"Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 - Хелена Руэлли

– Я, Рэйшен из клана Речного Песка, сын Дэвлина и принцессы Шианнон, принимаю тебя, Элина, в союзники по жизни. Буду стоять с тобой плечом к плечу в бою и в мире. Делить хлеб и соль. Кровью и честью – клянусь.

– Клятвы приняты, – сказал стряпчий. – Теперь следует подписать договор. Мастер Донал, внеси запись о заключении союза в книгу. Дара управительница, твоё завещание по-прежнему в силе? Рэйшен – твой единственный наследник?

Элина кивнула.

– Тогда я ставлю на этом завещании свою подпись и заверяю, что документы составлены и подписаны по всем правилам, в присутствии свидетелей. Прошу приложить к ним печать.

Донал с важным видом стукнул печатью в нужных местах.

Рэйшену было немного жаль, что здесь так мало народу и почти никто не знает, что теперь она – его навсегда. Впрочем, плевать. Оно того стоило.

* * *

Гномий караван неспешно двигался по тракту из столицы в Жадвиль. Скрипели колёса, пощёлкивали хлысты, то и дело ревели мулы и всхрапывали лошади…

– Мастер Ангер! – крикнул кто-то. – До дождя успеем? Как бы не завязнуть!

Молодой гном по имени Ангер вёл этот караван. Он с важным видом глянул на небо и ответил:

– Дождя не будет до завтрашнего вечера. Должны успеть.

На самом деле он чувствовал себя неуверенно. Мастер Хердер говорил с ним лично и дал ему замечательную возможность проявить себя, возглавив отделение торгового дома Андебрингеров в Жадвиле. Упустить этот случай было нельзя, хотя Ангер ужасно волновался. Он уже встречался с тамошней управительницей и её экспедиторами и немного побаивался новой встречи. Не оправдать доверия мастера Хердера он тоже боялся. Однако нельзя было показать свою неуверенность перед остальными: Ангеру предстояло открыть и новый филиал для торговли, и банк, и сеть мастерских… Голова кругом!

Ангер внимательно смотрел по сторонам. Близость города уже чувствовалась: стало больше прохожих и проезжих. Многие с любопытством поглядывали на гномов. Ангер слыхал, что раньше здесь гномов не привечали, однако сейчас никакой враждебности он не чувствовал. Может, новая управительница так на них повлияла? Это было бы очень кстати.

Осенью смеркалось рано, но до наступления темноты караван успел подойти к городским воротам. Ангер присмотрелся, не собираются ли их захлопнуть перед самым гномьим носом?

– Из Глорка едете? – послышался чей-то зычный голос от ворот.

– Оттуда! – Ангер очень старался, чтобы его ответ прозвучал солидно, как и подобает настоящему гному.

Навстречу вышли двое высоких мужчин. Наброшенные на плечи плащи не скрывали военной выправки обоих, и Ангер забеспокоился. К стене были прикреплены два горящих факела, и в их свете Ангер узнал обоих мужчин: он видел их в столице, у Элины. Это были её экспедиторы. Имён их, правда, Ангер тогда не узнал.

– Мы с тобой встречались, почтенный гном, – сказал старший из мужчин. – Я Лоркан, королевский экспедитор, нынче начальник Городской стражи Жадвиля. А это мой товарищ, Ингерам, ты его тоже видел, сейчас он возглавляет Воротную стражу города. Ждём ваш караван с утра.

– Моё имя Ангер, из рода Андебрингеров. Рад видеть вас, почтенные. Где мы можем остановиться?

– Ну… В городе пока нет гномьих постоялых дворов или караван-сараев, – человек, названный Ингерамом, развёл руками.

– Дара управительница предлагает вам временно занять пустующие здания у реки. Там чисто и просторно, а со временем вы с ней обсудите этот вопрос, – официально сообщил Лоркан.

Ангер задумался. Он рассчитывал на приличный постоялый двор, но, конечно, город, ещё недавно враждебно смотревший на всех инородцев, вряд ли сможет предложить нечто лучшее. Это станет поводом для торга и способом давления на управительницу. По крайней мере, Ангер на это надеялся.

– Эй, мастер, так мы едем или нет? – нетерпеливо крикнули откуда-то с повозок. – Или мы ночевать в поле собираемся?

– Едем, – решился Ангер.

– Мои люди покажут вам дорогу, – из-за спины Лоркана выступили двое молодцов в плащах. – Это ребята надёжные, проведут вас самым удобным путём, чтобы ваши повозки не застряли. Улицы у нас узкие.

* * *

В последние дни Элина допоздна засиживалась за работой. Мадог и его помощники собирали налоги с самой капризной публики – купцов. Проверять приходилось трижды.

Вдобавок Мадог узнал о подписании брачного договора, и теперь демонстративно ни с кем не разговаривал. Это усложняло работу.

Собственно, сейчас весь город болтал вовсю: пока Элина и Рэйшен наслаждались осенним лесом, в книгу записей не сунул носа только ленивый.

По возвращении домой Элина обнаружила, что весь второй этаж особняка отремонтирован так, что она теперь не знает, где что расположено. Её спальня приобрела роскошный и уютный вид, но – демоны всё подери! – приходилось подолгу разыскивать ту или иную вещь. В распоряжении Элины теперь была не только спальня, а несколько комнат в этом крыле особняка. К Элининому ужасу, среди них оказалась целая гардеробная. Пока в ней сиротливо висело её единственное платье, но Минна поставила перед собой цель заполнить эту комнату. И, наверное, чаще видеться с Маро.

За три дня, пока Элины не было, в городе не возник хаос, стены не рухнули и не началась резня. Лавки открывались вовремя, на рынок съезжались крестьяне из окрестных сёл, мастерские работали, пекари вставали до рассвета, чтобы испечь хлеб… Зато в доме Элину ждали очень недовольные друг другом Дэвлин и Томори, злобно молчащий Мадог, измученные ремонтом слуги и Лоркан с Ингерамом, которые потешались над происходящим.

– Наконец-то я могу уйти отсюда! – Дэвлин, который нагло занимал Элинино место в кабинете, выбрался из-за стола. – Просто не представляю, как ты с ним работаешь! Этот Томори – редкостный мухомор!

Впервые Элина наблюдала, как Томори стиснул челюсти. «Никогда не видела его таким».

– Этот Дэвлин – редкостный раздолбай, – Томори сверкнул глазами. – Сразу видно солдата…

Элине стоило большого труда вытолкать Дэвлина за дверь. Рэйшен утащил его на тренировочную площадку, и до Элины ещё некоторое время доносился голос Дэвлина:

– Тебе будет полезно! Уж очень ты раздобрел, будто и не в охотничьем домике жил!

Работа у Томори и Дэвлина не заладилась с самого начала: манера Дэвлина командовать не нравилась Томори, а сам Томори донельзя раздражал Дэвлина склонностью всё записывать и упорядочивать.

– Дэвлин груб и не понимает, кому и что можно говорить, – жаловался Томори. – Он даже не догадывается, что любая запись – это тот же рапорт…

Элина сочувственно слушала