Демон отчаяния для разведенки - Нина Матвеева

Половину этих разглагольствований Лера пропустила мимо ушей. Ей вообще вдруг отчаянно захотелось повернуть рычажок и убрать у Асмодея громкость. Жаль, такого регулятора у него не было.

— И другого способа не существует? — спросила она спустя несколько очень долгих секунд.

— Мне о нём не известно.

Лера до боли закусила губу. Внутри ещё теплилась надежда, что Асмодей просто её разыгрывал. Издевался, проверял, в конце концов, просто развлекался. Ей не стоит верить всему, что он говорит. Нужно посоветоваться с мамой. У неё наверняка есть какая-нибудь информация…

— Не знаю, станет ли вам от этого легче, — снова заговорил Асмодей, — но человека в ад можно отправить и недобровольно. Без его согласия. Может, у вас есть кандидаты, которых было бы не жалко забросить в наши края? Бывший муж, например? Или какая-нибудь скандальная родственница?

Он произнёс это с такой невинной интонацией, что Лера не сразу поняла — он шутит или всерьёз предлагает подобное. И теперь ещё больше засомневалась во всех его предыдущих словах.

— … нет. Нет никого…

Она не договорила, потому что в этот самый момент сзади что-то отчётливо стукнуло. Глухой удар был таким неожиданным, что Лера чуть не подпрыгнула на стуле. Они с Асмодеем обменялись настороженными взглядами и, не сговариваясь, затаили дыхание.

Сначала в комнате стояла идеальная тишина, а затем из шкафа отчётливо донёсся шорох. Первые подозрения посетили Леру практически сразу.

Она медленно поднялась на ноги и подошла к шкафу. В просвете приоткрытых дверей мелькнуло что-то очень знакомое и… розовое. И когда Лера аккуратно открыла одну из дверок, то лишь убедилась в своих подозрениях.

Внутри, прямо под батареей пустых плечиков, сидела Катя. Она подняла на Леру глаза и очаровательно улыбнулась.

— Извините, — пробормотала она смущённо. — Не хотела мешать вашему разговору. Просто ноги очень затекли.

Лера даже не нашлась что на это ответить. Позади раздался тяжёлый вздох.

— Всенижний, ты надо мной издеваешься…

Дальше прозвучали какие-то незнакомые слова — Асмодей явно перешёл на демонический.

Катя тем временем попыталась выбраться из шкафа, и Лера машинально протянула ей руку. В голове по-прежнему не было ни одной чёткой мысли. Разве что совсем элементарное.

Выходит, Катя сидела там с самого начала? И она всё подслушала?

— Я правда не хотела вас прерывать, — заговорила она после того, как отряхнула подол своего платья, — но раз уж я здесь случайно оказалась, можно к вам присоединиться?

А затем Катя перевела взгляд на сидящего за столом Асмодея и добавила:

— Давно не виделись, Асмодей Львович.

Сделка с совестью

— Валерия Дмитриевна, оставьте нас с Екатериной наедине.

Асмодей озвучил эту просьбу таким страшным голосом, что Лера вздрогнула. Весь его нарочито доброжелательный флёр слетел. Теперь в кресле во главе стола сидел кто-то действительно пугающий и демонический.

Лера бросила на Катю вопросительный взгляд, и та невозмутимо кивнула. Это поразило Леру до глубины души.

Настолько влюблена, что даже сейчас не замечает опасности? Но где-то же должна пролегать граница её бесшабашности?…

— Валерия Дмитриевна, — снова подал голос Асмодей, — не волнуйтесь. Сегодня никто здесь не пострадает, — и со вздохом добавил: — во всяком случае, физически.

Атмосфера всё ещё была угрожающей, но эти слова немного успокоили Леру.

— Кать, я жду тебя в архиве через м-м… полчаса. Если не дождусь, то приду сюда снова.

Катя кивнула, на этот раз с улыбкой, и Лера вышла в коридор.

Дверь за собой она закрыла с тяжёлым сердцем. В груди ощутимо ныло от беспокойства, но не конкретно за Катину безопасность, а… вообще. Лера сделала несколько шагов и остановилась.

Катя ведь за полчаса не наделает глупостей? Очевидно, она заинтересовалась возможностью отправиться в ад — это было понятно по таинственному блеску в глазах. Но Асмодей же не даст ей прыгнуть в омут с головой?

Лера оглянулась по сторонам и, убедившись, что коридор был пуст, очень тихо ступила обратно к двери. Затем приложила ухо к холодному дереву.

— … что бы вы там себе ни нафантазировали, Екатерина, не думайте, что сможете преследовать меня ещё и в аду!

Сердце будто начало распухать в груди. Они действительно обсуждали переход…

— Валерия Дмитриевна?

Лера отпрянула от двери так резко, что едва не споткнулась на ровном месте. У выхода на лестницу стояла Марианна Кирилловна, и она смотела на Леру со смесью удивления и недовольства.

— Вы тут кого-то ищете?

— Нет, никого!

— Уже закончили с документами в архиве?

— Почти! — выпалила Лера, чувствуя, как в животе холодеет. К документам она ещё даже не приступала. — То есть, я как раз в процессе.

— Ускорьте процесс, пожалуйста.

С этими словами главбух пошла по своим делам, и Лера тоже зашагала прочь, не оборачиваясь.

В голове по-прежнему звучал голос Асмодея: «Не думайте, что сможете преследовать меня ещё и в аду…».

Нет, она обязана поговорить с Катей. Очень серьёзно поговорить. Как бы сама Лера ни была заинтересована в Катиной жертве, нужно объяснить этой неугомонной девушке, во что она собирается вляпаться. Асмодей — не тот мужчина, ради которого можно бросить всю свою прежнюю жизнь. И ад — это совсем не романтическое приключение.

Но до конца дня Лера так и не смогла поймать момент. Марианна Кирилловна сама же выдернула её из архива и отправила делать акты сверок, а затем в бухгалтерию заглянул один из менеджеров по снабжению и затеял долгие разбирательства по поводу неправильно применённой скидки. В итоге Катю Лера увидела только один раз мельком, в коридоре: та выглядела здоровой и даже какой-то… довольной. Помахала Лере рукой и скрылась за поворотом.

* * *

Домой Лера вернулась позже обычного. Она буквально с ног валилась от голода и усталости и чуть не расплакалась от облегчения, когда уловила доносящийся с кухни аромат жареной картошки. Оттуда же приглушённо звучал голос мамы и Лизкин смех.

На душе стало чуть спокойнее. Мама очень кстати решила остаться в городе и взяла на себя часть домашних хлопот. Без её помощи пришлось бы несладко. Во всяком случае, после всего, что случилось с Лерой сегодня, она бы точно не смогла выстоять смену у плиты.

Вечер дома потёк своим чередом — сначала ужин, потом посуда, затем домашние задания дочери. Лера занималась привычными делами, но мысленно то и дело возвращалась к Берту. Его силуэт на фоне багрового