Мой лифт — Моя крепость - Андрей Проходский

раз серые почти добирались до коридора, но узкая дверь действительно мешала им использовать численное превосходство.

Это было единственное, что пока нас спасало.

За нашими спинами тоже не прекращался шум и командные крики Сергея:

— Эту балку выше! Выше, мать твою! Не туда!

Потом раздался другой голос:

— Настил сюда!

Я не видел, что происходит у моста, но слышал достаточно, чтобы понимать: работа кипит.

Гоблины снова рванули наверх.

На этот раз впереди появился серый с белой ладонью на лице.

— Ох, блядь.

Он был не таким огромным, как предыдущий, но двигался значительно быстрее обычных гоблинов. Щита у него не было. Только короткий меч и какая-то плетёная защита на груди.

Первую пулю он поймал в плечо.

Дёрнувшись, он и не подумал остановиться.

Вторая ударила куда-то в корпус.

— Конечно бл..., — зло выплюнул я, когда повторное попадание не принесло результата.

Третья наконец заставила его споткнуться, но окончательно проблему решил мужчина с арбалетом, что подбежал к нам совсем недавно. Короткий толстый болт вошёл белолицему куда-то под подбородок.

Гоблин рухнул обратно на лестницу и снёс с собой ещё одного.

«Откуда они вообще достают всё это оружие?» — пронеслось у меня в голове.

— Красиво вышло, — только и произнес я, сдерживаясь от вопросов.

— Я на даче из такого по бутылкам стрелял.

— Полезное хобби.

— Жена так не считала. — на этом наш разговор и затих.

Следующая волна оказалась слабее.

Видимо, газ в нижних пролётах ещё держался.

Я воспользовался паузой и сменил магазин.

Последний полный.

Предыдущий сунул обратно в разгрузку. Там ещё что-то оставалось, но считать сейчас не хотелось.

Из-за спины донеслось:

— Мост готов!

Я чуть не подпрыгнул от облегчения.

— Точно?!

— Настил закончили! — крикнул Сергей. — Сейчас проверяем!

— Людей готовить! Раненых первыми!

Приказы отдавал уже не я. За спиной началось новое движение. Кто-то кричал, чтобы не толпились, другие собирали детей и тех, кто едва держался на ногах.

Я снова сосредоточился на лестнице.

На этот раз гоблины не спешили.

Плохо.

Очень плохо.

Когда противник перестаёт бессмысленно лезть под пули, это редко означает, что он вдруг решил уважать твоё личное пространство и грустно отступил несолоно хлебавший.

Снизу что-то ударило в металл.

Потом ещё раз.

И сразу после этого вверх по лестнице полетел какой-то небольшой предмет.

Я шарахнулся в сторону.

Предмет ударился о стену и рассыпался облаком зелёного дыма.

— Шаманы!

Мужчина с дробовиком закашлялся.

Я отступил ещё на несколько метров.

— Назад! Все назад!

Зелёная дымка поползла по площадке.

Противогаз спасал меня, а вот остальные были в значительно худшем положении. Мужчина с арбалетом отступил первым, закрывая рот рукавом. Второго пришлось буквально вытолкнуть из коридора.

— Идите к мосту!

— А ты?

— У меня есть маска, а вы сдохните сразу!

Услышав это убедительный аргумент, они стали медленно отходить по одному.

Я прислонился к стене, пытаясь отдышаться. Несмотря на восстановление в Комнате, тело явно не соглашалось считать себя здоровым. Бок снова ныл, бедро горело, а под одеждой несколько ран неприятно пульсировали.

Из дальнего коридора появился Сергей. В руках он снова держал свой дробовик и шёл явно за мной, то и дело оглядываясь в сторону, откуда доносились крики продолжающейся эвакуации.

— Ты чего вернулся? — спросил я.

— Людей уже переводят. Пошли, пока есть возможность.

Я покосился на лестничную площадку. За зелёной дымкой пока никого не было видно, но снизу уже снова доносились голоса и топот.

— Не. Я останусь.

Сергей сначала будто не понял.

— В смысле?

— В прямом. Пока вы будете толкаться на мосту, эти серые вас догонят. Кто-то должен держать лестницу, пока последний не перейдёт.

Он несколько секунд смотрел на меня, а потом перевёл взгляд на лестничный проём.

— Один?

— А ты предлагаешь оставить здесь половину людей, чтобы сам мост потом было некому переходить?

— Я предлагаю тебе не заниматься хуйнёй и отходить вместе со всеми.

— Поздно. Я ей с самого утра занимаюсь.

Сергей явно хотел возразить, но я не дал ему открыть рот.

— Когда все окажутся на той стороне — роняйте мост.

Он нахмурился ещё сильнее.

— А ты как?

Я пожал плечами, стараясь сделать это как можно безразличнее.

— Никак, если эти уроды прорвутся раньше. Поэтому не стой здесь и не мешай мне изображать из себя полезного члена общества.

Сергей молчал.

И вот это мне уже не понравилось. Он смотрел на меня так, словно я только что сообщил, что собираюсь героически броситься на амбразуру с криком «За Родину!», хотя лично в моих планах никакого красивого самопожертвования не было. Тут совсем недалеко находился мой лифт, и если всё пойдёт хотя бы наполовину нормально, помирать мне сегодня точно не придётся.

Рассказывать об этом, мне разумеется, никому не хотелось.

Комната до сих пор оставалась единственным местом в этом мире, про которое почти никто ничего не знал. И расширять круг посвящённых лишь потому, что ситуация выглядела драматично, было бы верхом идиотизма.

Сергей наконец посмотрел на «Вепрь».

— Патронов много еще осталось?

— Последний полный магазин.

Он поднял дробовик.

— Тогда бери его. Здесь он тебе полезнее.

Я посмотрел сначала на оружие, потом снова на лестницу. На такой дистанции картечь действительно подходила куда лучше карабина. Сняв «Вепрь» с плеча, я протянул его Сергею вместе с магазинами.

— В старом что-то ещё осталось.

— Разберусь. — буркнул он.

Он принял карабин, но уходить всё равно не спешил.

— Андрей…

— Сергей, иди уже. Если сейчас все эти люди останутся здесь из-за того, что мы решили устроить сцену осудительной мужской дружбы, будет очень тупо.

Он стиснул зубы, коротко кивнул и наконец развернулся.

И именно тогда из-за его спины появился ещё один мужик.

Тот самый крупный пленник, которого я уже видел среди освобождённых. Высокий, широкий в плечах и избитый так, что один глаз почти полностью заплыл. Он явно слышал наш разговор и теперь смотрел на меня каким-то очень странным взглядом.

Мужчина подошёл почти вплотную и протянул мне настоящую гранату.

Я несколько секунд смотрел на неё, а потом на него.

— Это мне?

— Держи, брат.

Я машинально взял гранату и уже хотел спросить, когда это мы успели породниться, но мужчина чуть усмехнулся разбитой губой и продолжил.

— Спартанцы живыми не сдаются.

И всё.

Он хлопнул меня по плечу, развернулся и пошёл