Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

сторонам. Пришла интересная мысль: было бы неплохо обустроить здесь небольшой временный госпиталь для помощи раненым бойцам и охотникам. Поставить сюда пару молодых и шустрых целителей, чтобы они хотя бы оказывали первую помощь пациентам, если тех будет слишком много. Тогда у них будет больше шансов живыми доехать до госпиталя.

Глава 16

С полковником Зарубиным мы попрощались на полпути от входа в Аномалию до северных ворот Каменска. Полк направился по уже наезженной дороге в обход города, в сторону военной части. Мой батальон следовал в ту же сторону, но до нашего расположения было почти втрое ближе.

Мы с Евгенией теперь не на багги, а на моём бронированном внедорожнике направились напрямик в госпиталь, где у нас были свои планы.

— Как думаешь, Анатолий Фёдорович ещё на месте? — спросила Евгения, посмотрев на часы.

Солнце уже клонилось к горизонту, продолжительность светового дня становилась всё меньше.

— Он никогда вовремя домой не уходит, — махнул я рукой. — Даже тогда, когда мало работы и, казалось бы, нечего делать.

Прямо так, в броне, с рюкзаками, мы вошли в приёмное отделение. Все, кого встречали на пути, радостно улыбались, приветствовали, чаще всего учтиво кланялись или как минимум изображали поклон.

— Наверно, скучают, — тихо сказала Евгения, когда мы прошли через новый блок и притихший полутёмный холл приёмного отделения и вошли в коридор.

— Не исключено, — ответил я и открыл дверь в ординаторскую.

Здесь была классическая идиллия конца рабочего дня. Василия Анатольевича и Олега Валерьевича уже не было. Анатолий Фёдорович дремал, сидя на диване, положив на колени газету. Услышав наши шаги, он встрепенулся и открыл пока ничего не соображающие глаза.

— Привезли новых пациентов⁈ — вскрикнул спросонья заведующий и тут же взъерошенный вскочил с дивана.

— Тихо-тихо! — усмехнулся я. — Всё в порядке, никакой войны пока не намечается, кроме нас здесь никого нет.

— Фу, напугали, — покачал головой Анатолий Фёдорович, поправляя причёску, и поднял с пола улетевшую с колен газету. — Меня вообще сегодня все взялись пугать. То один, то другой. А что это вы сюда вообще пришли в своих железяках?

— Делиться новинками, — с ухмылкой ответил я. — Вообще-то, надеялись, что вы рады будете нас увидеть.

— Да, естественно, я рад, как же я могу вам не радоваться? — теперь уже искренне улыбнулся Герасимов. — Вы, если что, заходите хоть в час ночи, хоть в два. Я всегда рад. Но только сначала мне проснуться нужно, понимаешь? Я же не механизм, как многие здесь, по-видимому, считают, не включаюсь по нажатию кнопки. Вы принесли с собой что-то новенькое? — спросил он, кивнув на наши рюкзаки.

— Об этом и речь, — сказал я. — Даже не переодевались, спешили вас порадовать.

— Ну, тогда чего здесь стоим? — всплеснул мужчина руками. — Пошли в лабораторию. Здесь всё равно смотреть не на чем.

Мы прошли по опустевшему коридору, шаги бронированных ботинок отдавались гулким эхом, наполнившим притихшее пространство, и свернули в обновлённую лабораторию. Пока что, с тех пор как я последний раз её видел, здесь ничего особо не изменилось.

Но, дойдя до рабочего места заведующего, мы заметили некоторые изменения: здесь прибавились ещё шкафчики, полочки и ещё один холодильник. Я заметил, что наконец-то в лаборатории появился новый современный автоматический микротом.

— Поздравляю с обновкой, — сказал я Герасимову, кивая на микротом.

— А, это да, спасибо. Собственно, именно тебе и спасибо, — усмехнулся Герасимов. — Наклеечку с гербом Демидовых на коробке я заметил. Хорошая штуковина, мне понравилась. Теперь могу по большей части и без помощников справляться. Жаль, что оно не умеет кусочки тканей парафином заливать и пихать в морозилку, а то вообще цены бы ему не было. Ну давайте, выкладывайте, что вы там такого принесли.

Мы с Евгенией открыли рюкзаки и начали выставлять на стол контейнеры с погруженными в специальный раствор фрагментами органов и мягких тканей, изъятых нами из обнаруженных в Аномалии кротов.

— Что это? — спросил Анатолий Фёдорович, критическим взглядом придирчиво осматривая содержимое одного из контейнеров.

Я вкратце описал ему, как выглядело чудовище, из которого мы всё это добыли.

— Какая гадость, — поморщился Герасимов и передёрнул плечами. — Что только не придумает эта Аномалия.

— У нас тут возник такой вопрос, — сказал я. — Не являются ли, случайно, эти новые твари так же порождением магов-менталистов? Как те же Химеры, Тёмные Лешие…

— Думаешь, они занялись разработкой нового типа монстров? — усмехнулся мужчина. — Хотя, всё может быть. Если они так рьяно защищают свою территорию, так скоро доберутся и до разведения огнедышащих драконов с исходными компонентами кролика. Ну что, вы мне немножко поможете или я сам?

— Разве вы не хотите поручить всю грязную работу новому микротому? — вопросом на вопрос ответил я.

— Слышал, товарищ, — сказал Герасимов, осторожно постучав по новому агрегату. — Бери эти штуковины, обрабатывай, заливай парафином, потом нарежешь по десять микрон. Чего молчишь? Кажется, я тебе достаточно ясно сказал!

Аппарат ответил лишь миганием диода режима ожидания.

— Не слушается, — развёл руками мой наставник. — Так что придётся вам помогать.

— Хорошо, ненадолго задержимся, — сказал я за двоих и только потом повернулся к Евгении. — Ты же не против?

— Пока никуда не опаздываю, — улыбнулась девушка.

— Значит, договорились, — потирая руки, сказал Герасимов. — Приступим.

Мы довольно компактно расположились за рабочим столом Анатолия Фёдоровича и начали обработку добытых нами материалов. Работа шла слаженно: ни одного лишнего движения, каждый знал, что ему нужно делать, и за каких-то полчаса мы смогли не только рассортировать всё добытое, но и обработать, законсервировать, охладить, наделать срезов с помощью нового микротома и разложить их на предметные стёкла, подготовив к исследованию.

Когда оставалось уже совсем немного, Герасимов начал выпихивать нас из-за стола, аргументируя своё поведение, что справится сам, а мы должны идти отдыхать, да и вообще, теперь только мешаем.

Ну а мне сейчас, если честно, это было всё одно, что байка про терновый куст. Был только рад, что меня наконец выгоняют, усталость брала своё.

— Постойте, чуть не забыл тут с вами, — сказал вдруг мой наставник, когда мы уже сделали в сторону выхода пару шагов, и вытащил из холодильника банку с плотно притёртой стеклянной крышкой.

Я такие раньше видел только в аптечных музеях, понятия не имею, где он такую достал. В банке плескалась тёмно-зелёная жидкость, никаких надписей не имелось.

— На вот, держи, — сказал Анатолий Фёдорович, вручая мне банку с таким видом, словно это достояние империи.

— Что это? — спросил я, осторожно принимая столь ценный для целителя сосуд.

— Так это как раз то, что вы меня просили сделать, — пояснил мужчина, с упрёком посмотрев на меня. —