Второй Шанс Старого Рокера - Денис Стародубцев

class="p1">Настала моя очередь показывать номер. Наконец-то: можно сделать дело и идти по своим делам. Я взял гитару и вышел на сцену. Посмотрел на сидящих в зале людей: завуч, директорша, несколько учителей, некоторые ученики. Я закрыл глаза и начал играть.

Это была моя мелодия. Та самая, которую я сочинял всё это время у себя в голове. Она была достаточно лёгкой, чтобы найти отклик у каждого, но при этом в ней были нотки грусти. Пальцы бегали по струнам, и я чувствовал, как музыка заполняет всё пространство актового зала. Открыл глаза и посмотрел на лица окружающих меня. Они были погружены в это настроение так же, как и я, а значит, самая главная миссия, которую я заложил в эту мелодию, была выполнена.

Песня не была полностью написана, поэтому после ознакомительной части я закончил, а зал затих на мгновенье. Я увидел, что на глазах одной девочки начали наливаться слёзы, но она быстро протёрла лицо ладонью, будто выходя из транса. А потом раздались аплодисменты. Такое было впервые в стенах этого помещения с тех пор, как я оказался тут. Я заметил, что даже несколько учеников из коридора пришли на зов мелодии и аплодировали мне прямо из дверей. Я с улыбкой на лице поклонился, и вроде бы всё неплохо, пока не донёсся голос директрисы:

— Это что вообще такое? Что это за песня? — заверещала женщина. — Она не для школьного праздника! Ты что, хочешь напугать комиссию? Почему твоя песня такая грустная?

Вот тебе на… А она точно тут была всё это время и слушала вообще?

— Так дело не пойдёт! — решительно заявила она. — Либо ты меняешь репертуар и подбираешь что-то подходящее для школьного мероприятия, либо можешь не выступать вообще! Это моё последнее слово, Соколов!

Я смотрел на неё и понимал, что спорить бесполезно. Да и неинтересно мне это. Можно было, конечно, встать и послать её нахер вместе с праздником и так далее, только вот я понимал, что если не выступлю, она не поможет мне с экзаменами. Подписался, называется… Ну да ладно, хрен с ней!

— Да я в целом просто хотел свой уровень показать, — сказал я. — А на концерте будет другая композиция, которая подойдет идеально к тематике мероприятия.

Наконец она кивнула, удовлетворённая, и отошла обратно на своё место.

Ладно, на тот день я вопрос решил.

Остальные учителя смотрели на меня с одобрением. Им явно понравилась песня, только эта сучка выделывалась. Мне даже показалось это забавным, что какая-то школьная директриса пытается критиковать человека, который был признан несколько раз музыкантом года по всей стране.

Я снял гитару с лямки и собирался уже спуститься со сцены. Но тут появились кое-какие личности. Димон, более известный как Беляш, и его дружки, которые были наказаны за очередные дисциплинарные проступки тем, что являлись своеобразными техниками. Типа «принеси-подай, иди нахрен не мешай». Они как раз выставляли стулья в нужном порядке рядом со сценой. Один из них, толстый, случайно или нарочно толкнул меня, проходя мимо, и я потерял равновесие. Гитара выскользнула из моих рук и упала на пол.

Раздался сухой треск, и я увидел длинную трещину на корпусе.

Вот же сука… Пальцы сами сжались в кулаки.

Играть на ней было уже невозможно. Она и так едва дышала и находилась при смерти, а после подобного, даже если я смогу её как-то заклеить, звук будет отвратительный.

Я посмотрел на пухлого урода злым взглядом. Для меня ничего важнее музыки не было, и кое-кто посмел переступить эту грань.

— Эй, жирдяй! У тебя сейчас в голове такая же трещина будет…

Он улыбнулся и ответил:

— Это была случайность, братан. Ты же знаешь, я не хотел.

Ну естественно: что же он ещё мог сказать в этот момент? Особенно когда на нас смотрела добрая часть учительского состава во главе с завучем и директрисой.

— Подними… — тихо, но угрожающе сказал я.

Он удивился, делая вид, что не понимает, о чем я:

— Ч-чего? — спросил в ответ.

— Гитару. Подними, — повторил я, смотря ему прямо в глаза.

Он посмотрел на Беляша, но тот лишь ухмыльнулся и мотнул головой:

— Ещё чего, — ухмыльнулся он. — Ты уронил, ты и поднимай!

Я улыбнулся и спросил:

— Это твоё окончательное решение?

(Друзья! Не забывайте ставить лайки и подписываться на авторов! Это очень помогает нам в продвижении наших книжек на площадке. Заранее спасибо)

Глава 24

У жирдяя на лице была ехидная улыбочка. Его друзья одобрительно смотрели на эту сцену и вовсю ржали. Тот еще и пнул гитару, с вызовом посмотрев на меня.

Руки сами сжались в кулаки. Судя по всему, с наглыми школьниками «по-хорошему» не получается. Значит, придется объяснять по-другому концепцию уважения к искусству.

Я оглянулся по сторонам: в этот момент директриса и завуч были уже заняты своими делами, и наш конфликт видело только несколько школьников. За сценой находилось небольшое подсобное помещение, и именно туда сейчас отправился жирдяй. Завуч дала ему задачу достать оттуда коробки с каким-то реквизитом. Это был идеальный момент.

Все были заняты своим делом, когда я пошел за ним, и мы пропали из вида. Я толкнул парнишку в спину, тот впечатался в стену и круглыми глазами уставился на меня. Он хотел что-то сказать в этот момент, но я не дал ему, а просто достал из кармана ключи от квартиры. Я не собирался больше церемониться с этим утырком. Одной рукой я зажал ему горло, а второй рукой ткнул куском металла ему прямо в лицо.

— Теперь слушай сюда, кусок сала! Я не посмотрю на то, что тут вся школа практически собралась. Мы тут с тобой одни, и даже дружки тебе не помогут. Сейчас я этим ключом от квартиры тебе выколю глаз, и мне за это ничего не будет, прикинь? Съеду по состоянию здоровья, понимаешь? — я сделал небольшую паузу, чтобы эти слова впились ему в сознание, а потом продолжил: — Да, возможно, меня из школы отчислят, но мне это образование особо и не надо, до фонаря, как говорится. А вот ты без глаза останешься. Хотя, хех, сможешь потом бахвалиться, что во время одного вопроса, связанного с вилкой, сделал выбор в нужную сторону. Ну так что, как тебе вариант?

Парнишка побледнел, от шока он даже не пытался вырваться. Мне казалось, что он в штаны был готов наложить, если ещё не сделал этого.

Он громко сглотнул, а я продолжил:

— Короче, слушай сюда, — сказал я. — Сейчас я тебя