Крайняя война - Сергей Юрьевич Михайлов

у живого существа – покинутый и одинокий, он словно просил: возьми меня! Землянин тряхнул головой, отгоняя наваждение, однако выдернул оружие из зажимов и пристегнул на пояс. Тот старик, оказавшийся Императором, предупреждал, что меч нельзя надолго оставлять в одиночестве. «Похоже, только он и знает все об этой штуке».

Глава 5

В штабной каюте было малолюдно – лишь офицер охраны и два лейтенанта, дежуривших на контроле у нескольких голограмм, висевших в воздухе. Центр связи и контроля был отделен от командирского места и тактического стола прозрачной бронированной перегородкой. Сергей приветствовал уставным выбросом кулака вскочившего офицера охраны, показал ему, чтобы тот сел и прошел к своему креслу у стола. На ходу он кивнул вскочившим за стеклом лейтенантам и тоже показал жестом, чтобы не отвлекались. Хотя теперь он прекрасно знал, что дежурят там лейтенанты чисто по требованию устава: электронный мозг корабля отлично сам справляется с любой нештатной ситуацией. Однако присутствие людей Сергей одобрял, по опыту зная, что электроника в этом мире имеет свойство отказывать, правда, в основном, из-за внешнего вмешательства.

Он сел и махнул рукой, тотчас включилась среагировавшая на жест автоматика и над столом появилась индивидуальная голограмма, перемежавшая текст и картинки. Кротов пальцем листал новости, быстро пробегал глазами страницы, на миг задерживаясь на объемных картинах. Ничего срочного он не нашел и уже хотел закрыть информационный ролик, как его глаз зацепился за предупреждение – прибытие в пункт назначения ожидается через двадцать стандартных часов.

– Вот черт… – буркнул он. Почему-то ему казалось, что с братом они будут еще несколько дней, а тут выходит не больше суток.

– Что ты сказал? – в дверях стоял улыбающийся Глемас. – Я так и думал, что найду друга здесь, хотел порадоваться встрече, а тут я, оказывается, какое-то мифическое существо из земного фольклора.

– Прекрати хохмить, – не принял шутливого тона Кротов. – Ты знал, что мы совсем скоро будем на верфях Горназа?

– Конечно, – становясь серьезным, ответил гронец. – А в чем дело?

– Да, так… – махнул рукой Сергей, не желая объяснять, что с ним. – Я, видимо, упустил этот момент. Думал, мы будем лететь несколько дней.

– Так и должно было быть. Но вчера принцесса получила сообщение, и последовал приказ на ускорение.

– Ты-то откуда знаешь? Ты ведь пил вместе с нами.

Гронец опять улыбнулся.

– Не забывай, в какой конторе я работаю.

– Слушай, тогда я не буду ждать утреннее совещание, отболтаешься тут за меня. Времени совсем мало, а я еще не видел своих людей. Надо наверстывать, хотел за время полета хоть немного познакомиться с контингентом.

Гронец немного подумал, потом кивнул:

– Иди, дело серьезное, думаю, принцесса поймет, а остальным хватит моих слов…

Кротов молча разглядывал стоявших перед ним людей. Несмотря на разную форму и цвет кожи, всех стоявших объединяло одно – ни у кого во взгляде не было страха. «Это хорошо. – отметил он. – Сломленных людей здесь не надо – некогда перевоспитывать».

Форма некоторых еще несла отметины боев – рваная и грязная. До его одобрения по каждому кандидату, людей решили не пропускать через медмашину. Он заметил на некоторых повязки, значит, есть и раненые. Это роли не играло – медицинская капсула все исправит – но говорило о том, что Имперцы торопились, вряд ли они стали бы вытаскивать раненых при нормальной подготовке операции. «Нападение инфицированных внесло коррективы во всю операцию».

Молчать больше было нельзя, и Кротов поздоровался. Он специально сказал первое приветствие на русском, земляков в толпе было больше всех: это была его давнишняя просьба – если будет возможность, набирать только граждан, живущих на территории бывшего Союза. Теперь, после того, что он видел в войсках Империи – полное смешение рас, национальностей и полов, присутствие инопланетников – казалось бы, то, из каких мест будут люди, не должно его волновать, но он без всяких рациональных причин атавистически считал, что военные из земляков – самые лучшие.

При первых словах люди вскинули головы, во взглядах мелькнуло удивление – они не ожидали встретить русского. Но дальше Сергей заговорил на всеобщем, и глаза потухли. Перевод на языки всех пленников шел автоматически, так что все понимали, о чем он говорит.

– Я надеюсь, каждый из вас помнит, после какой заварушки он оказался здесь – если бы не мы, вы все уже были бы мертвы. Так что без всякой похвальбы скажу – наши люди спасли вас от неминуемой смерти.

– Так вы что – ангелы? Или черти? Куда мы попали? – перебил Кротова хрипловатый голос из толпы. Вперед, расталкивая недовольно ворчавших людей, вышел мужик лет тридцати. В вырезе камуфлированной куртки голубела тельняшка десантника, на плечах капитанские погоны. «Наш», – подумал Кротов, но не дал земляку сбить себя. Не отвечая на вопрос, он продолжал:

– Мне не нужна от вас благодарность за это, я хочу, чтобы вы выслушали и поняли, о чем я сейчас буду говорить.

Все, даже пробившийся вперед капитан, промолчали, напряженно вслушиваясь в его речь.

– Вы находитесь на борту космического корабля! – в лоб сообщил Кротов и остановился, чтобы посмотреть на реакцию слушателей. «Интересно, как они эти воспримут, а то Вовка сегодня даже не прореагировал». Все произошло так, как Сергей и ожидал – никто не поверил. В строю раздались смешки, шутки, а капитан, вдруг, разозлился и закричал:

– Что ты нам лепишь? Скажи еще, что нас зеленые человечки похитили! Правду говори.

Строй одобрительно загудел. «Вот бы вывести сейчас к ним нифлянца, что бы они сказали?»

– Я вас понимаю. Сам когда-то попал в такую ситуацию. Меня выдернули из Афганистана, я воевал с духами в составе ограниченного контингента, – он поздно сообразил, что зря сказал об этом. Теперь уже не только капитан, но и другие закричали.

– Из какого Афганистана? Что ты врешь? Там война двадцать лет назад закончилась!

– Молчать! – еще немного и он потеряет контакт с военными. «Нужен трюк», – подумал он и нажал на коммуникатор. Когда перед ним повисла голограмма с папками, все примолкли. Он быстро нашел запись о своем последнем бое и включил воспроизведение.

Все молчали, сопровождая просмотр лишь короткими репликами. Сергей смотрел и сам заново переживал тот бой, с удивлением отмечая, что он смотрит на того себя, как на постороннего человека, словно это совсем не он был там, под пулями душманов.

– Кино какое-то, – неуверенно произнес капитан. – Ты же совсем такой же, как сейчас…

Сергей понимал их – сразу переварить такую новость трудно. Однако по широко открытым удивленным глазам, быстрому перешептыванию и удивленным комментариям он понял,