Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

что именно, потому что изменилось всё: звук, свет и телесные ощущения от движения дирижабля. Но через несколько мгновений полковник понял – ураган их отпустил: в иллюминаторы с левого борта и в лобовое стекло капитанской рубки било солнце, вибрация прекратилась полностью вместе со звуками шквального ветра за бортом и постоянного поскрипывания конструкции дирижабля.

Полковник и лейтенант бросились к иллюминаторам – внизу клубились клочья облаков, в просветах между ними далеко внизу блестела поверхность океана, а наверху синело чистое небо. Они жадно вглядывались вдаль, чтобы разглядеть хоть что-то, поймать хоть какую-то подсказку, где они находятся. И подсказка нашлась – прямо по курсу, куда нёс их всё ещё крепкий ветер, показались острова.

– Волшебная страна… – восхищенно проговорил Григорий.

– Отставить, лейтенант, мы не в сказке! – с напускной строгостью скомандовал полковник. – Включай ноутбук, сейчас попробуем определить наше местоположение.

Полковник, выходец из СССР семидесятых годов XX века, почти не пользовался компьютерами и всякими гаджетами, поставляемыми из России века XXI, но ноутбук с загруженными картами и кучей другой необходимой информации он с собой захватил. А Григорий давно уже разобрался с вычислительной техникой будущего, и с компьютерами был на ты, разумеется, как пользователь.

– Так, Гриша, включай свою чуйку, вспоминай, куда нас нёс ураган по твоим ощущениям, и ищи на карте острова вон с такой береговой линией и с таким взаимным расположением.

На капитанский мостик зашел капитан Конь.

– Где мы? – сразу же спросил он.

– Вот это мы и пытаемся понять, – сказал полковник. – Давай, Володя, принимай вахту, пока я тут занимаюсь. Мне нужен рапорт по состоянию дирижабля – двигатели, управление, все системы… И попытайся связаться с остальными. Выходи на связь каждые десять минут.

– Не могу понять, – сказал лейтенант. – Нас несло на северо-запад, потом на запад, потом на юго-запад… И по моим ощущениям мы там, где… где нет никаких островов, – упавшим голосом закончил он.

– Не паникуй, Гриша, – усмехнулся полковник. – По твоим ощущениям островов нет, а в иллюминаторе их видно, значит, они есть. В Атлантике не так много островов. Вот если мы были где-нибудь над Океанией, над Тихим, то есть, океаном, то там да – их сотни тысяч, наверное. А здесь мы их быстро найдем.

Полковник крутил карты так и сяк, менял масштаб, что-то бормотал, прикидывая, куда бы их могло занести…

– Ёлки-палки! – воскликнул он и снова метнулся к иллюминатору. Потом подошел к ноутбуку и сказал: – Смотри, лейтенант, узнаешь очертания?

– Фантастика… – проговорил Григорий. – Это же Бермуды!

– Они самые. А внизу как раз вот этот здоровяк – остров Мейн-Айленд. Капитан, сажай дирижабль на пляж вон той бухты, – полковник показал пальцем.

И тут в динамике громкой связи зашипело, забулькало, и раздался хриплый голос:

– Борту номер один и всем, кто меня слышит, борту номер один и всем, кто слышит: борт номер пять лейтенант Сидоренко на связи!

– Наконец-то! – воскликнул полковник. – Лейтенант Сидоренко, вы меня слышите?

– Так точно, товарищ полковник, есть помехи, но слышимость удовлетворительная.

– Докладывайте, лейтенант.

– Вышли из бури, повреждений нет, пострадавших нет. Местоположение выяснить не могу. Топливо на исходе.

– Как топливо на исходе?! Лейтенант, вы что сожгли всё горючее, пока вас несло ураганом?

– Так точно, товарищ полковник, мы пытались вырваться из шторма…

Грымжейко помрачнел. Он досчитал в уме до десяти, чтобы не сорваться на молодого лейтенанта, которому сам же и доверил дирижабль.

– Что у вас на радарах, лейтенант? – спросил полковник.

– Океан до горизонта во все стороны. Широту мы определили, а вот с долготой…

– Ваша широта?! – рявкнул полковник.

– 32 градуса, 17 минут северной широты.

– Григорий!

– Они на нашей широте, товарищ полковник, минута в минуту.

– Сидоренко. А почему вы не можете определить долготу, хотя бы приблизительно? У вас что, на борту нет часов?

– Я не договорил, товарищ полковник. Долготу мы можем определить очень приблизительно – незадолго до того, как мы вышли из бури, на борту остановились все часы – механические, кварцевые, электронные… Но когда точно они остановились – за час или, например, за два, никто не отследил.

– Ясно, – полковник задумался. – Приблизительный расчет долготы?

– От шестидесяти пяти до шестидесяти восьми градусов западной долготы.

– Они над саргассовым морем! – воскликнул Григорий. – Они пролетели дальше на запад миль на двести – триста. Или больше…

– Каков запас топлива? – спросил полковник.

– Миль на 200-300, если не будет сильного встречного ветра.

– Срочно меняйте курс! – приказал полковник. – Строго на восток, топлива вам должно хватить. Мы садимся на Бермудах. Конец связи.

Дирижабли флотилии полковника Грымжейко один за другим выходили на связь. Все они находились восточней Бермудских островов и севернее. И совсем неподалёку – в часах двух-трех лёта на крейсерской скорости. Все кроме одного – экипаж борта номер три капитана Нечипоренко на связь не выходил. Уже все вернулись, дотянул до Мейн-Айленда на последней горючке и борт лейтенанта Сидоренко. Борт номер три пропал.

* * *

В сумерках полковник и капитан Конь с командирами других дирижаблей сидели на пляже у костра, обсуждали текущее положение дел. Положение было сложным – горючего не так много, а до Южной Америки (точнее, до устья Амазонки) более трёх тысяч миль…

– Товарищ полковник! Товарищ полковник! – от дирижабля нёсся лейтенант Хмельницкий. Его заносило, он проваливался и буксовал в глубоком сухом песке, но скорость развил впечатляющую. – Товарищ полковник, борт номер три на связи! – задыхаясь доложил Григорий, когда добежал до костра.

– Пойдём, – коротко сказал Грымжейко. Офицеры тоже повставали. – Сидите, – сказал им полковник, – мы не договорили, я скоро вернусь.

– Товарищ полковник, – сказал лейтенант негромко, когда они отошли, – капитан Ничипоренко погиб. Все офицеры борта номер три погибли.

Грымжейко промолчал.

– Полковник Грымжейко на связи, докладывайте.

– Здравия желаю, товарищ полковник! Сержант Гаврилов. Я старший по званию на дирижабле… – и сержант рассказал, что борт номер три потерпел аварию при посадке. Их вышвырнуло на каменистую равнину перед самым концом бури, рули управления были уже повреждены, дирижабль в почти неуправляемом состоянии жестко приземлился на склоне небольшой горы. На борту много раненых, а капитанский мостик принял основной удар. Все офицеры находились там, никто