Шанс для Фьюри том 1 - Архивариус Эха

Ребята, вы посмотрели вторую главу?! Сцена в подземном переходе, где он впервые должен… кхм… «поесть»? А этот тип в клоунской маске?! Это же чистый хоррор! Автор — гений!

· Старлайт07: @Мышиный_Король, согласна на 100 %. И этот намёк, что CCG (Комиссия по Борьбе с Гулями) не такие уж и «белые и пушистые»… Напоминает кое-какие наши правительственные организации. Очень жизненно.

· Истинный_Патриот: А мне нравится эта Ризе Камакиро. Сильная, уверенная в себе женщина. Настоящий хищник в юбке. Уважуха.

Были и отрицательные комментарии, но, в основном своём большинстве, мангу встретили положительно как в Америке, так и за границей.

Пока рано переходить ко второй части плана: призыв персонажей из манги. Зато можно начать выпускать ещё две манги. Выбор пал на человека бензопилу и Магическую битву.

Как только я закончу выкладывать первое произведение полностью, начну призыв персонажей.

Подведём итог того, что у нас есть на данный момент.

Всё призванные персонажи:

T-Bug из киберпанка

Лелуш из Код Гиас

Иноичи из Наруто

Цунаде из Наруто

Сенку из Доктор Стоун

Виктор Франкенштейн из Фейт

Йода из звёздных войн

Охотник из Бладборна

Миллениум из Хеллсинга

Сам Хеллсинг из того же аниме

Юлиус из Чёрного Клевера.

Из призванных это пока все. Кстати, разработка многих приложений закончена и они стали доступны для скачивания. Приток валюты уже есть и он постепенно увеличивается.

Теперь перейдём к угрозам. С вампирами и ГИДРОЙ разбираемся, с Камар-Таджем у нас договор. Из возможных осталась Рука и, возможно, Десять колец под предводительством Мандарина.

Ладно, это пока терпит. Чем заняться пока есть. И почему у меня чувство, что вскоре что-то произойдёт. Секунду. Ага, вот в чём дело. Через неделю у Старка презентация ракет Иерихон, кроме этого будущая Фантастическая четвёрка отправляется в космос, где вскоре они обретут свои суперсилы.

Буду ли я вмешиваться? Наверное, нет. Скорее всего, Древняя попросит соблюдать её «временные точки». Да и кто знает, какой тут Мандарин — киношный или из комиксов.

С Халком… мешать его созданию бессмысленно, это один из краеугольных камней. Но вот мягко направлять Бэннера, когда он появится, предложить ему убежище и контроль… это уже другая история.

Тор… вот загадка. Если события пойдут по фильмам, мы ещё успеем подготовиться к его визиту. Но если у нас комиксовая вселенная, то он, возможно, уже давно под именем доктора Дональда Блейка крутится где-то среди смертных, ища себя. Жаль, я не силён в его ранних приключениях. Остаётся ждать и наблюдать.

Ладно, пока выжидательная позиция. А ожидание… навевает скуку. Так и тянет устроить небольшой хаос — призвать какого-нибудь мелкого, но противного монстра и посмотреть, как местные с ним справятся. К сожалению, для этого пока рано. Зато я уже сейчас могу потихоньку создавать культ, который и будет заниматься чем-то подобным.

Да, подбором нужных личностей и их вербовкой я сейчас и займусь.

От лица Венти:

Дни текли плавно, словно мелодия. В первой половине дня я, как и прежде, играл для случайных прохожих на улицах Нью-Йорка, делясь ветром и свободой. Во второй — делал то же самое в стенах Института Ксавьера, но для другой, особой аудитории.

Чтобы сэкономить время (и, если честно, потому что дорога туда-обратно отнимала драгоценные часы, которые можно было потратить на музыку), я перебрался в саму школу на постоянное жительство. Мне с радостью выделили комнату — просторную, светлую, с высоким потолком и прекрасной акустикой. И, что важнее всего, с большим окном, которое всегда можно было открыть для свежего ветра.

Жизнь среди мутантов была… интересной. Я видел, как они борются со своими страхами, с своими силами, с самими собой. Моя музыка, похоже, и правда помогала им находить точку опоры, успокаивая бурю внутри. Один подросток, чьи руки постоянно искрили статическим электричеством, на одном из занятий впервые за неделю смог коснуться своего планшета, не сжигая его. Надежда в его глазах была лучшей наградой.

Сегодня Ксавьер отправлялся на переговоры с сенатором США, Робертом Келли, по поводу отмены постановления закона о регистрации мутантов. Пусть даже он сейчас лишь рассматривается.

На удивление, сопровождать профессора попросили меня. Не знаю, зачем ему это. Я — бард, а не дипломат или телохранитель. Моё оружие — музыка, а не слова или кулаки. Когда я спросил его об этом утром за завтраком, он лишь улыбнулся своей спокойной, всепонимающей улыбкой.

— Ваше присутствие, Венти, действует умиротворяюще, — объяснил он, отодвигая чашку с чаем. — Сенатор Келли… человек, движимый страхом. Страх делает людей агрессивными, закрытыми, невосприимчивыми к логике. Ваша аура спокойствия может помочь смягчить эту стену. Иногда самый весомый аргумент — это не факт, а атмосфера.

Логика, конечно, в этом была. Но я не мог отделаться от ощущения, что профессор видит чуть больше, чем говорит. На всякий случай я сообщил об этом «Архиву». Его реакция была… достаточно интересной. Он сообщил мне, что на время встречи около половины моей энергии будет снова доступно.

Это заявление заставило меня насторожиться. Я мысленно поблагодарил его и сосредоточился, ощущая знакомое тепло анемо энергии, текущей по жилам.

Немного подвигав тело, привыкая к разблокировке части резерва, я вернулся к ежедневной рутине. Всё равно встреча запланирована на завтра, а там уже посмотрим.

…На следующий день…

Лимузин плавно подъехал к внушительному правительственному зданию. Воздух снаружи был густым от напряжения — повсюду сновала охрана, журналисты с камерами и небольшая, но шумная группа протестующих с плакатами, на которых было написано «Защитим наших детей от мутантов!». Их страх и неприязнь витали в воздухе, создавая неприятный, едкий смог.

Мы с профессором Ксавьером и Джин Грей прошли внутрь. Кабинет сенатора Келли оказался таким, каким я его и представлял — просторным, дорогим, но бездушным. Сам сенатор, человек с жёстким взглядом и поджатыми губами, встретил нас вежливым, но ледяным рукопожатием.

Переговоры начались. Профессор говорил спокойно и разумно, приводя логические доводы, рассказывая о судьбах молодых мутантов. Но я видел, что слова отскакивают от сенатора, как горох от стены.

— Профессор, ваши истории трогательны, — говорил Келли, постукивая пальцами по столу. — Но как я могу гарантировать своим избирателям, что ребёнок, сидящий рядом с их детьми в школе, в один прекрасный день не испепелит весь класс, не потеряв контроль?

Слова профессора просто не доходили до сенатора, или он не хотел слушать. Тут в дверь постучали,