Высшее общество - Алекс Хай

class="p1">Я предложил встречу не в Департаменте, а у меня в кабинете на Большой Морской. Здесь было спокойнее: никаких посторонних, никаких секретарей, никаких журналов посещений. Друг приехал к девяти, когда суета в доме уже затихал.

— Поднимайся, — сказал я ему в холле. — Сразу ко мне.

— Это значит «да»? — тихо спросил он.

— Сейчас узнаешь.

Мы вошли в кабинет. Я плотно закрыл за нами дверь, повернул ключ, и даже зачем-то задёрнул шторы. Денис стоял посреди комнаты — взвинченный, нервный, сгорающий от нетерпения.

Я открыл сейф, достал бархатный футляр, опустил на стол и включил лампы. Денис подошёл и неуверенно посмотрел на меня.

— Открывать?

— А зачем же, по-твоему, я его сюда принёс? — улыбнулся я и протянул ему лупу.

Он осторожно откинул крышку.

Голубой бриллиант лежал на чёрном бархате, и я в десятый раз убедился, что вживую он смотрелся ещё лучше. Чистый, как майское небо. Грушевидная огранка отбрасывала на бархат тонкие синеватые блики.

Денис замер. Несколько секунд он не дышал, потом отложил лупу и медленно сел в кресло напротив, не отрывая глаз от камня.

— Саша… — прошептал он. — Саша, я… я не знаю, что сказать.

— А ты ничего и не говори, — посоветовал я. — Просто любуйся. Камни это любят.

Я видел, как у него дрожат пальцы — не от страха, а от чистого, неприкрытого восторга. Денис, директор Департамента магических артефактов, человек со стальным самообладанием на службе, сейчас сидел передо мной как мальчишка, которому впервые показали океан.

— Господи, — выдохнул Денис. — Лена же… она же…

— Надеюсь, сойдёт с ума от радости, — закончил я. — Поэтому соберись и давай работать. Камень — это только начало.

Я встал, подошёл к шкафу и достал папку с эскизами. Разложил три листа на столе рядом с футляром.

— У нас три варианта. Помнишь, я показывал тебе на кухне? Я их доработал, ориентируясь на то, что мы тогда обсуждали.

Денис склонился над эскизами.

Первый — кольцо с тремя камнями, центральный плюс два поменьше по бокам. Второй — кольцо-дорожка с одним крупным камнем. Третий — гало, тонкая лента золота с центральным грушевидным камнем в окружении мелких бесцветных алмазов.

— Ты тогда выбрал гало, — напомнил я.

— Помню. — Денис продолжал смотреть на эскизы. — Но это до того, как я увидел вживую этот камень.

— И что изменилось?

Он поднял глаза.

— Саша. Этот бриллиант… Он… Не знаю, как сказать… Ему не нужна свита. Окружать его мелкими камнями — значит отвлекать от него внимание. Ему нужен простор. И, может, два товарища по сторонам. Не свита, а самые близкие друзья.

Я удивлённо посмотрел на друга. Не ожидал, что он настолько хорошо его почувствует. Вот тебе и педантичный чиновник…

— Денис, ты только что описал точно то, что я сам думал на обратном пути из Вены. Слово в слово.

Он смущённо улыбнулся.

— Видишь, учусь у тебя понемногу… Значит, первый вариант?

— Только с доработками, — кивнул я. — Два маленьких грушевидных по бокам, как на первом эскизе. Возьмём прозрачные самоцветы хорошей чистоты, каждый примерно в треть или полкарата, и расположим их горизонтально по бокам от голубого. Так они будут подчёркивать его красоту и цвет.

Ушаков согласно кивнул, представляя, как это будет смотреться.

— А металл? — спросил он.

— Только белое золото. Платина не подходит под задачу артефакта, серебро — тоже. А жёлтое золото будет плохо сечетсться с нашими камнями. Белое — то, что нужно. К тому же Лена любит именно все серебристые металлы.

Денис кивнул.

— Хорошо, так и поступим. Размер пальца Лены ты знаешь?

— Конечно.

— И ещё одно. — Денис помолчал. — Артефакт получится мощным?

— Весьма. Сделаю двойной функциональный контур, — сказал я. — Основной проброшу через центральный бриллиант. Ясность мышления, скорость реакции, ментальная устойчивость. Идеально для Лены — она у нас девушка деловая, голова работает на износ. Вспомогательный контур пройдёт через боковые камни. Стабилизация и питание основного.

— Сколько по сроку?

Я прикину.

— Две-три недели. Если работать по ночам и тайком.

— Хорошо. И всё же, Саша… Сколько ты хочешь за работу?

— Денис. — Я строго посмотрел на него. — Этот разговор у нас уже был. За работу — ничего. За материалы — по себестоимости, я скажу окончательную сумму, когда закончу.

— Саша!

— Денис!

Он замолчал и покачал головой.

— Ну ты и упрямец. Всегда таким был. Спасибо, друг.

* * *

Той же ночью я приступил к работе.

Режим установился сам собой. Днём — мастерская, «Сингулярность», военный заказ, текущие дела Дома. И только когда дом затихал, когда Лидия Павловна гасила лампу в своей спальне, а Лена, наконец, закрывала наконец крышку ноутбука, — я возвращался в кабинет и брался за тайный заказ.

Замок на двери я подкрутил. Шторы я задёргивал так плотно, что они не пропускали ни одной полоски света. Лампу я поставил под низкий абажур — свет падал только на рабочую поверхность, остальное оставалось в тени. Перед сном я убирал всё в сейф, до последнего обрезка, до последней крупинки золотой пыли.

Конспирация работала. Но не идеально.

На третий день Лена постучала в кабинет в половине двенадцатого ночи. Я едва успел смахнуть с рабочего стола эскиз кольца на пол и накинуть на тиски тряпку.

— Саша, — она заглянула. — Ты ещё работаешь? У тебя замок зачем-то на ключ закрыт.

— Заело, — соврал я не моргнув. — Ремонтник придёт на той неделе.

— А ты что, на ночь к себе никого не пускаешь?

— Делал перерасчёт по «Сингулярности», — я ткнул пальцем в первые попавшиеся бумаги, лежавшие у меня на углу стола. — Не хотел, чтобы кто-нибудь случайно перепутал страницы.

Лена недоверчиво прищурилась, но дальше вынюхивать не стала.

— Ладно. Я просто принесла тебе чай. — Она поставила чашку на угол стола, подальше от моих «бумаг», и помедлила. — Саша, ты как-то странно работать стал. По ночам не спишь, выглядишь усталым. Это всё из-за яйца Дяди Кости?

— И из-за него тоже.

— Сложный заказ?

— Самый сложный за мою практику, — сказал я честно, имея в виду, разумеется, совсем другое.

— Ну, отдыхай хоть иногда. — Она задержалась в дверях. — Только знаешь… есть в тебе что-то странное в последнее время. Будто ты что-то прячешь.

Я приподнял бровь.

— Лена. Я прячу пять листов с расчётами артефактной вязи. От тебя их прячу, потому что ты, если их увидишь, то схватишься за сердце. А оно у тебя чувствительное.

Сестра нервно усмехнулась.

— Ага, скажи это нашим поставщикам, которые уверены, что только дьявольское отродье может так прижимать их по скидкам. Ладно, ты всё же не засиживайся — а то даже мама начала у меня о тебе