"Инженер Петра Великого". Компиляция. Книги 1-15 - Виктор Гросов

изучил все донесения о деяниях этого… феномена. Смирнова. Мои инженеры говорят, он создал новую модель власти. «Промышленную монархию». Тот, кто овладеет этим инструментом, будет править в грядущем веке. Вы же, милорд, собираетесь разбить этот уникальный механизм молотом. Неразумно.

— Ваше Величество, этот «механизм» сегодня угрожает самому существованию Англии, — холодно возразил Харли.

— Сегодня он угрожает вам, — так же холодно парировал Людовик. — А завтра, в умелых руках, он может послужить благу всей Европы. Или, по крайней мере, ее достойнейших представителей.

Король сделал паузу. Харли молчал, уже видя, куда ведет эта тропа — к заранее подготовленной ловушке.

— Франция готова присоединиться к вашему Альянсу, — произнес король наконец. — Мы поддержим вас и дипломатически, и армией. Но за нашу поддержку мы просим сущую малость. Разумеется, после успешного завершения операции Франция, как внесшая свой вклад в общее дело, хотела бы получить доступ к некоторым… трофеям. Не к золоту, Боже упаси, а к плодам просвещения. Мы бы хотели изучить эти варварские механизмы, чтобы обезопасить от них Европу в будущем.

Слова были оберткой для стального крюка. Цена. Харли ощутил ледяной укол.

— Ваше Величество предлагает нам проделать всю грязную работу, чтобы вы могли забрать главный приз? — не удержался от сарказма Харли.

— Я предлагаю вам помощь, без которой ваша затея обречена на поражение, — отрезал Людовик. — Подумайте. Без поддержки Франции ваш «крестовый поход» будет выглядеть как очередная английская интрига. С нами же он обретет вес общеевропейского деяния. Выбор за вами.

Капкан захлопнулся. Отказать? Значит, толкнуть Францию прямиком в объятия русских. Согласиться? Значит, своими же руками передать вечному сопернику оружие будущего. Его сложная интрига на глазах обращалась в триумф Версаля. Харли лихорадочно перебирал варианты, но все они вели в тупик. Выхода не было. А ведь они с де Торси об этом не договаривались. Тот уверял, что Франция во всем поддержит Англию в этом священном деле.

— Англия… будет рада такому мудрому союзнику, Ваше Величество, — с трудом выдавил он.

— Я не сомневался в вашем благоразумии, милорд, — удовлетворенно кивнул король. — Мой министр, маркиз де Торси, уладит с вами детали.

Из резиденции Роберт Харли выходил с холодной яростью в крови. Старик переиграл его. Едва сев в карету, он бросил своему помощнику:

— Свяжитесь с нашими людьми в Версале. Мне нужны все слухи о здоровье дофина. И найдите мне самых амбициозных и недовольных принцев крови.

Битву он проиграл, но уже готовил ответный удар.

А старый король, оставшись один, подозвал к себе маркиза де Торси, который все это время скрывался в соседней комнате.

— Англичанин проглотил наживку, — сказал он, глядя на огонь. — Он слишком самоуверен, чтобы увидеть второе дно. Думает, что мы будем ждать, пока он принесет нам добычу на блюде. Наивный торговец. — Он повернулся к министру. — Торси, я хочу, чтобы вы установили контакт с русскими. Тайно. Найдите в их свите того, кто мыслит выгодой, а не честью.

— Остерман, Ваше Величество, — без запинки ответил де Торси. — Генрих Остерман. Вестфалец на русской службе. Незаметный, амбициозный. И, что самое главное, не русский.

— Превосходно, — кивнул Людовик. — Выйдете на него. Предложите ему все. Золото, титулы. А затем — наше истинное предложение. Союз. Мы поможем им сокрушить амбиции англичан, а взамен они поделятся с нами своими технологиями. Как партнеры.

Маркиз де Торси поклонился.

— А что, если они откажутся, сир?

— Тогда, мой друг, — в глазах старого короля блеснул холодный огонь, — мы с еще большим усердием поможем англичанам вырвать у них эти секреты силой. В любом случае, Франция получит свое. Русские — интересный феномен. Но Европа слишком мала для двух солнц.

Он снова отвернулся к камину. Альянс, еще не родившись, был расколот изнутри. И пока Харли готовил ловушку для русского медведя, старый версальский лис уже расставлял силки на самого охотника.

За сутки до прибытия русских Роберт Харли лично инспектировал готовность своего механизма, не доверяя донесениям и предпочитая видеть все своими глазами. У городской ратуши, в сыром подвале, английский лекарь как раз заканчивал свою работу, кисточкой рисуя лиловые кровоподтеки на лице бывшего гессенского гренадера.

— Терпи, солдат, за пять шиллингов и не такое терпят.

Рядом репетировал двойник капитана фон Штраубе: перед осколком зеркала «австриец» срывал с лица повязку, обнажая искусно нарисованный шрам, и с заученной дрожью в голосе произносил: «…и тогда огненный ветер поглотил моих людей…».

— Больше страдания, «капитан», — тихо посоветовал Харли, выходя из тени. — Европа любит мучеников.

Не дожидаясь ответа, он проследовал дальше, в университет. Там, в библиотеке, среди фолиантов, его уже ждали юристы. Они наслаждались собственным остроумием, зачитывая друг другу особо удачные формулировки.

— … таким образом, титул «император», не будучи утвержден ни Святым Престолом, ни Сеймом Священной Римской Империи, является актом самоуправства, что ставит московитского царя в один ряд с африканскими вождями…

— Превосходно, господа, — прервал их Харли. — Главное, чтобы его величество Петр оценил изящество вашей мысли. И отреагировал соответственно.

Следующая остановка — неприметная таверна на окраине. В прокуренном зале, окруженный сочувствующими студентами, Дени Папен чертил на салфетке схему своего парового котла. Папен, увидев Харли, и бровью не повел, только чуть громче пожаловался на косность монархов, не желающих вкладываться в великие изобретения. Англичанин бросил на стол кошель с монетами.

— Ваши расходы, мсье Папен. Надеюсь, представление будет убедительным.

— Не сомневайтесь, милорд. Любой инженер — тщеславный павлин. Они не устоят перед соблазном распушить хвост и показать, как они бы сделали лучше, — спрятав кошель, Папен холодно блеснул глазами.

Пока интеллектуалы и актеры репетировали свои выходы, люди дела заканчивали приготовления. Из окна кареты перед Харли разворачивалась иная картина: по дороге к Гааге тянулись колонны солдат. Мальборо и Евгения Савойского он застал на холме, склонившимися над картой.

— Здесь, у канала, мы их зажмем! — рычал Мальборо, тыча пальцем в узкий перешеек. — Они не смогут развернуться.

— Нет, — возразил Савойский. — Здесь у них будет возможность маневра для их кавалерии. Лучше ударить на выходе из этого леса, где их колонна неизбежно растянется. Отрежем голову от хвоста.

Слушая их спор, Харли внутренне усмехался. Солдаты. Всегда мыслят сталью, хотя он-то знал, что до этого, скорее всего, не дойдет.

И над всей этой сложной, многоуровневой интригой, как паук в центре паутины, нависала