Идущий тропой мертвых 8 - Зигмунд Крафт

Раскаты грома становились тише, а потом пропали. Видимо, менталист устал. Надо было проверить барьер, так что я потянулся и взлетел, словно супермен какой-то.

За облаками обстановка напоминала закат, всё в багровых тонах. Вместо космоса очередные алые облака, но перед ними купол с плетениями, который я и начал облетать. Все слабые точки были мне прекрасно видны, я их ощущал. Так что подправил там, тут… Такими темпами меня никогда не взломают. Неужели я создал шедевр? Совмещение воли и стандартной защиты. Идя по неизведанному, менталист запутывался в этом, словно муха в паутине, а порвать или продвинуться дальше не мог, так как всё держалось на моей воле, которую вливал в опорные точки. Правда, если менталист случайно попадёт в такое место, то незамедлительно разрушит. Мне не хватало «пространства» для того, чтобы разместить вокруг этого слабого места что-то защитное.

Это случайность и мне везёт? Менталист не видит эти опорные точки? Увы, я не знал, а защитить их хотелось. Но для этого надо заново перерабатывать всю конструкцию.

— Ой, — удивлённо воскликнул фей, который летал рядом со мной с помощью своих стрекозиных крылышек. — Мэйн пришёл. Пошли?

Он протянул мне руку и я взялся за неё, чтобы моментально вынырнуть в реальность. Словно верх и низ поменялись местами, а я попутно проскочил как пробка через толщу воды.

Чувствовал я себя паршиво, подташнивало. Так что приподнялся и нагнулся в сторону, давая волю рвотным позывам. Только когда из желудка что-то выскочило, я смог сфокусировать взгляд и понял, что нахожусь на столе с завязками, из которых меня освобождал Мэйн. На полу, на столе, на стенах — всё в каких-то плетениях. И темно, будто ночь. Хотя нет, здесь окон не было, а свет шёл из светлячка — заклинания, которое сделал Мэйн, скорее всего. Так же он снял подавитель, так как знал ключевую фразу. В углу валялся кол, а по моему животу текла теплая кровь. Видимо, он вытащил эту дрянь из моего ядра.

«Я всё ещё не могу выйти из тебя», — подал голос Рэй.

Говорить мне не хотелось от слова совсем, в теле слабость. Да Мэйн и не спрашивал ни о чём. Он подлечил меня, отчего ушла боль, а потом просто взял как принцессу и понёс по коридорам. Я специально прикрыл глаза, чтобы не мешать ему выйти на другой слой реальности вместе с ношей. Так что весь путь я ничего не видел.

— Помогите! Пожалуйста! Я знаю, что вы тут!

Я открыл глаза и сжал ладонь на его плече. Мэйн остановился и опустил мои ноги, а освободившейся рукой открыл окошко в камеру. Там сидел столетний дед эльф. Подобных экземпляров я никогда не видел. А ещё его глаза были закрыты грязной повязкой.

— Помогите мне, и я вас отблагодарю.

— Как он нас заметил? — прошептал я, удивляясь.

— Кто бы знал, — ответил парень так же шёпотом, хотя мы могли даже орать на ином слое, никто бы не услышал. — На нём ошейник антимагический, но он как-то смог ощутить нас. А ещё обрати внимание на его состояние — это одержимый. Наверное потому он нас и почувствовал. Своей мёртвой душой.

Я колебался.

— Не стоит, — Мэйн покачал головой. — Я не знаю, что это за демон, но вряд ли он… хороший. Твой брат может совершать не очень гуманные поступки, но подавляющее большинство узников его Цветных Домов именно преступники и прочие опасные элементы.

Он задвинул задвижку окошка и вновь подхватил меня на руки, а старик начал орать, причём жутко. Ни одному живому существу такой голос не мог принадлежать. Время от времени он переходил на демонический, так как я слышал характерный «шум».

Когда мы выбрались, магзверь стал двигаться куда бодрее, а я открыл глаза, наслаждаясь предрассветным пейзажем.

Через какое-то время мы остановились в небольшом охотничьем домике. Как сказал Мэйн, эти земли были зоной влияния Араканд. Тут магзверь помог мне привести себя в порядок. Налил бадью воды, а пока я откисал, приготовил сытный завтрак. Вещи свои потрёпанные я сложил и спрятал внутри артефакта, который когда-то дарил отец. Он находился внутри меня, а вот кольцо деда с меня сняли. Ларгос наверняка удивится, когда обнаружит там кучу свитков с запечатанными демонами. А ещё больше — огромной куче костей и внутренностей животных. В кольце они в стазисе.

Одежду я всегда носил магическую, так что свежие комплекты так же извлёк из хранилище в пустыне. Благо, там я хранил самое ценное, а не в кольце. Но что обидно, из ядра забрали почти шесть тысяч золотом. Моё золото! Самое неприятное открытие. Само основное ядро было повреждено, с трещинами, но только оно, и не сказать, что критично. Это вполне исправимо.

Я находился в Пурпурном Доме, самом элитном, если можно так высказаться. Когда-то в нём содержался Ширейлин. Это мне поведал Мэйн.

— Как думаешь, почему Ларгос меня не убил? — поинтересовался я за завтраком. Яичница с зеленью и полосками мяса, объедение.

Ответил магзверь не сразу, словно задумавшись. Он стоял у окна и смотрел вдаль. Домик имел две комнаты и общий зал с кухней. Довольно уютный.

— Если задуматься, он никогда не собирался тебя убивать, — медленно, с осторожностью сказал Мэйн. — Даже когда дал мне яд, тот сделал бы тебя инвалидом, но не убил.

Неприятная догадка внезапно поразила меня.

— Он хочет, чтобы я страдал, что ли⁈

— Возможно, — громила пожал плечами и посмотрел на меня. — А ещё ему нужны доказательства твоих злодеяний. Полагаю, поэтому он так хотел взломать твоё сознание.

— Сделать меня… марионеткой…

По спине пробежали мурашки. В принципе, это вполне походило на реальные мотивы братца. Если однажды у него получится…

Я передёрнул плечами и продолжил есть. Не получится. Я уже не тот, что прежде. И менталист неплохой.

— А где Айлинайн?

— Я здесь, — он материализовался на одном из стульев за столом. Со своей излюбленной миной полного пофигизма.

— Айлинайн позвал меня на помощь, — пояснил Мэйн. — Я как раз по своим каналам пробивал, чем занимался Ларгос, и почему так давно на тебя не было покушений.

— Вот как… А почему ты к Тайритрону не пошёл?

— Хозяин далеко, он