Любить вампира – это хаос - Аура Хейс

Давай, Селин. Возьми себя в руки. Ты же настоящий мастер разделять чувства и долг.

Попытка собраться с мыслями, несмотря на постоянную толпу пьяных девушек в уборной, – задача не из легких, но я пытаюсь отгородиться от шума. Поправляю хвост и наношу блеск для губ. Так-то лучше. Кто-то поблизости распыляет огромное количество цветочных духов, и я выскальзываю за дверь, чтобы окончательно не задохнуться.

Приблизившись к нашему столику, я замедляю шаг и приказываю себе вести себя как обычно.

Ава оглядывает меня с ног до головы, и я через силу ей улыбаюсь. Кажется, пронесло.

– Я собираюсь еще чего-нибудь выпить. Присоединитесь? – спрашивает она, выскальзывая из-за стола.

– Мне ром с колой, пожалуйста, – выдавливаю я из себя, стараясь говорить спокойно.

Зав заказывает то же самое, так что я достаю из кармана двадцатку и протягиваю Аве. Она берет деньги и, пританцовывая, прячет их в бюстгальтер, а потом идет к бару за нашими напитками.

Я смотрю на Зава, встречаюсь с его пристальным взглядом и тут же отвожу глаза. Его непривычная серьезность нервирует, ведь я уже привыкла к его шутливой манере. Его взгляд будто прожигает мне висок, и я ерзаю на диване.

Черт, он слишком хорошо считывает мои эмоции.

Пытаясь отвлечь его, я провожу рукой по его бедру. Он вздрагивает при первом же прикосновении, и мне в голову приходит шалость. Мы сидим в дальнем углу кабинки, где в полумраке можно делать все что угодно. Моя рука приближается к его паху, и я понимаю, что играю с огнем, когда он сильно сжимает мое запястье.

Однако он не убирает мою руку, а держит ее вместо этого в плену, прижимая к своему твердеющему члену. Порыв смелости заставляет меня сжать его, и я вздрагиваю от того, что чувствую. Он огромен. Его рука сковывает меня, но я все равно двигаю ладонью, насколько это возможно. В ответ из его горла вырывается тихий, едва слышный стон.

Как это сексуально.

До этого момента я избегала зрительного контакта, опасаясь, что тогда вся моя решимость испарится. Теперь я уже не пытаюсь просто его отвлечь – теперь я действительно хочу к нему прикоснуться.

Меня так и тянет посмотреть на его лицо, и я вознаграждена самым сексуальным выражением, которое когда-либо видела: голова запрокинута на спинку дивана, огненные волны волос спадают на лоб, рот приоткрыт, глаза закрыты.

– Что же ты со мной делаешь? – вырывается у него хриплый, осипший рык.

Завьер выглядит так, будто подвергается сладким пыткам, а я – его палач. Еще одно движение, и его дыхание превращается в рычание.

– Селин… – Стиснув зубы, он обнажает свой клыко-стояк, как он его сам называет. – Сильнее, – умоляет он.

Не обращая внимания на его мольбы, я закидываю ногу на ногу и принимаюсь разглядывать толпу с максимально скучающим видом, пытаясь выглядеть как обычная посетительница, а не девушка, которая держит в руках член парня в кабинке. В принципе, в клубе и без нас происходит много непристойного, так что мы не самые отъявленные нарушители спокойствия.

Но мне бы не хотелось, чтобы Ава нас застукала, а она как раз бросает взгляд в нашу сторону с бара. Я отвечаю ей кивком, и она возвращается к бармену, который готовит наши ром с колой.

– Как думаешь, – мурлычу я, – успеешь кончить до ее возвращения?

Он вновь постанывает.

– Ох, ты поплатишься за это! – Его дыхание прерывается, но он не пытается меня остановить. Вместо этого кладет руку поверх моей и начинает двигать ею вверх-вниз в бешеном темпе. По его учащенному дыханию и напряженным мышцам живота я понимаю, что он на грани.

Я останавливаюсь, специально, чтобы подразнить его. Он отрывает свою ладонь от моей в немом вопросе с мучительным стоном от того, что его прервали на самом интересном месте. Но сейчас ему станет еще лучше, потому что я расстегиваю его ширинку, чтобы достать член.

Я не могу его разглядеть, но по ощущениям ясно, что по размерам он превосходит все, с чем мне приходилось сталкиваться.

Только представьте: я держу его член в руке, у всех на виду, а ведь мы только пару раз целовались. Я буквально излучаю могущество, когда подвожу его к кульминации.

Такое чувство мне по вкусу – осознание того, что одно лишь мое прикосновение способно свести с ума этого вампира.

Внутри меня все сжимается, когда я ощущаю контраст между нежной кожей и твердостью в моей руке. По коже разливается приятное тепло, и я нежно провожу большим пальцем вокруг его головки. Завьер корчится от наслаждения и сжимает мою руку, заставляя двигаться еще быстрее.

Из-за его тихих стонов я закусываю губу.

Если кто-то присмотрелся бы к нам повнимательнее, то сразу бы понял, чем мы занимаемся. Движения рук говорят сами за себя. Я бросаю взгляд на Аву и вижу, как она забирает у бармена последний бокал, и понимаю, что наше время вышло.

– Ава уже возвращается, – шепчу я, начиная слегка паниковать.

– Если ты считаешь, что перспектива быть застуканным Авой заставит меня поторопиться, то ты сильно ошибаешься. – Он поворачивает ко мне голову, чтобы уткнуться носом в мои волосы и скрыть мучение на своем лице. – Но я знаю, что ты уже начала паниковать, так что я буду хорошим мальчиком и кончу, – шепчет он мне на ухо, и я сжимаю бедра, усиливая трение. К этому моменту мой клитор уже начинает пульсировать от желания.

Наши руки работают в унисон, сжимая и скользя вверх-вниз, слегка вращаясь у самой головки. Каждый учащенный удар моего сердца – стук каблуков Авы, которая все ближе.

Финальное движение, и Завьер издает долгий, прерывистый стон, горячая сперма разливается по нашим рукам. Он застегивает брюки, и я ищу его взгляда, нервничая, что, возможно, он не остался доволен.

Он наклоняется и целует меня в висок.

– Знаю, о чем ты думаешь. Это было чертовски сексуально. – Он берет салфетку и вытирает мои руки под столом. – И даже не думай о том, о чем ты только что думала. Любая твоя идея приветствуется. – Когда мне кажется, что он замолчал, он снова наклоняется ко мне. – Но это тебе даром не пройдет. Ты выиграла битву, но не войну. Я никогда не проигрываю. – Сверкнув клыками, он извиняется и направляется в уборную, когда Ава ставит на стол наши напитки.

– Куда это он? Я только принесла напитки, – провожает она взглядом его удаляющуюся фигуру.

– Понос, – выпаливаю я и тут же жалею о сказанном. – Видимо, съел что-то не то.