Фантастика 2026-80 - Мария Фир

огненным вихрем Нора и в десять минут помогла мне упаковать все нужные в дороге вещи, которые я до того полдня бесцельно перекладывала с места на место. Слушала за обедом рассказы ребят из отряда о походе и ликвидации магической аномалии, хвастовство бравых воинов друг перед другом и горестные вздохи Рикарда, до дыр просидевшего все штаны в форте.

– И первоцветы появились на пригорках, – чуть смущённо сказал самый молодой из Солнечных стражей.

– Хороши первоцветы, – отозвался другой, наполняя кружку пенным элем, – когда есть кому их привезти.

Говоривший залился краской, но друзья развеселились ещё больше и принялись расспрашивать его, удалась ли прошлая ночь. Отчего-то мне тоже стало вдруг волнительно и весело, трудно было усидеть на месте и дождаться, когда все разойдутся, но к ночи, когда мы остались вдвоём с Эдвином, вновь вернулась тревога. Я в который раз проверила сумку, хотя вещей у меня было совсем немного, в который раз выглянула в окно, где синеватым бархатом висел апрельский вечер, в который раз попыталась занять руки вышивкой…

– Мы что-нибудь придумаем, – не выдержал наконец Солнечный страж, поймал меня за плечи, усадил рядом с собою на кровать, – мы тоже что-нибудь изобретём. Наша маленькая Лиза будет расти в безопасности.

И я поняла, что всё это время он, оказывается, тоже размышлял об этом проклятущем устройстве инквизиторов. И «наша», «наша Лиза» – я ещё не могла раскрыть свою душу настолько, чтобы в неё вместились эти простые, между прочим сказанные слова.

– Нет в мире магии, которую нельзя было бы нейтрализовать, – сказал он, глубоко вдохнув и выдохнув. – Фокусирующие кристаллы придумал не Орден. Они ведь только приспособили их под свои нужды, а значит, другие тоже могут приспособить. Я напишу письмо нашему общему знакомому. Тому, что носит крылья вместо дорожного плаща.

Моё сердце забилось так сильно, что я испугалась, как бы снова не потерять сознание.

– Ты знаешь, как найти Тэрона? Знаешь, где он живёт? – с надеждой спросила я.

– Нет, – улыбнулся Эдвин Сандберг. – Но я знаю того, кто передаст ему сообщение.

С этого вечера, знаю, именно с этого момента в моей жизни начали регулярно происходить чудеса. Даже спустя годы после того, как мы потихоньку спустились по тёмной лестнице, сжимая в руках туго свёрнутую записку, когда рука об руку, держась длинных густых теней, выскользнули из форта и оказались на залитой лунным светом и вечерней дымкой поляне. Когда над низким туманным кустарником пронёсся тонкий свист и навстречу нам выбежал остроносый худощавый лис и ткнулся в моё колено доверчивым носом. И когда Эдвин опустился на колени и крепко привязал к ошейнику зверя письмо для магистра из Гильдии призывателей.

– К утру ты должен вернуться, – прошептал Солнечный страж.

Лис вильнул хвостом и отступил на пару шагов, растворяясь в тенях, но затем повернул голову и задорно, по-хулигански тявкнул.

– Что ж, будь по-твоему, Рик, – согласился со зверем мой жених и внимательно посмотрел мне в глаза.

Я смотрела, как странный, чем-то неуловимо знакомый мне зверь вертится вокруг себя, прыгает, словно пытаясь ухватить себя за хвост, а затем вдруг исчезает в мерцании волшебного облака.

– Он особый вид, – шёпотом сказал Эдвин, прижимая меня к себе, – преодолевает огромные расстояния за считаные минуты. Орден Инквизиции до сих пор не придумал способа изловить подобных существ. Они под защитой Солнечной стражи.

– Рик, – всё ещё не до конца веря собственным глазам, пролепетала я. – Так вы не взяли его в поход не из-за ранения…

Эдвин кивнул:

– У оборотней специальный режим, даже в рядах Солнечной стражи.

Я смотрела, как медленно расплывается в предутреннем тумане дымчатое магическое облачко, и испытывала странные, прежде незнакомые мне ощущения, будто это место – неведомый никому перекрёсток нескольких миров. Будто городская стена, окутанная мраком поляна под ней и едва слышимо шелестящая кромка леса образуют особый заколдованный треугольник, и не случайно чья-то могущественная воля привела и меня, и Эдвина, и Рика сюда в тот далёкий осенний день прошлого года.

Меня разрывали изнутри тысячи вопросов, но в то же время ужасно не хотелось нарушать таинственной тишины, в которой мы стояли рядом с Солнечным стражем, глядя друг на друга и куда-то глубже, в самую сердцевину души.

– Я не хочу с тобой расставаться, – сказал наконец Эдвин.

– Нам нужно расставаться? – прошептала я, почувствовав тонкий укол в сердце.

– Ты не поняла: совсем не хочу. Ни на неделю, ни на день, никогда.

– Но ты ведь не можешь оставить службу, – не вопросительно, но утвердительно сказала я. Мне уже было известно, что для лекарей обязательный срок службы в Солнечной страже равняется десяти годам.

– Конечно, нет, но я думал, что тебе лучше будет после свадьбы остаться в Фоллинге: там большой дом, и рядом живут мои родичи. Наш посёлок всегда был спокойным, тихим местом, только кто теперь знает, что может прийти на ум Высшему совету в связи с этим новым изобретением Ордена…

Я судорожно стиснула его руки, вцепилась в них:

– Ни в каком даже самом уютном месте мне не будет так спокойно, как рядом с тобой! Ничего страшного, пусть будет маленькая комната вместо большого дома, пусть будут стены вместо летних лугов, но я хочу остаться здесь с тобой, пока не закончится твоя служба!

Он успокаивающе погладил меня по спине:

– Сония, это пять долгих лет, но мне тоже так будет гораздо спокойнее. К тому же я доверяю своему отряду гораздо больше, чем кому-либо ещё на всём свете. Кроме разве что дедушки, но он не сможет защитить тебя и нашу дочь в случае чего, а стражи – смогут.

Я с готовностью кивнула и улыбнулась, а он тут же наклонился и поцеловал меня тёплыми губами:

– Теперь пойдём поспим остаток ночи, нас ждёт долгая дорога.

Глава 23

Посёлок Фоллинге считался восточной окраиной Вестенских равнин. Густые травяные луга с разбросанными тут и там синими пятнами озёр встречались здесь с весёлым дымчатым редколесьем. До настоящего леса отсюда было ещё несколько миль, но всё же полупрозрачные рощи, что окружали посёлок широким кольцом, давали кое-какую защиту от ветров. Здесь было гораздо теплее, чем в Вестене в эту пору, и несравнимо уютнее, нежели в северных краях. Когда Эдвин расплатился с возницей и подал мне руку, помогая выбраться из повозки, я с удивлением обнаружила нас на просторной площади, вокруг которой располагались тёплые, песочного цвета здания из глины и кирпича. Выглянувшее к полудню солнце ослепительно играло в сияющих витражами красно-золотых окошках небольшой часовни. Люди приветливо улыбались друг другу, толпясь у