"Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 - Ярослав Яловецкий

том, что ещё не все его обитатели отправились на боковую. Три окна на первом и два на третьем этаже светились мягким желтым светом, ясно показывая, что кому-то из гостей герцога, а может, и ему самому, сегодня не спится. Покончив с предварительным осмотром, архимаг приступил к изучению чар, окутывающих ажурный чугунный забор – первую преграду на его пути. Ничего экстраординарного в обвивавшем металлические прутья плетении он не увидел, а потому просто сотворил заклятие левитации и, перелетев забор, приземлился на идеально подстриженный газон. К чему возиться с защитными чарами, если их можно обойти, затратив примерно такое же количество энергии, какое потребовалось бы для нейтрализации ловушек и сигнализации?

Говард уже сделал первый шаг к дому, когда до его слуха донёсся стук подкованных сапог о мостовую. Вот и стража, легка на помине. Оглянувшись через плечо, архимаг проследил взглядом за шагавшими по тротуару патрульными и, выкинув их из головы, решительно направился к флигелю, который, по словам Эжена, был отведён под кухню. Отыскать дверь труда для него не составило. Вот она, широкая, крепкая на вид, оплетённая на удивление сложными чарами. Похоже, герцог Фьерри всерьёз относился к угрозе чужого вторжения и не поскупился нанять полноценного магистра для защиты своей резиденции. Что ж, с учётом того, что уже знал Говард, герцогу и впрямь было, что скрывать. Прищурившись, архимаг вгляделся в причудливые завихрения чужой ворожбы. Да, здесь действительно работал мастер своего дела. Осталось решить, с какой стороны подступиться к его творению. При вскрытии подобной защиты у чародея-взломщика всегда есть два варианта. Можно просто развеять заклятие, главное сделать это аккуратно, а можно внести коррективы в его структуру, чтобы оно начало воспринимать вторженца как своего. И никогда заранее не скажешь, какой из способов сложнее. Тут всё зависит от конкретного плетения, с которым приходится иметь дело.

Спустя минут пятнадцать, Говард пришёл к выводу, что проще будет незаметно уничтожить вставшее на его пути заклинание, и приступил к работе. Действовал он без особой спешки, оперируя энергетическими щупами, словно настоящий взломщик отмычками, и время от времени останавливаясь, чтобы окинуть всю конструкцию внимательным взглядом. Первым делом, архимаг отрезал сигнализацию, призванную поднять шум в случае любой попытки проникновения внутрь, затем приступил непосредственно к боевой части плетения, долженствующей разорвать непрошенного гостя на мелкие кусочки. За этим увлекательным занятием он потерял счёт времени, а его к моменту завершения работы, надо думать, прошло немало. Стоило поторопиться. С этой мыслью волшебник взялся за ручку и надавил, намереваясь открыть дверь, однако та не поддалась. Кто-то из слуг, не полагаясь на одну только магию, запер её на ключ. Тихонько хмыкнув, Говард склонился поближе к щели между дверью и косяком и, филигранно рассчитанным плетением превратил язычок замка в горстку пыли. Теперь можно и входить.

Внутри архимага ждало нечто вроде просторного предбанника с лестницей, ведущей куда-то вниз, возможно, в погреб или ледник, и ещё одной дверью. Эта оказалась незапертой и, открыв её, Говард, как и планировалось, попал на кухню.Кастрюли, ножи и печи нисколько не заинтересовали ночного гостя, и он, не задерживаясь, миновал её, чтобы, открыв уже третью по счёту дверь, оказаться в широком застеленном ковром коридоре, с картинами в позолоченных рамах, висящими на стенах примерно на равном удалении друг от друга. Здесь, как и в уже пройденных архимагом помещениях, было темным-темно, что, правду сказать, не представляло для владевшего ночным зрением одарённого никакой проблемы. С одной стороны коридор оканчивался тупиком, с другой же переходил в холл, расположенный на пересечении крыльев Т-образного здания.

Прежде, чем двинуться дальше, Говард развеял окружавший его полог невидимости, чтобы Оюр или кто-нибудь из других одарённых, которые могли быть в доме, не почуял его магию раньше времени. Двигаясь совершенно бесшумно, в чём, несомненно, была и заслуга покрывавшего пол ковра, он прошёл в холл, скользнул вдоль стены и заглянул за угол, в коридор того крыла особняка, в котором ещё светилось несколько окон. Ожидания Говарла полностью оправдались. Шагах в десяти от себя он увидел невысокого мужчину в ливрее слуги, неподвижно застывшего у одной из дверей. Фигуру его освещала одинокая свеча, в подсвечнике, стоящем рядом на одноногом столике, а сам он не отрывал безучастного взгляда от стены напротив и потому не заметил архимага. Очевидно, стоял он там не просто так, а для того, чтобы прислуживать засидевшимся допоздна господам. По прикидкам Говарда, комната, у которой немым стражем застыл слуга, была как раз той самой, в которой горел свет, когда он только-только примерялся к герцогскому особняку. Что ж, лучшего источника информации и пожелать нельзя. Беда лишь в том, что оглушить его прямо сейчас при помощи магии слишком рискованно. Если за дверью сидит хотя бы один бодрствующий одарённый, он непременно почует отпущенное на волю плетение. Пока архимаг решал, как поступить, его потенциальная жертва неожиданно встрепенулась, вероятно, услышав оклик из-за двери, которого слух Говарда не уловил. По-прежнему не замечая наблюдавшего за ним волшебника, слуга открыл дверь и заглянул в комнату

– Ещё вина! – послышался чей-то голос – Висконтского красного, прошлогоднего урожая.

Сообразив, что за этим последует, архимаг резко убрал голову, скрываясь за углом, и стал поджидать слугу, который, судя по приближающемуся свету, взял подсвечник и поспешил в направлении холла. Как только ничего не подозревавший мужчина поравнялся с Говардом, тот быстро коснулся его плеча, пуская в ход практически незаметные сонные чары. Выпавший из ослабевшей руки подсвечник полетел на ковёр, но архимаг, при необходимости способный двигаться стремительнее пантеры, ловко подхватил его, а другой рукой придержал оседающее на пол тело. Задув свечу, он оттащил свою безвольную жертву под лестницу, оставил там же подсвечник и направился к двери, из-за которой в коридор пробивалась полоска жёлтого света. Теперь ему предстояло угомонить любителя висконтского красного, и всех его собутыльников заодно. Потом можно будет вернуться к слуге, допросить его и идти за Оюром. На самом деле, в планах Говарда было одно крайне уязвимое место. Что, если ублюдка в особняке не окажется? Вдруг он в отъезде или и вовсе здесь не живёт, а письма из Сегалы получает кто-то другой? Что ж, в таком случае, этого «другого» нужно будет найти и как следует расспросить.

Отбросив эти так некстати вылезшие мысли, архимаг сделал последний шаг и одним глазом заглянул в щёлку, вольно или невольно оставленную слугой. Взгляду его открылась лишь малая часть помещения, должно быть, довольно просторного, и стоящий шагах в пяти от двери диван, на котором сидели двое