Стеллар - Роман Прокофьев

поселения выживших, большие и малые, и их оказались тысячи, но мало, несоизмеримо мало в масштабе планеты. На побережье, прежде благоприятном для жизни, теперь, вероятно, бушевали приливные штормы и мощнейшие торнадо. Черная Луна, ставшая новым спутником Земли, принесла с собой и новые беды. Люди бежали от них вглубь материков, основывая в защищенных местах новые поселения…

М-да! Я задумался. Далеко, очень далеко. Глобальная задача — это возвращение в Город, посещение Башни Пустоты и разгадка своего прошлого. Мне нужно как — то туда попасть. И без посторонней помощи это невозможно. Местные упоминали о торговле с Городом, это означало, что существовали какие — то транспортные связи. Это первый вариант, его нужно пробивать через местных, например, того же Вонга. Второй — просить связаться с Городом руководство форта. Неизвестно, как все устроено в Городе и Легионе, и будут ли они предпринимать попытки спасти выжившего трибута? Но такой вариант тоже исключать нельзя.

Мико: Не забывай о боевой директиве! Мы должны ликвидировать «Крысиного Короля».

Да, второе по важности, но первое по срочности дело. Энджело угрожала опасность — к форту приближался огромный Конвой Бродяг, заключивший загадочное соглашение с азурической Тварью, правившей стаей раттов. Каким — то образом нужно разобраться со всем этим. И здесь, опять же, необходимы контакты с руководством форта и желательно информация и совместные действия. Ведь я даже не знаю, где искать и как добраться до крысиного вождя. Кроме ликвидации «Короля», не мешало бы организовать экспедицию за «Яйцом Руха», но тут я просто не знал, как подступиться к этой задаче.

И, наконец, третье — собственное развитие. Нужно найти источник Азур, чтобы закончить имплантацию Гена Гидры и продолжать усиливать свой организм. Охота на морфов и выполнение заданий Стеллара?

Ну что же, вот и нарисовался приблизительный план действий. Войти в контакт с руководством Энджело насчет угрозы, узнать у семьи Вонг о торговых маршрутах в город, расспросить Тару о ближайших местах обитания морфов.

И не забудь выяснить насчет Одержимых, Инкарнаторов и их войн, — напомнила нейросеть. С этой мыслью я и заснул, мгновенно и намертво — как будто нажали кнопку отключения.

Рано утром меня разбудила Мико, шепнувшая в ухо, что к Таре пришли гости.

Полуобнаженная девушка стояла у приоткрытой двери. Я услышал мужской смех и какое — то неразборчивое замечание, на которое Тара ответила яростным шипящим шепотом. За ним последовал шлепок и какая — то непонятная возня.

… сказала, нет! Пусти!

… да ладно, детка. Ты такая секси, когда злая!

… отвали, дерьмо Ангела! — яростно взвизгнула Тара, и звуки борьбы усилились, словно девушка пыталась выпроводить настойчивого гостя. Насторожившись, я поднялся, бесшумно возник за спиной Тары. Моя подружка одновременно старалась удержать простынь, прикрывавшую смуглые прелести, и вытолкать из двери невысокого, но крепкого парня, схватившего ее за запястье. Молодой, с выбритыми висками и слегка раскосый, он на мгновении остолбенел, увидев меня, в одном нижнем белье выросшего за Тарой. Затем оскалился и сплюнул, продолжая удерживать круглым мускулистым плечом дверь.

Глава 32

— Дерьмо Ангела! Так это правда?! Ты крутишь с городским ублюдком? Легла под него, как последняя ама? Ну ты и…

Он не договорил, потому что Тара, плюнув на приличия, яростно хлестнула ему по морде свободной рукой. В воздухе мелькнула босая смуглая нога, и парень, взвыв от боли, схватился за промежность. Девушка тут же вытолкнула его и с лязгом захлопнула дверь.

— Пристрелю когда — нибудь! — выдохнула она с нескрываемой яростью, поднимая упавшую простынь. Я невольно залюбовался: действительно, кипящая злость придавала девушке толику шарма, обостряя изящные черты и добавляя карим глазам блеска. — Ша — би, помойный краб!

— Твой бывший друг? — спросил я.

— Хэнк. Его зовут «Ракета». Мы были в одной банде, — коротко пояснила Тара. — Да, мы были любовниками, но я его давно послала! Ублюдок решил, что я принадлежуему!

— Давай я с ним разберусь, — шагнул я к двери, но девушка преградила путь.

— Нет, не лезь. Пожалуйста!

— Почему? Обещаю, он сильно не пострадает.

— Пожалуйста, Грэй! — Тара смотрела почти умоляюще.

Ну ладно. Я пожал плечами. Мало ли какие мысли и мотивы кроются в этой красивой головке, ее поведение не казалось обычным кокетством.

Хэнк, для приличия пару раз пнув дверь, с позором удалился. Девушка, одевшись, принесла два стакана оло — светло — коричневой жидкости с ореховым вкусом и запахом осенних листьев.

— Грэй, мне пришло сообщение: тебе включили доступ во внутреннюю сеть, — прищурилась она, коснувшись пальцем виска. — Держи логин и пароль, будет проще. Где твой вокс?

Я покрутил в пальцах кварцево — металлический кружок, принадлежащий Грейхольму. В устройстве размером с небольшую монету объединялись функции коммуникатора, мини — компьютера, электронного кошелька и ключа управления дополненной реальностью. Даже при отсутствии глобального информ — пространства люди продолжали пользоваться ими, создавая внутренние сети с помощью ретрансляторов.

— Все? О, вижу, появился.

В поле зрения появился интерфейс вокса и всплыли строки:

Вы получаете 140 репликационных единиц. Отправитель: Тара Джессика Ли.

Ваш платежный баланс: 140.

Глядя на мое удивленное лицо, девушка добавила:

— По пятьдесят начислили за голову Бродяги. Я вчера сдала фотки Ноксу.

— Слушай, так репликационные единицы и есть ваши деньги? А другие города тоже ими пользуются? Это общая валюта?

— Валюта? — непонимающе прищурилась Тара. — Ну, Города и торговцы используют койны. Но нам — то они зачем? Или ты про талоны спрашиваешь?

— Ну да. Что это такое? Что, например, можно купить на один талон?

— На один? Да ничего почти. Флягу воды или банку бустера. Можно пожрать один раз в забегаловке, — пожала плечами Тара. — А, поняла, о чем ты спрашиваешь! Смотри…

После ее рассказа мне стала более — менее понятна финансовая система Энджело. У них тут имелся промышленный Репликатор, основа выживания всех крупных поселений. На нем, используя множество простых расходников вроде органики, пластика и металлов, можно было изготавливать любые, даже технически сложные вещи. Ну, не совсем любые — все зависело от набора Схем, имеющихся в распоряжении Репликатора. Схема — нечто вроде чертежа предмета с уникальным электронным ключом, обеспечивающая его производство. Во времена Утопии, когда разнообразные Репликаторы вошли в широкий обиход, предметом торговли корпораций сделались не вещи (их мог напечатать любой Репликатор), а технологические Схемы их производства. В основном продавали Схемы на ограниченное количество предметов, например, партию из 10, 50, 100 штук, но самыми ценными считались корневые, обеспечивающие бесконечный цикл производства. Схемы, как я понял, были одним из главных предметов охоты искателей вроде