Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

— Зарабатываешь больше меня. Формально.

— А если неформально?

Пожимаю плечами:

— Ты ж знаешь. Понадобился мне как-то самолёт…

— И ты купил авиакомпанию, хи-хи-хи…

— Ага. И теперь она нам ещё и прибыль приносит. Хотя как там разберёшься? Агентство часто самолёт заказывает и оплачивает, разумеется. Но бизнес по поставкам авиационных запчастей идёт бойко.

— Много приносит?

— Да так, — неопределённо пожимаю плечами. — За прошлый год полтора миллиарда прибыли. Копейки, короче.

Официант, ловко лавируя между столами, приносит наш заказ.

— За ваши космические успехи! — Кира салютует фужером с золотистым напитком.

Отпить не успевает, удивлённо косится на плюхнувшегося рядом брутального бугая. Плечистого, с мощными татуированными руками. Кое-какие признаки — инстинктивно оцениваю потенциальные возможности каждой особи мужского пола в пределах видимости — подсказывают, что здоровяк — профессиональный боец. ММА, муай-тай, как-то так. А то и вообще — без правил, на что указывают деформированные уши.

— Какая девушка и одна! — здоровяк одаривает Киру восхищённым взглядом.

— Я действительно стал прозрачным и невидимым? — своё недоумение адресую девушке.

Зеркалю игнор хама.

— Вы позволите угостить вас шампанским? Пригласить за наш столик?

Парень навеселе, но вполне боеспособен. Во всех смыслах. И продолжает «не видеть» меня.

За столиком метрах в пяти от нас два товарища непрошеного гостя весело наблюдают за нами. Калибром мельче, но из той же стаи.

— Не позволит, — позволяю себе вмешаться, вернее, Кира мне позволяет своим молчанием. — Девушка со мной, и я не разрешаю.

— Исчезни, — всё-таки замечает меня быдловатый здоровяк, но даже головы в мою сторону не поворачивает.

— Ты должен выдернуть волосинку из бороды и сказать «трах-тибидох-тибидох», — советую благожелательно. — Ну, или другое заклинание произнести. Понимаю, что бороды нет, да ещё и лысый. Ну… из подмышки выдери. Из носа вон тоже волосок торчит…

Ему пришлось обратить на меня внимание. Проигнорировать хихиканье Киры он не мог. Вряд ли уловил контекст моей непритязательной шутки, но то, что его только что высмеяли, прекрасно понимает. Про волосинку из носа я соврал, но Кира невольно закрепила мою ложь поощряющим смешком. Я надеюсь, меня поощряет, но, вполне возможно, выбрала удобное место зрителя захватывающего конфликта.

Ситуация меня ни капли не смущает. Даже рад развлечению. Немного и незаметно уже сместился так, чтобы легко уклониться от резкого и неожиданного удара. Для этого много не требуется, достаточно откинуться корпусом на спинку сиденья.

Такие здоровяки часто бывают трусами. Вроде не должно для бойца-профи, но ведёт себя именно, как трус. Он намного тяжелее, опытного рукопашника во мне тоже не распознал. Вижу по презрительному отношению. Не считает меня достойным противником даже близко. Да, чувствую, ещё и первый удар нокаутирующей силы готов нанести. То есть мошеннически старается выбрать из колоды все козыри. Кто так делает, кроме трусов? Даже мизерного шанса мне оставлять не хочет.

Я для него юнец, который осмелился ухватить куш не по чину. А он забирает своё по праву сильного. Ну-ну… незаметный сигнал я уже подал.

— Я тебе вроде что-то сказал, — голос густой и угрожающий.

Потрясающе банальный парень. И всё-таки обернул ко мне свои буркала. Маленькая, но победа.

Кира — молодец, нисколько не озабочена назревающим конфликтом. Так верит в меня? Или ей на меня начхать? Мне в свою очередь наплевать на её мотивы, лишь бы вела себя правильно.

— Сказал, да, — покладисто соглашаюсь. — Только на заклинание непохоже. Ляпни хотя бы «авада кедавра». И волшебной палочкой махни. Есть у тебя палочка? Волшебная?

Кира восторженно фыркает, бугай начинает багроветь, накачивая себя кипящим тестостероном.

А чувство дистанции у него есть. Понимает, что сидя меня не достанет и угрожающе медленно начинает вставать. Движение ему закончить не удаётся. За спиной возникает крепкий, но неприметной внешности молодой человек и ловким движением что-то прикладывает к его шее. Раздаётся треск, слышу запах озона. Бугай начинает поворачиваться, но продолжить движение не может. Громоздкой кучей валится на пол. С краю сидел, поэтому такой манёвр ему удаётся.

Дёрнувшиеся друзья поверженного быдла останавливаются перед вторым парнем, очень похожим на первого. Ему для остановки группы поддержки достаточно распахнуть пиджак. С оружием в ресторан нельзя, но кое-кому можно.

Равнодушно наблюдаем, как двое почти одинаковых с лица из моего ларца легко и непринуждённо уволакивают бугая куда-то за кулисы. Немного суетится персонал. А я наконец-то уделяю внимание карасикам. Они очень хороши.

— Сам не пожелал руки пачкать? — вопрошает Кира, прикладываясь к фужеру.

— Зачем у ребят хлеб отнимать? Я бы и рад… — с неким разочарованием пожимаю плечами.

— Справился бы с ним?

— В спортивном стиле, по правилам — не знаю. А так — легко и просто. Даже убивать не пришлось бы.

Вкусная еда требует паузы, после которой светским тоном возобновляю беседу:

— Как у тебя с Марком? Серьёзно?

Кира задумывается. Что уже вселяет надежду на хэппи континуэ.

— Не знаю. Доходы у него маловаты. И статус…

— Чего-о-о⁈ — выпучиваю глаза в полнейшем изумлении. — Заместитель генерального директора всемирно известного космического агентства для тебя не статус? Хрен-нас-се!!!

Девушка смущается. Редкое, кстати, зрелище. Кира застеснялась — на самый короткий анекдот похоже. Конкурирует с «колобок повесился».

— Ну-у-у, я просто не знала, что у него такая громкая должность. Он не говорил, а я думала, просто твой сотрудник. Только я знаю, как ты прижимаешь своих с зарплатами. Сколько у него? Тысяч сто?

— Сто пятьдесят. Но ситуация скоро изменится. Я поставил его службу в особые условия. Так что в этом году он сделает себе доход в полмиллиона. Как минимум. Это сверху, помимо оклада.

Опять-таки Кира при таком известии впадает в глубокую задумчивость. Что внушает надежду на некие матримониальные перспективы.

— Только вот с твоей стороны это пошлый меркантилизм. А как же выбор сердцем?

— Почему же пошлый? Мужчина должен зарабатывать больше своей женщины, иначе какой он мужчина?

Соглашаюсь с её резонами.

— А чего ты так моими личными делами озаботился? — и глядит лукаво: — Ревнуешь?

— Если только из древнего инстинкта, повелевающего самцу подгребать под себя всех самок в пределах видимости. Нет. У меня расчёт чисто практический. Ты же хочешь слетать на «Обь» и сделать оттуда репортаж?

Кира замирает, что меня радует. Она всё-таки профи. Такое предложение не может не оценить по самому высокому