Идеальный мир для оценщика - Натан Раух

Я бросал палки еще минут пятнадцать, пока наконец мне не удалось попасть точно между цветами.

Земля снова вскипела, вспучилась холмом и разверзла бездонную пасть. Палка, трава и цветочки пропали в пасти неизвестного чудовища. Полянку ощутимо качнуло, затем земля, трава и цветы снова появились на поверхности. Те же семь розовых цветов, четыре желтых и один белый… только теперь на полянке еще пень появился. Вроде обычный.

Ага, такой же обычный, как слон в космосе.

[ОЦЕНКА | ур. 8 скрыто

Тип: животное

Класс: скрыто

Ранг: высокий

Состояние: активен, 307 лет

Опасность: максимальная

Радиус атаки — 20 метров

Радиус обнаружения жертвы: 3 метра

Открыто: 5/10

Примечание: существо имеет большой радиус атаки, но при этом весьма ограниченный радиус обнаружения жертвы — около трех метров. Существо обитает под землей, на глубине 6–8 метров, в зависимости от структуры почвы]

Я отметил, что оценка опять ранжировала опасность. И вот еще странность —зверюга эта атаковать может метров на двадцать, но при этом почуять жертву может всего в трех. Как будто создатель подшутил над тварью, дав ей огромную силу, но забрал возможность использовать ее в полной мере.

Черт, я бы тоже при таком раскладе был бы очень зол и нападал на все, до чего могу добраться.

Ладно, получается, если близко не соваться, то ничего мне не грозит, зато если что, на такую полянку можно заманить целый отряд врагов — в радиусе двадцати метров всем хана придет. Правда, самому убежать будет проблематично даже на молодых ногах.

Теперь я с легкостью мог определить радиус жизни существа. Мимикрия в этом мире, конечно, мое почтение. Что шебух, похожий на обычное бревно, что эта тварь — настолько хорошо маскируются под безопасные вещи, что от оригинала и не отличить.

На полянке изумрудная трава, с виду сочная…

Вношу заметки в дневник, подробно описывая полянку. Зарисовать бы цветы, да я не умею. Тем более, может быть, эта тварюга использует разные виды, тогда эти запоминать не особо полезно.

— Как же тебя назвать-то? — почесываю заросший жесткой щетиной подбородок. — Нельзя без имени — это уронит твой авторитет.

Поляна, как и положено, хранит молчание.

Дополнив запись в дневнике, я поднялся с места и глянул на небо.

— Скоро смеркаться начнет.

Быстро побросал вещи в рюкзак и направился в обратный путь.

В целом день не впустую прошел, любая новая информация — это победа.

Треск в кустах заставил меня вскинуть арбалет. Руки быстрым и уже привычным движением зарядили его, приклад уперся в плечо. Мельком я похвалил себя за сноровку.

Треск в кустах становился сильнее, там явно кто-то дрался.

Отступаю на шаг, кто бы там ни был — пусть себе дерутся, да хоть поубивают друг друга…

На тропинку выкатывается клубок из двух тел.

Арбалет я опустил — зверям явно не до меня.

Два хищных зайца сцепились не на жизнь, а на смерть… В воздух взлетали клочья вырванного меха, я слышал, как клацают зубы, как скребут о шкуру длинные изогнутые когти.

Зайцы расцепились и встали друг напротив друга, скаля пасти и прижимая уши.

— Ну чисто коты в марте, — невольно пробормотал я.

Зайцы двигались по кругу, не спуская друг с друга глаз, налитых кровью, я это даже со своей позиции различал.

Когти оставляли на земле глубокие борозды, с клыков капала слюна.

Арбалет я не опускал — а ну как надоест этим зверюшкам рвать друг друга и они кинутся на меня.

Опасения мои не оправдались. Не знаю, чего там не поделили ушастые, но ничего вокруг они не замечали.

Заяц потемнее подтянул лапы под себя и бросился на противника. Второй заяц замешкался, и ужасные челюсти сомкнулись на его горле. Заяц громко завизжал, понимая, что жить ему осталось несколько мгновений. И он не потратил их зря. Его задние лапы странно изогнулись и ударили точно в открытое брюхо врага. Когти вспороли шкуру темного зайца, на тропинку хлынула кровь, вывалились внутренности. Первый заяц не разжимал челюсти, выдавливая из врага жизнь…

Оба зверя замерли практически в одно мгновение.

Бросаться к добыче я не торопился. Дождался подтверждения от оценки — оба зайца мертвы.

— А вот и ужин, да и еще обед на завтра.

Я достал из-за пояса длинный нож.

Разделка туш не входила раньше в круг моих интересов, но сейчас волей-неволей приходится осваивать это ремесло.

Повозиться, конечно, пришлось, но голод — он не тетка, он дядька, причем очень злой.

Кое-как выпотрошив зайцев, я подвесил туши на большой крюк, не так давно найденный в башне, и закрепил на спине.

— К походу готов, — я несколько раз подпрыгнул, проверяя, хорошо ли закреплено снаряжение, не мешают ли тушки зайцев двигаться…

Направляюсь к башне не хоженной мною ранее тропой. Конечно, там, где я уже был и знал что к чему, безопаснее, однако стоило не только беречься, но и изучать лес, открывать что-то новое…

Хотя нового я пока не встретил: и деревья, и растения все уже довольно привычные. Я уже и оценкой-то не слишком часто пользуюсь. Как показывает практика, она далеко не панацея от всех неприятностей, вон даже имени чудовища под поляной не выявила…

Поэтому я кое-что наблюдаю, а кое-что и так соображаю. Например, вон то зеленое пятно — это никакая не трава, это зыбучие пески. Я уже видел, как на такую зеленую прогалину забежал крупный зверь, примерно с лося. Животное явно рассчитывало полакомиться изумрудной травкой, но не тут-то было. Зверь сразу же увяз по брюхо в зеленом месиве, стебли вытянулись, оплетая ему туловище и голову. Он жалобно ревел, правда недолго — стебли травы быстро опутали ему пасть, проросли сквозь глаза, уши и череп. Я тщательно осмотрел лужайку, запоминая, как выглядит эта трава, затем дотошно переписал приметы в путеводитель.

Залог выживания и, главное, процветания в этом мире — это симбиоз моих знаний и навыков с местной системой. Одно не должно заменять другое.

Тропинка петляла между деревьев, ныряла в неглубокие овраги и взбиралась на пологие холмы, поросшие деревьями с длинными иглами. Солнце клонилось к закату, и в лесу быстро темнело.

Моя тропинка нырнула в овраг, а затем пошла вверх по холму, куда более высокому и крутому, чем те, что я миновал