Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

Однако местная служба эксплуатации, видимо, работала в режиме чрезвычайной ситуации. Дверное полотно было уже заменено на новое, а вместо вырванного механизма красовался новенький электронный замок. В щели между дверью и косяком даже торчала временная административная карточка-ключ, оставленная специально для меня.

Я вытащил карточку, приложил ее к считывателю. Механизм тихо пискнул, и мы прошли внутрь.

Щелкнув выключателем, я залил комнату мягким светом и тут же, не теряя ни секунды, повернул внутреннюю задвижку, наглухо заперев дверь.

Шая прошла на середину комнаты, сбросила свое пальто на спинку кресла и поставила тяжелую сумку на письменный стол. Она не стала тянуть время. Расстегнув массивные металлические пряжки, эльфийка погрузила руки в недра сумки и бережно извлекла на свет артефакт.

Она протянула его мне.

Я смотрел на него с таким вожделением, словно в этом куске пергамента, переплетенном в старую темную кожу, хранились ответы на абсолютно все мои вопросы.

Хотя, чисто технически можно сказать, что так оно и было. Почти все вопросы, которые меня волновали, начиная от механизма разрыва магической связи и заканчивая природой моей собственной силы, действительно должна была решить эта чертова книга.

Я принял ее из рук эльфийки.

В отличие от моего гримуара, этот экземпляр был абсолютно холодным и безмолвным. В моем сознании не раздалось ни сварливого старческого кашля, ни ехидных комментариев, ни жалоб на то, что его снова куда-то тащат. Артефакт был нем, как могильная плита. Никакой пульсации, никакого ментального фона. Просто древний кладезь знаний.

По крайней мере на первый взгляд.

Сев на край застеленной кровати, я положил книгу на колени и осторожно, кончиками пальцев, откинул тяжелую обложку.

Страницы издали сухой шелестящий звук.

Я уставился на первый же разворот, и все мои надежды на быстрое решение проблем мгновенно разбились вдребезги о жестокую реальность лингвистики.

Тяжелый вздох сам вырвался из моих легких.

Ну, конечно. Конечно, я должен был догадаться, что написан этот гримуар будет даже не на том языке, который был у меня в моем говорящем гримуаре. Тот текст, хоть и с огромным трудом, со скрипом и постоянными консультациями с самим артефактом, я мог хоть как-то пытаться интерпретировать благодаря латинским корням и общим фонетическим принципам.

Но то, что я видел сейчас… Это не поддавалось никакому осмыслению.

Строки состояли из сложных, многоуровневых рун, переплетающихся друг с другом в непрерывную вязь. Знаки были острыми, клиновидными, лишенными привычной округлости. Они больше напоминали следы когтей какого-то фантастического зверя на камне или сложный геометрический шифр, чем письменность. Ни единого знакомого символа, ни единой зацепки для моего мозга. Абсолютная тарабарщина.

— Это исконный эльфийский, — тихо сказала Шая, подходя ближе и глядя на страницы поверх моего плеча. В ее голосе звучало глубокое уважение.

— Да я уж догадался, — мрачно отозвался я, перелистывая еще несколько страниц в слабой надежде найти хоть одну понятную диаграмму. Безрезультатно. — На древнеэльфийский, который я видел раньше, он не похож совершенно. Это как сравнивать клинопись шумеров с современным русским алфавитом.

— Верно, — кивнула эльфийка, присаживаясь рядом со мной на матрас. — Язык моего народа претерпел за всю нашу долгую жизнь несколько кардинальных изменений. Упрощений, если можно так выразиться, для адаптации к меняющемуся миру и общению с другими расами. То, что ты видишь здесь — это первооснова. Язык первых поколений, на котором формулировались самые фундаментальные законы магии. В нем один символ может означать целое предложение в зависимости от контекста и наклона черты.

— От курва-мать, — от души выругался я, захлопнув книгу.

— Что, прости? — Шая удивленно вздернула бровь, явно не распознав лингвистической конструкции.

— Не бери в голову. Ругательство из моего мира. Выражает крайнюю степень досады и крушение надежд, — отмахнулся я, потирая уставшие глаза. Ситуация складывалась просто абсурдная. У меня в руках было лекарство, но инструкция к нему была написана на марсианском. Я повернул голову к ней. — Ты можешь это прочесть?

Она лукаво улыбнулась, слегка прищурив свои раскосые карие глаза. В этом взгляде мгновенно проснулась тысячелетняя женская хитрость, помноженная на профессиональную хватку оперативника, почувствовавшего свою монополию на уникальный ресурс.

— А как ты думаешь? — протянула она бархатным голосом, склонив голову набок.

— Думаю, что можешь. Иначе бы не принесла его с таким торжествующим видом, — я устало откинулся на спинку кровати, скрестив руки на груди. — Но судя по твоей улыбке, ты явно хочешь спросить, что тебе за это будет.

— А ты проницателен, подселенец, — она тихо рассмеялась.

— Ага. А еще достаточно хорошо тебя знаю, как мне кажется, — ответил я, глядя на ее расслабленную позу.

— Не исключено, — эльфийка хмыкнула, поправляя выбившуюся из прически темную прядь. — Я его уже немного листала, пока мы ехали. Информации там море, но вникнуть полностью в терминологии у меня времени не было. Я как чувствовала, что мне придется с этим повозиться, поэтому взяла официальный отгул на работе на ближайшие несколько дней.

— Надо спешить, Шая, — сказал я, возвращаясь к серьезному тону. Проблема со временем стояла острее некуда. — Времени у меня осталось не так много, и скоро придется ехать домой, в Феодосию. Да и столичные бюрократы не дадут мне расслабиться. Завтра в одиннадцать мне надо быть в Министерстве Магии, чтобы зарегистрироваться как полноценному магу, затем пройти какую-то комиссию, аттестацию и процедуру присвоения ранга.

Я кивнул на свой телефон, лежащий на столе.

— Так что мое расписание на ближайшие дни будет забито под завязку. И мне жизненно необходимо, чтобы к тому моменту, когда я вернусь в Крым, у меня на руках был четкий алгоритм разрыва связи.

Шая внимательно выслушала меня, прекрасно понимая серьезность ситуации.

— Я сделаю все возможное, Виктор. Начну переводить прямо сегодня ночью, — пообещала она. Затем она чуть пододвинулась ко мне, и в ее глазах снова вспыхнуло то самое неукротимое любопытство. — Но ты так и не рассказал, что тут случилось. Как ты умудрился устроить бойню в Актовом зале, оказаться на ковре у Императора и выйти оттуда живым?

Я тяжело вздохнул, собираясь с мыслями.

— Ладно. Слушай, — произнес я.

И я рассказал всё, что произошло с самого начала, как мы столкнулись с Александром Борисовичем Крыловым в коридоре. Я описал его блестящую актерскую игру, его суетливость, которая усыпила мою бдительность. Я рассказал про бутылку коньяка, про яд, парализовавший мое тело, и про то, как я, будучи призраком в собственном