Князь - Антон Кун

За то время, пока я не мог выбраться из того измерения, я успел его хорошенько изучить, и даже догадался, как именно можно было покинуть это странное место. Вот только в прошлый раз я был истощён как физически, так и духовно, но не сейчас.

Шаг, ещё шаг, и вот золотой клинок с жезлом стихий между языков лезвий, который я не рассеял в тронном зале, как могло показаться со стороны, рассёк пространство перед нами, открыв путь в нашу комнату в Святом лесу.

— Тебе лучше пока побыть здесь, — я поцеловал не пришедшую в себя Зевану. — А я должен стать намного сильнее, иначе всё это не будет иметь смысла.

Поднявшись, я уже хотел было открыть портал, как делал обычно, но передумал.

— Тархун, — позвал я своего призрака. — Научи меня своей антимагии.

— Я могу дать тебе все знания о хладе, — рядом возник Аспид, он покружился вокруг меня и сел на плечо, словно типичный пиратский попугай. К слову, Аспид и был больше похож на птицу, нежели на ящерицу.

— Моё искусство тоже пригодится, — появилась девушка в древнерусском сарафане, больше похожая на крестьянку, нежели на сильную ведунью. — Я могу призывать сущности в этот мир, и если ты приложишь достаточно усилий и потратишь максимум времени, уверена, вскоре у тебя появится своя личная армия, которая будет всегда рядом.

Я тут же вспомнил, как в сражении с первым императором она призвала громадного богатыря, который весьма недурно сражался.

— Хорошо, Алёна и Аспид, — улыбнулся я. — Тогда заскочим за учебниками по магии и вперёд, через тернии к звёздам.

* * *

— И что это было? — обманчиво спокойно произнёс император, глядя на пустое место, оставшееся после того, кто занял тело его сына.

— Не уверен, — пробормотал Даниил. Он снова удивился настолько, что был вынужден перестать улыбаться, а это само по себе редкость. Ведь всякому известно, что тот, кто идёт по жизни с улыбкой, сильнее других, независимо от объёма источника магии или твёрдости мускул. — Последняя мысль Алексея была про меч. Когда он находился в коме, у него в руках был непонятный артефакт в форме раздвоенного золотого клинка с песочными часами в гарде. Видимо, он вытащил его из пространственного кармана и использовал, чтобы сбежать.

— Отсюда невозможно сбежать никакими способами, кроме как запредельной грубой мощью, — чуть подуспокоился император, немного убавив холода в голосе.

— Видимо, — менталист качнул головой в сторону пустого места, — Алексей нашёл ещё один способ.

Император помассировал виски.

— И что теперь делать?

— Я предлагаю протянуть оливковую ветвь, — почти без размышлений ответил Даниил.

— Пойти на поводу? — недобро сузил глаза император.

* * *

Получилось, но не так, как она полагала. Мара хотела раздвоится, чтобы быть в двух местах одновременно. А вышло так, что от неё отделилась какая-то часть, в которой чего-то не хватало.

Вторая Мара оказалась не просто злым двойником, она являлась воплощением негативных эмоций и страстей, вечно голодной до власти и удовольствий.

Но несмотря на это они остались зависимы друг от друга, и когда злая Мара лишилась руки, императрица тоже ощутила острую боль в запястье.

И вот сейчас, когда сердце императрицы рыдало от горя, её альтер эго металось по своим просторным покоям, не находя себе места и не понимая происходящего.

— Мой сын, рождённый от императора людей и одной из богинь, должен был встать во главе всех и уничтожить тебя, моя злая половина, — прошептала императрица. — А теперь уже…

— Волкодав! Этот белобрысый ублюдок! — внезапно взревела раненным тигром злая Мара. — Это он отсёк руку и не дал захватить Святой Лес! Как я могла отступить!

Злая Мара пребывала не в себе, но императрица с удивлением узнала в её мыслях, которые могла подглядывать лишь поверхностно, знакомое лицо Алексея. А ведь этот человек, который занял тело её сына, совсем недавно овладел магией и уже смог вызвать такие эмоции у её худшей половины?

— Убейте его! Немедля! Принесите мне его голову, свяжитесь с Безымянным, он заинтересован в этом не меньше моего, если не больше! Волкодав должен умереть! — билась в истерике злая Мара.

Императрица резко открыла глаза, и перед ней вновь оказалась её зеркало, только все оно теперь было покрыто тонким слоем льда.

Взмах руки, сопровождаемый короткой, но эффективной руной, и температура в комнате нормализовалась. Людская магия всё же бесподобна, особенно в бытовом плане.

Императрица подскочила, находу возвращая себе розовую кожу и каштановые волосы, после чего устремилась обратно в обеденный зал. Если Алексей, как и её сын, тоже является убийцей богов, то нужно срочно ему помочь! Безымянный напарочку со злой Марой не та компания, после встречи с которой остаются в живых.

Если мой сыночек Алёшенька и умер, то не напрасно. Его тело послужит этой стране и миру!

С этими мыслями императрица распахнула двери и обнаружила только своего обожаемого супруга с менталистом, и всё. Алексея в зале не было.

Глава 25

— Где Алексей? — оглянувшись и не найдя парня, спросила она.

— Ушёл, — вздохнул император. — Даниил говорит, что Волкодав сбежал, используя артефакт.

— Раздвоенный золотой меч с песочными часами в основании гарды, — объяснил Даниил.

Брови императрицы подпрыгнули от удивления, и она даже не сразу нашлась, что сказать. Подумать только, меч Ронгма в руках смертного!

С другой стороны, она ведь мать этого тела, а значит, внутри него есть частица божественности, и этот факт позволил Алексею не только поднять золотой клинок бога времени и пространства, так ещё и использовать его! Но ведь в нём только частичка божественности! И вдруг такая сила! Даже Безымянный мог лишь убивать этим оружием, не больше. А ведь он полноценный бог!

Кто же ты, чёрт возьми, такой, Алексей Волкодав?

— Я решила, — решительно произнесла императрица-мать. — Мы примем в семью этого человека, как наследника Российской империи. А теперь, — она требовательно посмотрела на мужчин, — как вы будете исправлять свой косяк?

Порой из неё выскакивали слэнговые словечки, особенно в те моменты, когда императрица нервничала. А сейчас как раз был именно такой случай. Ведь если император в порыве гнева испортил с парнем отношения окончательно, то будет непросто их восстановить.

Но она не намерена сдаваться, ведь этот пришлый