалы, а именно, в освобожденные от трав помещения, где стены были сложены из антимагического мрамора.

Посол поднялся первым. Его латы были запачканы кровью, а под глазами залегли синяки. Тем не менее, его губы изогнулись в прохладной улыбке, когда он вытащил обломок стрелы с желто-белым оперением и показал его принцессе.

– Для вашего отца все скверно складывается.

Стараясь не задерживать дыхание от вони, Айраэль скользнула взглядом по грязным, смятым перьям и ответила:

– Когда начнется второй этап суда, мы докажем, что непричастны.

– Боюсь, вас мало что спасет. Только если чудо, – посол сунул стрелу нейтралу. – Не волнуйтесь, Ваше Высочество, Даррагон умеет вести политику честно. Правительство объявит casus belli[3] в ноте.

Посол прошел мимо, оставив Айраэль кипеть от злости. Нова кашлянул. Потом подошел Хадар. Айраэль не знала, почему у нее на глазах выступили слезы, тем не менее, она сдержала их. Как же ей хотелось его обнять. Но момент был не лучший.

– Все хорошо? – не удержалась она, хотя спросить хотела совсем другое. «Ты не ранен?», «Вы что-то узнали?», «Никто не заразился?».

Хадар вежливо поклонился. Он выглядел уставшим.

– Все живы, вашими молитвами.

Айраэль облегченно прикрыла веки. Сидя взаперти, она успела многое надумать. В том числе и то, что вся вылазка за пропавшей группой – западня, и домой никто не вернется.

Пастерце подошел следом. В отличие от других солдат, посла и Хадара, он словно и не вымотался – такой же спокойный взгляд, уверенная походка и на удивление чистые латы. Латы ему шли. Пастерце сразу походил на рыцаря. Или принца. Единственное, что портило его – ранка на лбу, слева над бровью, что слегка кровоточила.

– Рука не беспокоила? Как ты себя чувствуешь? – с тревогой спросила Айраэль.

Пастерце пожал плечами.

– Нет. И, пожалуй, не ужасно.

Айраэль сдержала улыбку. Что еще он мог ответить? Потом она выглянула из-за его плеча.

– Вы нашли?..

Пастерце помедлил.

– Да. Но его придется собирать по частям, чтобы сложить в гроб.

На лицо принцессы упала тень. Она быстро кивнула, вновь приложив платок губам. Пастерце остановил взгляд на платке, а затем отвернул профиль.

– Я рада, что вы все вернулись живыми, – сказала, наконец, Айраэль. – Я бы обняла тебя, но сначала вам всем нужно помыться, поесть и выспаться. Помыться в первую очередь. Купальни готовы.

Пастерце вежливо кивнул. Но когда тот собирался уходить, Айраэль поймала его за латную перчатку и заставила наклониться. Когда их лица оказались на одном уровне, она протянула руку с платком и промокнула его ранку.

– Встреть меня у погребов в полночь, – шепнула она едва слышно.

* * *

Примерно в одиннадцать-сорок-пять ночи Айраэль заскулила.

– Дрянной перекус! Кто надоумил приносить прокисшее молоко!

Где-то из-за двери раздался сочувственный голос Новы:

– Меня тоже иногда как возьмет, так всю ночь не разогнет.

Айраэль ныла минут пять, пока намеренно не повысила голос:

– Дрянное молоко-о-о!

Голос Лукса громко вопросил:

– Принцесса, желаете прикрыться тишиной?

Айраэль прикрикнула с раздражением:

– Ну естественно! Хотя бы на полчаса-а-а, а-а-а, какой ужас, чтоб вас всех вместе взятых…

Подождав минутку, Айраэль открыла окно и прислушалась. Ни шума ветра, ни сосен – хотя темные верхушки явно качало. Барьер возведен. Мысленно благодаря Лукса, Айраэль выскочила за гобелен и раскрутила шарик со светящейся водой. Она старалась выбирать самые дальние проходы, чтобы не встретиться со слугами и не дать дежурившим магикам-нейтралам услышать себя.

К счастью, обошлось без инцидентов. Когда Айраэль выбралась в нише за рыцарским доспехом у самых погребов, Пастерце ее уже ждал.

– Что случилось? Я еле уговорил нейтрала подождать на первом этаже. Он не очень поверил, что я люблю выпить.

– Смотря как уговаривать. Что ты ему сказал, «я люблю выпить, подождите на первом этаже»?

Судя по красноречивому молчанию, так и было.

– Не хватило «пожалуйста»? – помедлив, вопросительно наклонил голову Пастерце.

– Нет, это было бы лишним. Идем.

– Так что случилось?

– Я хочу проведать Альциона, – призналась Айраэль.

Повисла тишина.

– Проведать труп?