Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

выдохнул. Надо же было так попасть! Но это все равно лучше, чем остаться без головы в буквальном смысле слова. А там как-нибудь вывезем. Затем он уяснил последнюю фразу русского. Кус има шельха! Это же не обычная разведка, а проклятье евреев! Давно ходили смутные слухи, что у русских появилась спецслужба, что не гнушается методов времен достославного НКВД и даже ЧК. Так что попал он как кур в ощип и просто так не соскочит.

— Ты, Изя, не грусти, — по лицу «Николая» скользнула робкая улыбка, — быть двойным, вернее, тройным агентом это престижно. На твоей могиле будут цветы от двух сторон.

— Ну, спасибо, удружили! Но все-таки я вам зачем?

— Придет время, все узнаешь. А пока помолчи, пожалуйста, и послушай. На людях говорим по-арабски. Посматривай по сторонам. Тут в последние дни какая-то движуха непонятная началась. Так что рассчитываем только на себя.

— Спасибо и на этом.

В голосе израильтянина сквозил неприкрытый сарказм. Как-то спасли его не полностью. Николай чуть повысил голос.

— А ты чего хотел, Изя⁈ Про тебя узнали совершенно случайно и на фиг твою тушку привезли в тот верблюжий угол, нам самим непонятно. Сам что думаешь?

Трахтенберг крепко задумался. Скрывать он не может, придется поделиться. Малая плата за спасение.

— Брали нас профессионалы. Меня сразу скрутили и утащили. Потом мешок накинули. И первого бы взяли, но тут, дурак, схватился за оружие. Затем… — он внезапно оживился и начал закатывать рукав. — Похоже, что вам и делать ничего не нужно. Мне что-то вкололи. Вот след от инъекции. А я еще думал, чего там чешется?

— Неаккуратно. Вряд ли это профи, скорее наемники.

— И мне показалось, что очнулся я в другом месте.

— Ты же был с мешком на голове?

— Обижаешь, начальника. Меня же учили. Запах другой, пол под ногами. Ну и руками я трогал по возможности. Если вначале была городская квартира или офис, контора по-вашему, то потом что-то домашнее.

Пригород, скорее всего. Его запах ни с чем не спутаешь.

— Это кому тебя понадобилось перехватывать?

Израильтянин недоуменно уставился на советского разведчика:

— Вы же меня купили?

Намек был толстым, Николай скривился, как от лимона.

— Тут несколько иное. На нас вышел посредник. Да и место… там много чего продается.

— Как в Бейруте?

— Изя, ты же знаешь, что той вольницы уже давно нет.

— Я другое слышал.

— Это черный-черный рынок. Подожди, у тебя там есть кто?

Трахтенберг замолчал. Опять его проклятый язык. Не годится он в разведку.

— Колись давай, ты уже наш агент. Сейчас заедем кое-куда. Кофе хочу, спать тянет. Из-за тебя второй день не сплю.

Они съехали с начавшей оживать трассы. Зона пустыни кончилась. По сторонам появились поселки, обработанные поля, растущие густыми рощами оливковые деревья. Около домов возились люди, ходила скотина, кудахтали курицы. Милая пасторальная картинка. Внедорожник тормознул у приземистого здания с длинной террасой. Николай поспешил вперед, через несколько минут пригласил Айзека. Они сели в углу на террасе за кустами, чтобы не отсвечивать. На другой стороне сидели старики и неспешно пили утренний чай. Скоро невольным путешественникам принесли одуряюще пахнущий кофе и на подносе завтрак с кучей маленьких тарелочек. Жидкий мтебель — пюре из печеных на огне баклажанов с добавлением кунжутного масла и сметаны ели, используя вместо ложки кусочки тонкой лепешки. Еще там лежал напоминающий брынзу сыра, пончики из нута фаляфель и макдус, это маленькие баклажаны, особым образом приготовленные, фаршированные красным перцем и орехами, в оливковом масле. Обычная пища местных крестьян. И в самом деле тут неплохо кормили. И кофе бы изумительным, сваренным по-настоящему османскому рецепту.

— Ты умеешь выбирать места.

— Старые друзья. Подожди.

Пока Николай отходил, Айзек с удовольствием выпил вторую чашку кофе со сладкими шариками. Заодно начал размышлять, что ему дальше делать. Расклад хуже не придумаешь, и соскочить вряд ли удастся. Он один, к такой ситуации не подготовлен. Задание было относительно простым, и шел он вторым номером. Видимо, пришлось кого-то подменить. И в одиночку отсюда точно не вылезет. В Сирии царил бардак. Согласия даже среди военных не было. Израиль, кстати, тщательно поддерживал это состояние, вмешиваясь с местную политику. Так что Моссад тут не жаловали. В этих местах играли иные игроки. Хотя французы, что мутят тут воду, могли бы и помочь. Или замести следы, убив его. Нет, с бывшими соотечественниками надежней. Пока он им нужен, есть хоть какая-то гарантия. Что-то разонравилась ему разведка. Затем Трахтенберг начал вспоминать свои связи в Бейруте и немного повеселел. Есть один шанс. Да и вообще пора свалить с этого долбанного Востока.

— Пошли.

В этот раз они сели в раздолбанный японский пикап. Их во множестве появилось в последние годы на Ближнем Востоке. Говорят, что крупные фирмы из Ливана занимались продажей и продвижением техники из Японии. Банковский пул Бейрута буквально за десять лет стал сильнейшим здесь. Даже Израилю приходилось обращаться к его услугам. И как-то раз Айзеку в одной тесной компании объяснили, что Союз приложил там немалые усилия. Да, как здорово изменился коммунизм. Даже евреи завидуют их предприимчивости. Может, все-таки работать на СССР? Попроситься обратно?

— Дамаск обойдем по кругу. Если остановят полицейские, молчи. Акцент у тебя слишком характерный.

— У друзов похожий.

— Их тут также не любят. Что за дьявол?

На перекрестке показалась длинная колонна с бронетехникой. Дорога была перекрыта, и Николай тут же свернул налево. Но вскоре заплутал в запутанных кварталах предместий сирийской столицы. Буквально ниоткуда нарисовался шустрый паренек и предложил помощь. Обычное дело для улиц Востока. Николай для вида поторговался. Без этого также нельзя. Но пацан город знал, и через полчаса они выехали на трассу, ведущую в сторону Ливана.

Но здесь их ждала другая засада. Встречные машины тормозили пикап и по-дружески передавали новость о том, что граница перекрыта и вскоре начнутся блокпосты. Творилось явно что-то неординарное. Мимо снова промчалась небольшая колонна военной техники, в грузовиках сидели солдаты с оружием. В небе проскочили два реактивных самолетах. Слышался гул летящих вертолетов. Обоим путешественникам такая движуха не нравилась. Николай что-то буркнул и свернул на север. Через час пути они остановились в промышленной зоне Аль-Кутайфы. Открылись ворота и пикап заехал внутрь. Николай вышел из машины и начал по-арабски разговаривать с дородным мужчиной. Айзек с интересом оглядывался. Похоже, что тут был