Дворецкий поместья «Черный дуб» - Варвара Корсарова

– Пожалуйста, госпожа Диль.

Рекстон вытащил из кармана свой неизменный блокнот, быстро записал названия, вырвал лист и протянул ей. Ирис выхватила его и ушла, стараясь спиной показать, что она негодует.

В трактир «Хромой гонец» Ирис вошла уверенной, небрежной походкой. На лицо она нацепила выражение холодного достоинства, позаимствованное у Рекстона. Она ожидала глумливых взглядов и насмешливых шепотков. Наверняка гости тети Греты уже разнесли по всему Альсингену историю о невоспитанной незаконнорожденной дочери барона, которая якшается с гангстерами и умеет говорить басом.

Но ее ожидал приятный сюрприз. Взгляды, конечно, бросали, но не косые, а по-доброму любопытные. Были даже улыбки и приветствия. Незнакомый человек в углу, закутанный в пальто, не пошевелился – дремал, привалившись к стене, – но двое почтенных господ за столиком у окна приподнялись и кивнули.

Трактирщик Вилле сразу же налил ей кружку горячего пива со специями и пододвинул со словами: «Приветственный напиток за счет заведения! Как поживают ваша тетушка, кузен? Как старина Рекстон?» Ирис сделала глоток, довольно выдохнула и расслабилась. Что бы там ни думали про нее чопорные столпы местного общества, остальные жители Альсингена принимали ее нормально.

Она передала трактирщику поручения Рекстона. Вилле заверил ее, что кухонная помощница явится в поместье утром и сразу приступит к своим обязанностям. Постояльцы гостевого дома «Черный дуб» не останутся без завтрака. А к ужину им подадут вино, если только госпожа Диль оплатит дюжину бутылок. Ирис, вздохнув, передала трактирщику нужную сумму.

Кошелек опустел. Если ей понадобятся деньги на личные расходы, придется просить у Рекстона или у Финеаса. Но ничего, есть способ разжиться быстрыми деньгами.

– Вилле, можно мне дать у вас в трактире кукольный спектакль? – взяла Ирис быка за рога.

От удивления Вилле выронил полотенце, которым полировал кружки. Ирис поспешила объяснить:

– Я актриса, кукловод. Почему бы не порадовать жителей Альсингена? У меня в репертуаре есть спектакли на любой возраст и вкус. Утром можно дать детское представление, а вечером – для взрослых. В любой день, в какой пожелаете. Выручку – пополам. Идет?

– Но… госпожа Диль… вы же, вроде как… дочь барона…хозяйка усадьбы «Черный дуб»… Что скажет госпожа Эрколе? А госпожи Ойген, Хунтер?

– Да пусть говорят что хотят. Не им же на сцене выступать. Подумайте, Вилле! Спектакль привлечет посетителей в трактир, они захотят выпить и закусить…

Ирис потерла пальцами, как будто отсчитывала купюры. Вилле довольно кивнул и задумался. Налил еще две кружки, одну себе, другую пододвинул Ирис, хотя она и с первой-то не расправилась.

– Что ж, попробуем, – сказал он. – Но насчет детского спектакля вам лучше поговорить с господином Барнабасом… Вот и он, кстати, легок на помине.

Дверь хлопнула, Ирис обернулась. В трактир вошел молодой человек в недорогом сером костюме, худощавый, с прямыми русыми волосами и усталым, но добрым лицом. Не красавец, но внешность располагающая. За руку Барнабас вел девочку лет восьми, очень похожую на него. Он приблизился к стойке, поздоровался, снял шляпу. Трактирщик представил его Ирис.

– Господин Барнабас, наш школьный учитель и библиотекарь. А это барышня Соня.

Он вытащил из-под прилавка вазочку с леденцами, и девочка тут же принялась копаться в ней.

– Моя младшая сестра, – пояснил господин Барнабас. – Она осталась сиротой, я о ней забочусь.

Ирис сочувственно глянула на него. Теперь стало понятно, почему у Барни такой измученный и бледный вид. Сидит, поди, день-деньской в библиотеке или в классе, дрессирует детишек, да еще и за сестрой присматривает.

А она егоза порядочная. Барышня Соня в пять минут расправилась с половиной конфет, фантики скатала в шарики и принялась обстреливать посетителей.

Ирис рассказала учителю о своей идее, и он пришел в восторг.

– Всецело поддерживаю! – горячо воскликнул он. – В Альсингене мало развлечений для школьников. У нас и школа-то крохотная, сто учеников всего. Но хулиганят они за тысячу. А почему? А все потому, что им нечем заняться, у них мало новых впечатлений. Я стараюсь как могу, организовал в библиотеке читательский кружок, но им это неинтересно. – Барнабас тяжко вздохнул. – Я им и так надоел на уроках, глаза бы их меня не видели. А тут появились вы, новый человек, столичная актриса! Если покажете им кукольный спектакль по книге, которую мы сейчас изучаем, будет прекрасно.

– С удовольствием, если ваш директор одобрит. Я познакомилась с ним на званом чаепитии, и он… ну… не был впечатлен.

– Плевать на директора, – с мрачной решимостью сказал Барнабас. – Он с детьми не работает, только в кабинете сидит да бумажки перекладывает. Старый бесполезный пень, вот он кто.

Ирис понравился его бунтарский дух. Она пришла к выводу, что учитель Барнабас – мужчина упрямый и даже озорной. Наш человек.

Его сестра прислушивалась к разговору, хитро косила глаза и улыбалась. А потом показала Ирис язык. Ирис не осталась в долгу, да еще попросила страшным скрипучим голосом:

– Дай конфетку! У тебя платье в клетку!

Трактирщик солидно улыбнулся, Соня и ее брат рассмеялись. Трюк всем понравился. Ирис все больше оттаивала душой.

Но тут в трактире появилась новая посетительница, и все переменилось. В зал впорхнула барышня Лисси Ойген, нарядно одетая, с летящим розовым шарфом за плечами, благоухающая лилиями. Она процокала к стойке и весело попросила:

– Вилле, дайте три бутылки черного крепкого! У нас сегодня на обед будет тушеная баранина в пиве, – пояснила она на всякий случай, чтобы никто не подумал, что такая изящная девица глушит крепкое пиво пинтами.

– Сию секунду.

Вилле повернулся к полкам.

– Лисси! – радостно взвизгнула Соня и потянула ее за шарфик. – Какой красивый! Дашь поносить?

– Привет, Соня-засоня! – задорно ответила Лисси. – Дам, если скажешь волшебное слово.

– Пожалуйста, – добавила Соня, подумав.

Лисси небрежно сняла шарф и намотала его на шею девочки.

– Если испачкаешь, заставлю самой стирать в пруду. А там, кстати, водятся пиявки.

– Здравствуй, Лисси, – скованно бросил Барнабас.

– Привет, Барни. Ты чего такой надутый? Опять сердишься на меня за что-то?.. Ну, не будь злюкой! Давай мириться!

Лисси быстро чмокнула его в щеку, и учитель побагровел от смущения. Потом она отвернулась от него, как от пустого места, и заметила Ирис, которая с любопытством наблюдала за этой милой сценкой.

– Доброе утро, госпожа Диль. Вы еще не уехали? – притворно удивилась Лисси.

– С чего мне уезжать?

– Ну… вам у нас, наверное, скучно после бурной столичной жизни, – сладенько улыбнулась Лисси и с фальшивой заботливостью посетовала: – Позавчера вы были сама не своя. Мы вас напугали?

– Вы же не крокодилы, чтобы вас пугаться. Мне все очень понравилось. Я никуда не уеду. Вот, готовлюсь встречать