Светлейший князь - Роман Валерьевич Злотников

Так и не отыскав хотя бы клочка сухой бумаги для написания рапорта командир роты отправил Бакли в штаб с устным докладом. Там его выслушал измученный донельзя начальник штаба майор Дженингс. Он, как и ротный лейтенанта, был из джентри, поэтому титула не имел.

— Понял лейтенант,- вздохнул майор, когда Бакли закончил доклад.- Возвращайтесь к своим людям. Помочь вам сейчас всё равно нечем — когда шли, вероятно, всё и сами видели, но будьте наготове. Буря разметала и разбила многие корабли, но кое-что, возможно, удастся спасти. Так что как только ещё немного утихнет — ваша рота отправится на разборку выброшенного на берег.

— Так точно, сэр,- глухо отозвался лейтенант и закашлялся. Майор несколько секунд устало смотрел на заходящего в кашле молодого офицера, потом вздохнул и, наклонившись, достал из-под стола открытую бутылку.

— Вот — хлебните, это джин. Вам станет полегче. Это — единственное, чем я могу вам помочь…

Выйдя из штаба Бакли осмотрелся. Балаклавская бухты представляла из себя апокалиптическое зрелище. Десятки кораблей и судов, среди которых были не только английские, но и американские, турецкие, итальянские и, даже, французские, не смотря на то что основной бухтой снабжения французского контингента была расположенная в десяти милях северо-западнее Камышовая, ранее плотными рядами покрывавшие существенную часть поверхности бухты, в настоящий момент валялись на её берегах причём часто на боку или кверху килем, либо их полузатопленные корпуса возвышались над поверхностью уткнув в покрытое несущимися тучами небо огрызки сломанных мачт. Вода между ними была покрыта плавающим древесным мусором в виде обломков обшивки, разбитых шлюпок, обломанных мачт и всего такого прочего, а также измочаленным содержимом их трюмов. Ну, если оно ещё было способно держаться на поверхности. Пирсы, возведённые у берега для облегчения разгрузки судов, были полностью разбиты. Временные склады на берегу, под которые использовались всё те же мазанки либо быстро возведённые дощатые бараки — или превратились в обломки, или лишились крыш. Так что всё их содержимое напрочь промокло и было завалено мокрым снегом. Впрочем, судя по тому, что можно было разглядеть — целых крыш в Балаклаве не осталось вообще. Лейтенант вздохнул и, сгорбившись, выдвинулся в сторону бивуака своей роты.

До расположения роты Бакли добрался около трёх часов пополудни. Четверо пропавших без вести отыскались. Двое были живы, один ранен и попал в лазарет, а ещё один — замёрз насмерть. Он заблудился и побрёл куда-то в сторону, умудрившись пересечь линию рогаток так, что даже её не заметил. Но никуда не добрался, а ходил кругами за рогатками. И на очередном круге, похоже, совсем обессилел. Ну и сел прямо в сугроб. Где и сдох… Для переноски его к месту, куда стаскивали трупы, пришлось выделить аж четверых. Двое бы не справились — больно уж в неудобной позе он замерз, а к тому моменту как его отыскали — тело успело закоченеть… Впрочем, как рассказали те, кто его относил — таких скрюченных среди замерзших насмерть оказалось немало.

— С возвращением, лейтенант,- приветствовал его ротный.- Какое дерьмо придумал штаб?

— Скоро нас должны отправить разбирать завалы в Балаклаве и пытаться что-то спасти из трюмов выброшенных на берег судов, сэр,- угрюмо сообщил Бакли.

— И как скоро наступит это скоро?

— Не знаю, сэр. Майор Дженингс только сказал, что это будет, а когда — не сказал.

— Ладно, будем ждать…- вздохнул капитан.- Отправляйтесь к своему взводу и организуйте чистку оружия. Хоть нам при отсутствии пороха чистые стволы пока на хрен не пригодятся, но людей надо чем-то занять. А то они начинают засыпать после бессонной ночи и могут помёрзнуть. Знаете же что один у нас уже замёрз?

— Да, сэр.

— Так вот могу вам сообщить, что один — это только в нашей роте. В третьей замёрзло четверо, во второй — пятеро, а в Восточно-Норфолкском полку погибших от холода почти пять десятков. Так что мы ещё легко отделались.

— Слушаюсь, сэр.

К вечеру удалось развести огонь и сварить ещё вчера казавшуюся донельзя обрыдлевшей, но сегодня показавшуюся божественно вкусной ячменную похлебку с салом. А сразу после приёма пищи из штаба через сугробы прибрёл посыльной, который принёс приказ отправляться на работы в бухту.

До бухты добрались к девяти вечера. Буря ещё немного поутихла, поэтому на берегу удалось разложить костры из обломков. Уж что-что, а дефицит дров, похоже, надолго остался в прошлом.

Их роте выделили для разбора обломки американского клипера «Рип ван Винкль», который доставил в Балаклаву восемьдесят восьмой полк Коннахтских рейнджеров из Голуэя. Увы, большая часть полка даже не успела разгрузиться, поэтому вокруг разбитого и опрокинутого корпуса судна сейчас валялось множество тел в красных мундирах и серых, парусиновых штанах. Кое на каких телах даже сохранились белые ремни.

При свете костров работали до трёх часов ночи, пока солдаты… да и офицеры тоже, не начали засыпать прямо с грузом в руках или на загривке. Заночевать решили тут же — у костров. Потому что спать без огня было полным идиотизмом, а волочь топливо на свой бивуак уже никаких сил не было.

Утром Бакли проснулся от того, что зашёлся кашлем. Его просто выворачивало. До блевоты. Впрочем, в таком состоянии были все вокруг. Временный бивуак роты на берегу кхекал, кашлял, хрипел и блевал.

— Вот, сэр — попейте,- подошедший к нему ланс-капрал протянул ему медную кружку.

— Чай?- прохрипел лейтенант.

— Нет — кипяток. Чая или кофе нет. Тот что был — испорчен водой, а нового взять неоткуда,- сообщил ему Томпсон.- Но зато удалось отыскать немного пшена. И у нас ещё осталось сала на одну закладку. Так что завтрак будет.

— А котел?

Большой медный котёл, в котором варили еду на всю роту разом — остался на ротном бивуаке.

— Отыскали в трюме. Его, конечно, изрядно помяло, но он не лопнул. Так что завтрак уже готовится.

— Хорошо,- кивнул Бакли и сделал большой глоток. Кипяток обжёг гортань, но зато прокатился по горящему горлу мягкой, тёплой волной.- Что там слышно?

— Продолжаем разбирать клипер, сэр. А потом… наверняка дадут новое задание. Там к капитану прибыл ваш приятель из штаба, наверное, принёс новые распоряжения.

— Да?- лейтенант поспешно хлебнул ещё и приподнялся. И вовремя. Колльз уже шёл к нему.

— Генри — ты жив? Какое счастье!- энсин остановился перед ним. Но,