Март Вахрамеев - Антон Юрьевич Перунов

могу больше ничего говорить… Короче, кресло второго пилота только для летчика. Я и сам с трудом себя сдерживаю, чтобы ничего не наделать лишнего, а если еще и за тобой следить придется, все, крышка.

— А Курсант, значит, может…

— Он же кот. И лапы у него коротки до педалей или кнопок дотянуться. Опять же смотри, как он лежит, убаюканный гулом двигателей, и дрыхнет, свернувшись калачиком. Или не спит, — хвостатый, услышав, что о нем говорят, пошевелил ушами, а потом и вовсе открыл один глаз, мол, чего надо?

— Все в порядке, просто Роза на твое место покушалась, пришлось ей дать разъяснения.

Котенок широко зевнул и потянулся, изогнувшись и напружинившись, и выпустил когти. А потом уселся, привалившись к спинке кресла, и принялся вылизываться с таким видом, что всем стало ясно, что удобство нахальной девицы не входит в число его приоритетов.

В любом случае, Бакановой пришлось смириться с аргументами Марта. Как бы абсурдны они не были. Зато в своей версии о его появлении из других миров она заметно укрепилась. И в сущности не так и далека оказалась от истины… Позднее феномен его личности продолжал интересовать очень многих. Но, как и Розе, им оставалось только гадать. Ответ мог бы дать сам Март, вот только делать это он и спустя годы почему-то не считал нужным.

После всех приобретений перспектива распотрошить бандитскую нычку уже не казалась такой весомой, но Вахрамеев понимал, что кристаллы — универсальная валюта и наверняка пригодятся при любых раскладах.

— Роза Алексеевна, — дожевав принесенный девушкой сэндвич, спросил он, — подскажи, будь любезна, сколько там, у вас в Ганзе, стоит фунт Груза? К слову, спасибо, было очень вкусно.

— На здоровье. Это у тебя с голодухи. А так ничего особенного. Мне трудно провести аналогию. Да и цен в Беловодье я не знаю.

— Что, золото у вас не в чести?

— Ну почему… драгметаллы котируются на бирже. Но основные средства расчетов — просто цифры на счетах в банках. Там сложная технология, но в целом все честно получается.

— Хорошо, скажи, вот этот шаттл сколько стоит в ваших дензнаках…

— В марках примерно десять миллионов или больше, если новый. Точнее не знаю. Можно и в крипте посчитать, она сейчас идет одна к десяти тысячам.

— Интересно. А весь химмелн?

— В сто раз больше. От половины до целого миллиарда… Химлы тянут на целое состояние!

— Хорошо. А в марках ганзейских фунт груза — это сколько?

— Ты про аструм?

— Так у вас называется этот минерал?

— Его еще радолит называют в некоторых мирах. А ты не знал?

— Откуда? Так все же, сколько он стоит?

— Фунт? Не знаю. Можешь сам посчитать. Грамм торгуется за пятьдесят-шестьдесят марок.

— Подожди, а золото?

Баканова пожала плечами:

— Золотаямонета в 10 марок весит примерно три грамма.

Март быстренько посчитал в уме.

— То есть Груз в пятнадцать раз дороже золота?

— Вроде так получается…

— Тогда пуд Груза это около восьмисот тысяч…

— Не все так просто. Комиссия, налоги… отминусуй четверть, но в целом да.

В свете полученной информации перспектива разжиться почти полутора пудами заиграла новыми красками. «Такой куш я упускать точно не стану!», — мысленно пообещал себе Вахрамеев.

— Искин, мы подлетаем к заданному квадрату. Отслеживай всю активность в периметре. И срочно сообщай мне. Любое шевеление. Все подозрительное или просто сомнительное. Экипаж, тоже не лениться, смотреть в оба.

Кот и девушка сразу же уставились в блистеры по правой стороне, оставив левую полусферу на командира. Впрочем, во все более сгущающихся сумерках толку от этого было немного. Сейчас они уже летели по широкому ущелью, держась на небольшой высоте четко между отвесных склонов. Внизу змеилось русло пересохшего горного потока, в котором не осталось ни капли воды. Только обкатанные рекой булыжники. Карта показывала, что впереди по маршруту еще одно ответвление, заметно более тесное. И когда шаттл, заложив правый разворот, четко вписался в новый каньон, система сообщила:

— Отмечены подозрительные объекты, — и вывела на визор ЗШ Марта еще пока не слишком четкое изображение в тепловизионном режиме четырех фигур с оружием в руках, сидевших на уступе, с которого отлично контролировалось все пространство.

— Хорошо устроились, негодяи. Рисковать и разбираться, кто они и зачем тут сидят, мы не будем.

Неизвестные не стали убегать и прятаться. Вероятно, они не раз наблюдали рахдонитскую авиатехнику. Не факт даже, что они знали, что их отлично видно. И прежде винтолеты просто пролетали мимо, продолжая свой путь, начисто игнорируя аборигенов. Даже наоборот, разбойники с интересом разглядывали стремительно надвигающийся борт, о чем-то перекрикиваясь друг с другом. Чувствительная оптика позволила увеличить изображение, так что стали отчетливо видны черты их лиц, одежда и винтовки в руках.

Надежно взяв групповую цель в перекрестье прицела пушки, Вахрамеев выбрал осколочно-фугасно-зажигательные снаряды. Когда система показала, что до противника осталось пятьсот метров, нажал на гашетку.

— Огонь!

Грянула короткая пристрелочная очередь. Автоматика сработала на отлично, точно поразив цели. Тридцатимиллиметровые дары смерти, преодолев расстояние за пол секунды, так что грохот выстрелов почти слился с разрывами на скальном уступе, разорвали тела бандитов на куски. Площадку заволокло дымом и пылью от взрывов.

— Цель поражена, — ровный голос искина прозвучал громче и благозвучней фанфар.

Дав еще одну очередь на пять зарядов, сам себе пояснил.

— Контроль. Все чисто. Дело сделано.

И только сейчас заметил, как смотрели на него Курсант и девушка. Было в их взглядах удивление, но больше уважение перед решимостью и твердостью, которые он только что продемонстрировал.

— Март, ты вот так запросто убил четверых… — не смогла сдержать эмоций Роза.

— Не одобряешь?

— А если они просто люди, охотники или еще кто?

— Ну-ну… вот прямо в этом мертвом тупичке. Сидели и ждали такие красивые не пойми кого…

— Так ты думаешь, это была засада на тебя?

— Уверен. Только они готовились к встрече с человеком на коне или на мотоцикле. А мы явились все в белом… Все, отбой. Шаттл идет на посадку. Оставайтесь внутри и никому не открывайте, хехе. Я скоро.

Неприметный валун оказался входом в низкий и узкий проход. Едва протиснуться взрослому человеку, да и то, согнувшись почти пополам. Так что лезть в скафе все равно бы не получилось. Продвигался он вперед осторожно, ожидая разных сюрпризов. Но через десяток метров коридор раздался в стороны. Захотелось сразу шагнуть дальше, выбравшись из тесноты.

Но Март опять тормознул себя и внимательно осмотрел пространство перед собой, освещая царящую вокруг темень мощным люминесцентным фонарем. И потому смог заметить аккуратно присыпанную песком толстую металлическую струну, протянутую над полом. Аккуратно