"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

будто искал нечто особое. После этого задумчиво хмыкнул и достал маленькие весы. Ядро легло на чашу весов, и мастер начал класть в другую чашу небольшие гирьки. Наконец задумчиво поскреб ногтями подбородок, и нехотя сказал:

— Действительно, ядро… неплохое.

Неплохое? Неплохое размерами гораздо меньше этого. А это — отличное!

— Я хочу получить золото по реальной стоимости этой вещи.

И тут продавец вместо того, чтобы кивнуть и сказать «разумеется», начал троить.

— Золото — это отличная вещь, но я могу предложить некоторые куда более замечательные предметы, которые помогут вам в приключениях.

— Не нужно.

— Если ваша команда сумела добыть столь крупное ядро, не лучше ли вам обменять его на артефакты, чтобы в следующий раз схватка прошла легче? Я просто смотрю на вас и не вижу ни одного артефакта, хотя, к примеру, зачарованная защитная броня…

— Спасибо, не нужно, — нервно отозвался я, а потом добавил, не иначе как от стресса после драки и легкой паранойи. — Я хочу поступить в Гильдию Големостроителей, потому мне нужны деньги.

— Гильдия Големостроителей? Да, я слышал, что у них сегодня последний день набора, а следующий пройдет не раньше, чем через два месяца. Так что тебе лучше поторопиться, — показательно вздохнул мужчина и приступил к торгам. — Как у брата куплю. Два золотых.

— Чего⁈

Глава 5

Здешняя Гильдия Големостроителей располагалась в трущобах. Когда я услышал адрес, даже не сразу поверил, и переспросил еще у пары человек, но все, как один, твердили, что мне действительно нужно на окраину.

— Так это… земля тама дешевая жить, — просветил меня прохожий дедушка, поняв мое сомнение. — Вот и выкупили сразу квартал, чтобы, значится, это самое… Големостроить вовсю.

Поход по трущобам меня не пугал.

В рюкзаке лежал кошелек чуть больше, чем с десятью золотыми монетами. Целое состояние по меркам этого мира я решил потратить на вступление в Гильдию. Чтобы заработать столько, мне пришлось выполнять такие нормы, каких бы самому Стаханову не приписали. Но, что еще хуже, мне пришлось продать городскому скупщику ядро монстра. Раньше меня это не озаботило бы, а вот после пояснений Глебоса, что именно можно делать с ядрами, меня почему-то стала душить жаба. Ведь каждое ядро можно потратить для усиления самого себя, что в перспективе стало бы в разы ценнее золота…

Кстати, интересно, а можно ли спроектировать такого голема, который будет использовать силу ядер? Ну, если человек может поглотить эту мощь, возможно, и голем может освоить?

Тут уже начинались трущобы. С каждой пройденной сотней метров дома по сторонам улицы становились все более ветхими, встречалось больше заколоченных дверей и окон. Люди вокруг попадались тощие, зыркали чаще исподлобья, или вовсе не смотрели в глаза.

— Эй, молодой!

Я прошел мимо, не обращая внимания на крик.

Не люблю такие крики. Особенно, если они доносятся из ближайшей подворотни. Особенно, если шагаешь по не самому благополучному району города, без своего верного голема, и уже пару раз встречал по пути задумчивых головорезов, что провожали тебя оценивающими задумчивыми взглядами, прикидывая, на сколько медных монет потянет твоя броня, рюкзак и моргенштерн.

— Э! Слышь, малой!

Н-да, игнорирование опасности в этот раз от опасности не убережет. Иной раз помогало — когда я не реагировал на крик, люди отставали, но в этот раз, похоже, попалась особо настырная личность.

Проводить разборки на центральной улочке было чревато. Увидит кто из местных, что я издеваюсь над «правильным человеком», настучит кому-нибудь, или сам оскорбится и решит меня «наказать».

Потому я перешел очередную лужу по скрипнувшей доске, и, не оборачиваясь, заспешил в ближайший проулок. Там быстро добежал почти до следующей улицы, присел за мешком, от которого разило тухлятиной, и вытащил духовую трубку. Использовал замедление времени… то есть, ускорение восприятия. Острия двух дротиков опустились в бутылочку с ядом. Я вставил в трубку дротик, перехватил оружие и отменил навык.

Преследователи приближались — шум шагов становился все громче. Вот послышался едва уловимый скрип — кто-то прошел по доске через лужу. А спустя пару секунд, в переулок забежали два человека: оба тощие, будто скелеты. В руках первого — кастеты, второй держал короткую дубинку.

— Ща смоется, — протараторил тот, что бежал сзади. Впрочем, обгонять своего подельника он не спешил.

— Не смоется! Не успеет. Припугнем, и…

Но я никуда и не спешил.

Навык послушно активировался, и время пошло о-очень неспешно. Я поднес трубку ко рту и выдохнул, целясь в шею первого. Попал куда нужно — не зря тренировался стрелять из трубки и использовать навык. Ладонь мужика дернулась к шее — наверное, посчитал, что его ужалила оса, и хотел ее прихлопнуть, но нащупал совершенно другое.

Второй дротик был уже в моих пальцах. Я вставил его в трубку, нацелил на второго и выдохнул.

И только тогда меня заметили.

Класть трубку на землю не хотелось — этот переулочек выглядел, как место, где часто мочатся, блюют и убивают людей, я даже находиться здесь брезговал. Потому потратил лишнюю секунду, чтобы опустить трубку в специальную петлю на поясе, где я и носил оружие. А потом шагнул к людям, не доставая ни ножа, ни била.

Это было опасно. Я не привык выходить против вооруженных людей с пустыми руками. Они наверняка превосходили меня по силе, два этих непонятных человека, я не знал их навыков и характеристик, но все же шел навстречу, безоружный. Весь мой опыт прошлой жизни кричал, что я совершаю глупость, и яд, который в эти самые секунды с кровью растекается по телу этих людей, не оправдание.

Только вот предыдущий опыт не учитывал сегодняшних навыков: подросшей ловкости и комплекса уклонения. Нет, я не собирался замедлять время. Я хотел в боевой обстановке задействовать другой навык.

— Ах ты, гнида, — пораженно выдохнул мужик, когда выдернул из шеи дротик. Как по мне, самое умное, что он мог сделать — развернуться и попробовать сбежать. Но вместо этого мужик взревел и попытался было ударить мне по лицу кастетом, но промахнулся.

— Меня отравили… — пролепетал второй.

— Это обычные гоблинские дротики, дурак! Выхлебай противоядие, и займи пацана, чтобы и я выпил!

Ну-ну, посмотрим, справится ли противоядие с тем миксом трав, что я добавил в оригинальный состав.

Тем временем яд уже начал действовать. Движения человека были чересчур медленны, неуклюжи. От первого удара я ушел играючи, вот только ушел, как привык, не задействовав навык уклонения. Что ж, буду переучиваться…

В следующую секунду я переборол себя, активировал навык. От второго удара я нырнул вниз, как и следовало по заветам Глебоса. Потом — пара шагов назад, дергаюсь влево, делаю шаг вправо, и мужик, ревя от бешенства, выбрасывает кулак туда, куда я так и не шагнул. Я перемещаюсь вокруг него, как ловкая тень, как существо из кошмаров, где ты не можешь ударами задеть обидчика. Мужик и схватить меня пытался, и пинать, и кастет бы снял и кинул, если бы дошел до этой мысли — все без толку.

Будем считать, что я справился. Хотелось бы проверить навык в бою с двумя людьми, но второй, пока я разбирался с первым, не нанес мне ни удара — выпил противоядие и стыдливо стоял в стороне. Более того, через полминуты сражения, когда стало понятно, что я играю с первым подонком, уворачиваясь от ударов, второй попытался убежать из переулка, направившись туда, откуда приходил. Пришлось достать из ножен кинжал и метнуть его в ногу беглецу. Тот крикнул, упал, а встать уже не смог — в отравленном организме не осталось сил.

Сразу после этого рухнул и мужик с кастетами.

Хорошо, что яд наконец подействовал, иначе бы пришлось решать проблему, ломая засранцам кости. Вот только даже несмотря на усиливающие травы, стало понятно, что яд выдыхается и теряет свои свойства, когда мужик с кастетами заговорил:

— Тебя… все равно поймают…

Я в этот момент обшаривал его карманы. Несколько серебряных монет и горсть меди настроили меня на благодушный лад. Даже если я сейчас отдам практически все золото, я не останусь без монет.

— Кто меня поймает? — хмыкнул я, довольно улыбаясь. — Вор у вора дубинку украл. Никто даже расследовать это дело не будет. Да и колец я у вас не вижу, значит, и в братстве ни в каком не состоите.

— Рожа… — выдохнул бедолага, закатывая глаза… — На каждом столбе…

— Да черта с два вы меня запомните, отсталые, —