Двадцать два несчастья – 9 - Данияр Саматович Сугралинов

— Постойте, постойте, — перебила она меня голосом, не допускающим возражений. — Алиса говорила, что здесь у вас царит разруха и шанхай. Но меня это совершенно не интересует. Меня интересует лечение и ваша чудодейственная методика. Я желаю, чтобы вы меня починили и привели в порядок.

— Подождите. — Я все-таки попытался воззвать к разуму. — Мало того, что санаторий совершенно не подготовлен, сейчас здесь реально меняют трубы и все остальное. Жить негде. Холодно. Я не понимаю, на что вы рассчитываете, Элен. Приезжайте лучше в марте. Я думаю, к этому времени санаторий уже нормально заработает, и мы сможем оказать вам весь спектр тех услуг, на которые вы рассчитываете. И на приемлемом уровне.

— До марта я уже сдохну, мальчик, — произнесла она печально, чуть поджав хорошо прокрашенные губы. — Мне нужна помощь сейчас, и это не обсуждается. Я за ценой не постою.

— Дело не в цене, — опять начал я, но она не стала меня слушать.

— Прохор Евграфович, — веско сказала она и посмотрела на своего то ли водителя, то ли телохранителя — я так и не понял, кто это.

Тот кивнул, подошел ко мне и сказал:

— Я сейчас все принесу.

Он полез к багажнику, пробираясь через снег, и я даже не успел ничего сказать. Буквально через несколько секунд мы с Тайрой Терентьевной стали свидетелями поразительной картины, которая привела нас в изрядное замешательство.

Из багажника начали извлекаться чемоданы, чемоданищи и чемоданчики. Почему-то мне это напомнило стихотворение о том, как дама сдавала в багаж диван, чемодан, саквояж, картину, корзину, картонку и маленькую собачонку. Вот только собачонки не было, подумал я и тут же ошибся, потому что через пару минут водитель извлек из салона малиновую переноску, в которой действительно визгливо потявкивала какая-то собачонка. А может, и собачишка.

В результате прямо перед нами выстроился весь багаж дамочки — около полудюжины всевозможных чемоданов и сумок.

— Это что? — пробормотал я, переведя взгляд на Элен.

— Кое-какие вещички первой необходимости, не могу же я так… — легкомысленно отмахнулась она.

— Прошка, а ну-ка давайте сюда моего миленького Альфика.

Она протянула руки и получила переноску, откуда выудила собачонку и прижала к себе. Тщедушное создание ростом чуть больше хомяка сотрясала крупная дрожь то ли от холода, то ли от страха. Обстановка вокруг санатория ему явно не нравилась, потому что, невзирая на дрожь, Альфик вдруг пронзительно и зло затявкал. Хозяйка же повела носом, огляделась и радостно выдохнула:

— Какая красота! — ахнула она, рассматривая вековые ели. — Куда здесь идти? — повернулась она ко мне.

Не успел я ничего сказать, как Тайра Терентьевна махнула рукой вперед:

— Туда идите, за мной!

И первая устремилась в сторону отремонтированного коттеджа. За ней, переваливаясь в снегу, словно утка, поперла Элен, прижимая к себе дрожащего Альфика. Водитель флегматично сгреб часть чемоданов, мне тоже пришлось взять какой-то баул, но я не стал себя перегружать, чай не носильщик. Остальное барахло осталось возле машины — проехать дальше она не могла, дорожки все были завалены снегом.

Так, барахтаясь и крепко сжав зубы, мы через некоторое время очутились у флигеля.

— Здесь, — сказала Тайра Терентьевна и первой вошла в здание.

За ней, недовольно морщась и отряхиваясь от налипшего снега, вошли Элен и ребята — Прошка и Альфик. Принюхавшись, она чихнула, вслед за ней чихнула и собачка.

— Здесь воняет, — сказала она, укоризненно глядя на меня. — Краской!

— А я вам говорил, Элен, что у нас ведутся строительные и ремонтные работы, поэтому санаторий к приему пациентов вообще не готов.

— Я могу пережить любые испытания, — отрезала она. — Главное, чтобы вы меня вылечили. Показывайте, где я буду жить?

Тайра Терентьевна завела ее в самую первую комнату, справедливо рассудив, что эта лучше всех высохла, но внутри все еще было пусто.

— А мебель? — возмутилась Элен. — Я же не могу спать на полу.

Альфик в подтверждение противно тявкнул.

Тайра Терентьевна примирительно сказала:

— Сейчас, давайте мы с вами попьем чай у меня в дежурной каморке, а за это время я скажу мужикам — они вам всю мебель и привезут.

— Прошка едет с ними, — велела Элен и милостиво кивнула: — Ладно, ведите.

Мы пошли обратно тем же путем, увязая в снегу, к главному корпусу. При виде облупившихся ступенек Элен неодобрительно нахмурилась, но от комментариев воздержалась, помня ту небольшую перепалку со мной. Через пару минут мы вошли в здание и направились к комнате Тайры Терентьевны. Убогая обстановка и советская еще казенная мебель явно произвели на Элен неизгладимое впечатление. Однако она не растерялась и по-хозяйски уселась на кровать, положив рядом дрожащую собачонку, а затем просюсюкала:

— Альфик, Альфушечка. Все хорошо, мамочка тебя не бросит.

Альфик задрожал и укоризненно уставился на нас. Я не выдержал и сказал:

— Может, вам все-таки следует вернуться в Казань, а потом приехать чуть позже? Ну давайте, если вы не можете ждать, то не в марте. Давайте в конце января. А я постараюсь что-то уже к этому времени подготовить.

Элен вскинула на меня глаза.

— Ну вы же сами видите, в каких условиях мы здесь работаем. Строительные работы еще даже не начаты. И честно вам скажу, документация еще не готова. Это мы уже на свой страх и риск начали оборудовать кое-какие помещения, но на самом деле я даже не представляю, как кормить вас. У нас столовая не работает.

— За это вы не переживайте, — легкомысленно фыркнула Элен. — Мне главное, чтобы вы мной занялись.

— А давайте попьем чаю, — вмешалась Тайра Терентьевна, разливая чай из заварочника в разномастные чашки и кружку.

Некоторое время мы молча пили чай. Густая тишина обволакивала, и было слышно, только как тикают ходики в комнате Тайры Терентьевны да за окном потрескивают обледеневшие лапы елей под порывистым ветром. Начало задувать, поднялась небольшая метель, и я с сожалением понял, что в такую погоду Элен обратно не поедет.

Что же мне с ней делать? Я покосился на нее, и тут Система тренькнула и выдала:

Диагностика завершена.

Объект: Элен, 62 года.

Основные показатели: температура 36,0 °C, ЧСС 94, АД 108/66, ЧДД 18.

Обнаружены аномалии:

— Саркопения III степени, потеря мышечной массы 35% от возрастной нормы.

— Остеопороз постменопаузальный,