Рулька ноль два. Сборник актуальной фантастики - Михаил Владимирович Бычков

самую шею. Лапы и крылья в воде. Из болотной тины торчит глупая голова и печальными глазами смотрит на окружающий мир. Бедолагу сдавило со всех сторон и упорно тянуло на дно…

Постепенно к болотцу стала подтягиваться попрятавшаяся ранее нечисть. Из гостей притащилась кикимора с оравой лесных хулиганов. Игоши стали бросать в дракона шишками и палками. Не остались в стороне и лешие. Один из них, выломав длинную палку, стал тыкать ею в морду несчастного ящера, норовя выколоть глаз. Этого дракон стерпеть не смог. Раскрыл зубастую пасть и выдохнул.

Шутить шутки с драконами опасно. Об этом нечисть не подумала…

Впрочем, дракона видели первый раз. Незадачливого копьеносца спасло чудо: его прикрывал валун, который принял на себя огненный удар. Местную нечисть как ветром сдуло. Теперь она предпочла наблюдать за непрошенным гостем с более безопасного расстояния.

Очень скоро дракон стал отчаянно мёрзнуть. Первоначально грело мясо скушанных коров, но постепенно холод стал донимать. Дракона хоть и называют звероящером, но зверюга — теплокровная.

Неприятно, когда выгоняют из собственного дома. Для всех. Для кикиморы тоже.

Кикимора не хотела мириться с таким положением вещей, поэтому начала стратегическую операцию по всем правилам военного искусства.

Игоши, используя складки местности, передислоцировались поближе. Их волосатые лапки держали камни, железки, утащенные у местного кузнеца, а мелкие лапки — вообще шишки.

В арьергарде находились лешие, которые общими усилиями приготовили несколько деревьев, дабы уронить их на голову противника. Несколько водяных блокировали подход к болотцу со стороны, впадающей в него речушки.

Задача стояла предельно простая — убить дракона, а потом съесть. Если невкусный — разрезать на части и выкинуть из болота.

По сигналу кикиморы началась атака.

Игоши, выступающие в роли лучников, начали обстрел драконьей головы. К сожалению для атакующих, летящий хлам серьёзного ущерба причинить не смог. Палки, камни отлетали, не причинив вреда. Тогда в дело вступила тяжёлая пехота. Несколько леших подтащили к краю болота здоровенную сосну и приготовились уронить её на голову звероящера.

Дракон был профессионалом. Он подождал, пока неприятель подойдет ближе и — дохнул…

От огневого удара один из леших пал на поле боя — не осталось даже пепла, другой был изрядно повреждён. Мелкие травмы не учитывались. Сосна вспыхнула и разлетелась, разнося горящие куски древесины.

Понеся потери, армия леших и игошей отступила. Спешно стали приводить себя в порядок — лечить обожжённые части тела, вправлять вывихнутые и сломанные конечности.

К своему счастью, нечисть восстанавливается очень быстро. К их же сожалению, несколько погибших игошей и один лешак регенерации не подлежали…

Наспех собранный военный совет решил ждать полуночи, когда подтянутся упыри с арбалетами. А супротив железных арбалетных болтов и дракон покажется лягушкой-переростком.

Пока нежить вела борьбу с драконом, жители ближайшей деревни прятали скарб и отгоняли скотину в лес, в укромные уголки, куда не то, что дракону, но даже и княжеским сборщикам дани не добраться…

Мужики, спешно оборужались, а потом, построившись в редкую колонну, пошли к болоту.

Ждан, напяливший на себя отцовские доспехи, молча страдал: таскать по жаре кольчугу, напяленную на подкольчужницу (свитер двойной вязки) — удовольствие небольшое. Шлем постоянно падает на глаза, по заднице стучит рукоять меча, а руку оттягивает рожон.

По дороге народ озабоченно переговаривался.

— Здоровый зверюга, двух коров слопал и не поморщился, — зло сказал князь Елень. Коровы, которых сожрал дракон, были из его стада.

— Повадится, гад, совсем без скотины оставит, — дополнил Брясло. — Если по две коровы зараз.

— Без скотины, — с усмешкой протянул старый Яромир. — Без скотины — это ерунда. Коров всегда новых завести можно. Он и нас, и все деревни в округе сожрёт, не поморщится.

— Интересно, а мясо у него вкусное? — поинтересовался кто-то.

— Хорош глупости говорить, — оборвал дурные разговоры Ярослав. — Лучше по сторонам глядите.

— Старшой, а за подмогой послали? Или сами справимся? — озабоченно поинтересовался кто-то.

— Сразу отправил, — успокоил народ князь. — Так что спешить особо не стоит. В драку сразу не полезем. Дракон всё-таки. Проведём разведку, осмотримся. А сейчас — собак вперёд пустим!

На душе стало легче. Округа в беде не бросит. Все, кто способен носить оружие, должен теперь бежать на выручку соседям.

Собаки не подвели. При подходе к болоту они принялись истошно лаять. Но дракона, сидевшего в болоте, не чуяли.

— Стойте, мужики, что-то я этого болотца не помню, — остановил всех вождь. — Что скажете? Было здесь что-то подобное?

— Так это болотце никто и не мог видеть. Морок здесь был, — деловито заявил Вукша. — Вон, на всех деревьях паутины немеряно. Как будто специально развешивали.

Паутины было действительно много. И деревья стояли голые, без листвы, но затянутые в нити, как гусеница в кокон…

— Что за морок? — не удержался Ждан. — Кто-то морочит голову? Что-то вроде дымовой завесы? Или как?

— Морок — это когда нечисть глаза отводит. Они ведь твари стеснительные. Не хотят, понимаете ли, чтобы в их владения заглядывали. А так — вроде и есть, а никто не видит. Был здесь морок, а теперь снят, — сообщил ведун. Потом задумчиво добавил: — Не иначе дракон его порушил.

Вышли на край болотца. Огляделись. Потом стали потихоньку разбредаться кто куда. Дракон — не заяц. Если не сам, так хоть след должен остаться, туша не малая, не то что траву помять — деревья повалить может. А не видать…

— Стойте, — опять принялся останавливать народ князь. — Что за обгорелые пни торчат? Ну-ка, осмотритесь — не иначе, где-то рядом. И осторожней.

Первым узрел гостя Волчонок. Увидев посреди болотца странную корягу, присмотрелся повнимательней и разглядел, что коряга сама присматривается. А глаза у этой коряги будь здоров!

— Так вот же он! В болоте сидит, зараза! — яростно прокричал ведунёнок, резко отталкивая в сторону Ждана. Тот, от неожиданности упав, даже не успел обидеться, а остальной народ резко рассыпался и залёг.

Дракон понял, что обнаружен. Терять ему было теперь нечего. Открыл пасть и дохнул. Но, увы… Вместо пламени вырвался полузадавленный хрип, что-то среднее между покашливанием и хрюканьем. Холод болота остановил химическую реакцию в драконьем брюхе. Поняв неизбежное и смирившись, дракон прижал уши и закрыл глаза.

Воевать было не с кем. Из клочковатой зеленой тины торчала огромная, но почему-то вызывающая жалость голова.

— Что делать будем? — спросил растерянное воинство вождь.

— Может, добьём, чтобы не мучился? — предложил Брясло. — Подвести к нему жерди и брёвна, а потом — по голове каменьями. И пусть подыхает, гад!

— Нет, нельзя так. Хоть и дракон, но нельзя беззащитного добивать, — вступился сердобольный Волчонок, которого поддержал Ждан.

— Не по-людски беззащитную скотину убивать. Может, он последний такой? А