Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

друга президентами и директорами ЦРУ, занимая должность советника по национальной безопасности и другие высокопоставленные государственные должности, а также благодаря связям практически со всеми ключевыми НПО. Дэвид Рокфеллер информировался различными начальниками подразделений ЦРУ обо всём, что происходило в управлении, поэтому его позиции в Бильдерберге, Трёхсторонней комиссии, Совете по международным отношениям (CFR) и Le Cercle можно рассматривать как одну большую спецоперацию частной разведки его клана.

Одним из важнейших партнёров «Круга» в годы холодной войны был Американский совет безопасности (ASC). Он контролировался «бывшими» американскими военными и офицерами разведки и действовал и как аналитический центр — лоббистская группа, и как полноценная разведывательная сеть, которая была призвана бороться с «коммунистической подрывной деятельностью». К тому же существовала ещё одна достойная рассмотрения американская группа, которая тесно связана со многими из вышеупомянутых организаций, особенно с сетью ASC и Церковью Объединения. Основанный в 1973 году Фонд «Наследие» (Heritage Foundation) стал одним из самых влиятельных аналитических центров во всей стране. Он и дальше сохранял огромное влияние на американское консервативное движение.

Участники Le Cercle всегда готовы были протянуть руку помощи коллегам из разведки и даже взять на себя часть их функций. В начале 70-х ЦРУ подверглось резкой критике за свою роль во вьетнамской войне и тайных операциях по всему миру. Кобзырев уже знал, что советские спецслужбы также приложили свою руку к целенаправленному выбросу компромата. Репортёры и официальные комитеты по расследованию начали пристально изучать Разведывательное управление, и вскоре всплыло множество историй о шпионаже внутри США, проникновении в СМИ, подрывной деятельности против иностранных правительств, убийствах иностранных лидеров и крупномасштабных экспериментах по контролю над разумом.

ЦРУшники не успевали отбиваться от обвинений, что сыпались на них валом. Они явно не ожидали такого профессионального подхода со стороны появившихся как грибы после дождя, репортерских агентств расследования. По сути, законспирированных станций Комитета Внешней разведки. Кобзырев не раз восхитился проведенным объемом работы и был глубоко удовлетворён тем обстоятельством, что служить будет в МИДе. Его неутолимо влекло желание защищать интересы его горячо любимой державы. И это вовсе не было пафосной цитатой. Так уж было воспитано их поколение. На победах СССР в космосе, воде и на суше.

Но вернемся к нашим баранам. Власти США имели большие сомнения насчёт ЦРУ, с его предполагаемой ролью в убийстве Джона Кеннеди. На фоне всей этой информации ими были приняты меры по сокращению автономии ЦРУ. Запрет на внутренний шпионаж был многократно усилен, в то время как Конгресс и Сенат получили гораздо большее влияние на назначение чиновников ЦРУ и распределение его бюджета. Они запрашивали многочисленные брифинги и решали, какие тайные операции разрешены, а какие нет. ЦРУ больше не имело права ниспровергать какое‑либо иностранноеправительствоилиубиватьлюбоголидерапосвоемуусмотрению. ЭтиизменениявнадзорезатайнымиоперациямиЦРУ не понравились многим руководителям и соратникам разведки, таким как Брайан Крозье. Они утверждали, что возможности ЦРУ по сбору разведданных и оперативному вмешательству теперь почти полностью уничтожены. В итоге подконтрольное Кругу 6I стало по сути агентством оперативной разведки частного сектора, не подчиняющимся никакому правительству, но находящимся в распоряжении союзных или дружественных правительств.

Обладая мощными разведывательными возможностями и идеологическими установками, Le Cercle активно подключился к разработанной ЦРУ «стратегии напряжённости» для Европы. Она ставила своей целью борьбу с «коммунистической подрывной деятельностью» и наиболее интенсивно разворачивалась в Италии и Бельгии. А потому неудивительно, что среди участников «Круга» оказалось большое количество ключевых фигур теневой политики этих стран. Они как губка абсорбировали всех ярых антикоммунистов и консерваторов. Что делало эту организацию целью номер один для тех, кто курировал Кобзырева. Он быстро понял, против кого его тренируют. И начал игру в долгую. Проливы лишь повод затеять внутри Европы грызню.

К тому же здорово усилились процессы по обе стороны Атлантики. Враги почуяли проблемы и провели ряд контрдействий. Известный американский политик Киссинджер стал неоднократным гостем Le Cercle, как и Дэвид Рокфеллер. Рокфеллер вместе со Збигневом Бжезинским основал Трёхстороннюю комиссию, элитную организацию, наиболее активно участвовавшую в политике в 70-е годы. Администрация президента США была переполнена членами Трёхсторонней комиссии, такими как Бжезинский, который работал советником президента Доула по национальной безопасности.

И всё же именно Бжезинский по настоянию Дэвида Рокфеллера, подтолкнул администрацию к отказу от «разрядки» в пользу «конкуренции» с Советским Союзом на Ближнем Востоке. Бжезинский создал в Белом доме специальный координационный комитет (SCC), который был занят тайной деятельностью и различными деликатными операциями. Показательно, что Госдеп ничего не знал об этой активности.

Хитросплетения западной политики поражали воображение своей беспринципностью. Но именно такими противниками приходилось иметь дело. И старая стратегия, как и дипломаты прошлых времен совершенно не годились для новой внешней политики. Для стратегического наступления.

Кобзырев скрестил пальцы. Они сполна взяли с конфликта вокруг Кипра. Турция получила заметную пощечину. Кипр стал чисто греческим, туркам-киприотам пришлось уехать. Но тут, надо отдать должное, ООН настояло на выплате компенсаций. После прямого предательства Британии было указано на выход и англичанам пришлось вывести свои базы. На их крики о том, что Советы нелегитимно уничтожили их радары, всем было уже плевать. Их место заняла база ВМФ СССР, как гарант независимости острова. Материковые греки не стали сильно левее в новом правительстве, но захотели покупать советское оружие.

Не повезло Израилю. Их глупое поведение привело к огромной панике, что возникла после радиационного заражения в пустыне Негев. К счастью пострадал лишь один небольшой контейнер, так что область заражения оказалась не такой большой. Но в результате всеобщих панических настроений экономика страны пострадала здорово. Резко выросла эмиграция, в обществе ходили слухи. Случился тяжелый политический кризис. Власти так и не предъявили зачинщика нападения.

Но что хуже всего — зашевелились арабские соседи. Израильтян можно было бить и бить сурово. Израильские летчики по слухам были здорово обескуражены результатами встречи в воздухе. Да и возможности советского флота их изрядно впечатлили. За такой короткий срок вынести все ПВО страны! Саудовская Аравия и Египет резко захотели купить советские МИГ-23, а также МИГ-27 и новейшие ракеты. Так что Ближний Восток так и остался клоакой этой части мира. Но что характерно, СССР получил сполна свое.

Глава 15

29 марта 1977 года. Сирийский узел

Айзек, точнее, Исаак Трахтенберг, некогда известный в Союзе, как эстрадный комик Игорь Трахторов, был зол. На свое командование, на непосредственного начальника, на новую и старую родину. Но больше всего на себя. А что ему оставалось делать в этом темном и вонючем подвале? В тюрьме хотя бы есть нормальный туалет или обычное очко,