Фантастика 2026-80 - Мария Фир

— А раньше не мог сказать?

Глава 18

Мы вернулись к кратеру. Молчун сидел на краю бассейна, свесив ноги в бурлящую лаву. Из его беззубой пасти вылез хоботок. Длинный, гибкий, розоватый отросток, покрытый мелкими чешуйками, извивался над скатертью и проглатывал кусочки мяса. Движения напоминали танец голодного питона среди тарелок.

Удлиняющиеся руки-сегменты, такой же ротовой аппарат, шкаф вместо грудной клетки. Какие же твари обитают ближе к центру острова, даже представлять не хотелось. Лучше не думать об этом.

Горток поднял жабью морду. Глаза сузились до тонких щелей, в которых полыхнул алый блеск.

— Что ж… Мы тут подумали. Предлагаем десять кристаллов хаоса за ваши безделушки, — он провел когтем по краю бутылки, высекая искру. — Это весьма щедрое предложение! Конечно же, с учётом мошны с осколками, которую вы так ловко припрятали в воздухе.

Я обратил внимание на то, как плечи Драксуса поникли, крылья обвисли за спиной. Голова опустилась так низко, что подбородок почти уперся в грудь. Может, от осознания того, сколько сделок понадобится для подъёма на следующую ступень. А может, от наглости предложения.

— Пятьдесят! — покачал я головой.

Кубохтон дёрнулся вперёд, едва не потеряв равновесие. Шляпа с пером съехала набок, закрывая один глаз. Он сдернул её когтями и швырнул на камни.

— Чего-о⁈ Ты сажи надышался, смертный? Окончательно охренел? Да у нас на троих восемьдесят пять кристаллов! — Кубохтон размахивал лапами, пальцы растопыривались и сжимались в кулаки. — Мы собираем их четыре зода на моё возвышение! Четыре чёртовых зода! Договоримся на двенадцати, иначе быть беде!

Он размял шею. Позвонки хрустнули так громко, что звук прокатился по склонам эхом.

Я уперся кулаками в бока, расправил плечи и сделал шаг вперёд.

— Угрожаешь?

— Констатирую факт! — он оскалился, демонстрируя зубы.

Я скопировал его оскал, обнажив собственные зубы.

— А не объявить ли на острове Вечной Ночи конкурс по самому изощрённому низвержению одного квадратноголового демона с дурными манерами? Победитель получит билет во внешний мир.

Кубохтон замер. Веки задрожали, глаза расширились так, что вокруг зрачков показалась белая кайма. Несколько секунд он просто таращился на меня, не веря собственным ушам.

Мой большой палец уже лёг на средний в подготовке к спасительному щелчку.

Демон стиснул челюсти. Лицо скривилось, морщины прорезали кожу глубокими бороздами от глаз до подбородка. Он выглядел так, будто залпом выпил кружку лимонного сока с уксусом.

А потом заржал.

Зычно и оглушительно. Даже лава в бассейне заходила рябью. Кубохтон бил ладонью по животу снова и снова, сотрясая всё туловище. Из уголков глаз выступила влага и скатилась по щекам, шипя на горячей коже.

— Ха-ха-ха! Вы, человечки, вообще демонического юмора не понимаете! — прохрипел он сквозь приступ смеха, хватая ртом воздух. — Сразу обижаетесь! Сразу угрожаете! Прямо как дети малые! Ладно, уговорил. Двадцать кристаллов. Это наше последнее предложение!

Горток одобрительно кивнул.

— Великий Макс знает толк в торговле. Чувствует, где надавить, где отступить, — он сложил руки на груди, показывая удовлетворение. — С такими личностями можно вести долгие дела.

— Тридцать.

Молчун повернул голову в мою сторону плавным движением. Хоботок замер над куском мяса, присоска разжалась, и лоскут плоти упал на скатерть с влажным шлепком. В голове послышался голос:

— Смелый. Очень смелый для хрупкого смертного, который может сгореть здесь в любой момент.

— Двадцать пя-ять! — проквакал Горток, делая нажим на последнем слове.

— Двадцать шесть. По рукам?

Демоны переглянулись искоса. Уголки губ дрогнули одновременно и приподнялись в самодовольной ухмылке.

— Договорились, — выпалил Кубохтон. — Предлагаю зафиксировать курс на все будущие сделки. Двадцать шесть кристаллов за пять тысяч осколков бездны. Ну и всякие вкусняшки со стильными аксессуарами прилагаются, само собой.

Горток вскочил на ноги. Подпрыгнул от радости так, что оторвался от земли на пару метров и с грохотом рухнул.

— И вина побольше! Намного побольше! — голос сорвался на визг восторга. — Целыми бочками! Я зодов двести как следует не напивался!

Я пожал плечами, наблюдая за их ликованием.

Кубохтон развернулся и потопал к Молчуну широкими шагами.

Хоботок демона-осквернителя уже нашёл новую цель. Он прилип к ягодному пирогу. Присоска впились в тесто, густая начинка потекла наружу. Сквозь стенки этакого шланга вверх ползли валики пищи. Они медленно, один за другим, исчезали в беззубой пасти.

Молчун замер в блаженстве. Из горла вырвалось урчание — низкое, вибрирующее, похожее на довольное мурлыканье исполинского кота.

Кубохтон воспользовался моментом. Подошёл вплотную к шкафу в груди Молчуна, схватился за металлическую ручку и потянул на себя. Петли заскрипели, дверца распахнулась. Квадратноголовый запустил лапу в анатомическую кладовую и вытащил чёрный ларец.

Он шагнул ко мне и встал напротив. Ларец оказался лёгким, судя по тому, как небрежно демон держал его одной рукой. Крышка приподнялась с тихим щелчком.

Кристаллы хаоса. Размером с грецкий орех каждый. Их грани переливались оттенками от чёрного к насыщенному фиолетовому, а затем к багровому. Внутри каждого камня бушевали вихри энергии.

От них исходило давление. Не физическое, нет. Что-то другое, непонятное. Воздух вокруг ларца казался плотнее, тяжелее. В висках начало пульсировать. Будто кто-то невидимый положил ладони на макушку и медленно сжимал череп.

Драксус пялился на кристаллы, не мигая. Ноздри раздувались в такт дыханию. Пальцы дёргались, когти скребли по ладоням. Он сдерживался из последних сил, чтобы не схватить добычу прямо сейчас, не вырвать ларец из рук вышестоящего в иерархии демона.

Квадратноголовый начал молча и сосредоточенно отсчитывать кристаллы. Брал каждый двумя пальцами, рассматривал на тусклом свету Вортаны, подносил к морде, принюхивался и только потом клал в мой кожаный мешочек. Движения были медленными, почти торжественными, как у существа, отрывающего что-то от своего сердца.

Раз. Два. Пять. Десять.

Жар от лавового бассейна припекал не по-детски. Я уже весь взмок от пота, но пальцы продолжали сжимать горловину мешочка крепче с каждым добавленным кристаллом.

Пятнадцать. Двадцать. Двадцать три.

Вдруг в голове послышался голос Молчуна. Но в нем звучало что-то неправильное, как в детской песенке, спетой фальшиво.

— Давай поиграем в молчанку! Если проиграешь и проболтаешься… Придут злые демоны. Они такие большие и скучные, все им не нравится! Устроят такую возню, что всем будет очень-очень больно.

Я поднял взгляд. Молчун смотрел прямо на меня. Хоботок замер над пирогом, начинка капала на камни. В его глазах плескалось что-то чуждое и безумное. Зрачки расширились, заполнив почти всю радужку.

Двадцать шесть.

Кубохтон захлопнул ларец и сунул его под мышку, а я затянул шнурок на мешочке, проверил узел дважды и убрал добычу в рюкзак.

— Что ж, мне пора отчаливать, — я положил на землю мошну с осколками бездны