Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

увидел, как пираты бросают абордажные крюки и перебираются на борт «Жемчужины». Экипаж пытался сопротивляться, но безуспешно. Турецкие моряки явно не были готовы к настоящему бою.

Мустафа попытался подняться и потянулся рукой к своему мечу. Храбрый, ничего не скажешь. С такими ранами большинство предпочло бы остаться лежать.

Я взвесил варианты. Могу спрятаться в каюте, переждать. Пираты, скорее всего, заберут ценности и уйдут, но есть ощущение, что дело не только в грабеже. Если Зейнаб замешана, её люди будут искать меня. Нужно брать инициативу в свои руки.

— Ладно, мужики, оставайтесь тут, я пойду гляну одним глазком, — сказал и шагнул к двери.

— Дипломат! — окликнул меня Зафир. — Не нужно. Они заберут товары и деньги. Не попадайся им на глаза.

— Какой же ты наивный чукотский мальчик, — улыбнулся в ответ. — Не уйдут они просто так. А тут мало места для манёвра.

Обернулся к бею:

— Вы как, в порядке? Сможете тут подождать?

Мустафа слабо кивнул, его лицо всё ещё было бледным, но в глазах уже появлялась осмысленность.

— Иди, — прохрипел он. — Только… осторожно.

Интересно. Бей явно что-то знает, но не договаривает. Потом разберёмся с этим, сейчас есть дела поважнее.

Я вышел в коридор. Каюты все закрыты, вокруг царила тишина. Странно. Снаружи настоящий ад, а здесь словно ничего не происходит. Пассажиры попрятались, надеясь, что буря пройдёт мимо?

Мои паучки, которых я заранее распределил по кораблю, передавали картину происходящего наверху. Пираты действовали организованно и эффективно. Не похоже на обычных морских разбойников, которые просто хотят поживиться. Слишком дисциплинированно, слишком целенаправленно.

Перебросил всех паучков на палубу. И вдруг меня кто-то тронул за плечо. Резко развернулся, готовый атаковать. Рука уже сжалась в кулак, магия льда побежала по пальцам, кристаллизуясь на кончиках.

За спиной стоял старик-торговец и улыбался. Тот самый, с рынка, который продавал мои зелья. Его глазки бегали, а руки нервно дёргались, но он всё равно выдавливал из себя улыбку.

— Русский? — произнёс с акцентом.

А потом начался театр без слов. Старик сначала показал на меня, потом напряг мышцы на руке, изображая силу. Понятно, я сильный. Дальше указал на себя и на старческие пятна на руках. Он слабый.

В следующей сценке торговец изобразил ящики и то, как их выносят. Я почти развеселился. Даже сейчас, когда вокруг творится хаос, этот предприимчивый старикан думает о своей выгоде. И вот он предлагает сделку: если я спасу его товар, то получу процент. Какой старательный торговец… Даже не зная языка, как умело объясняет свои мысли. А глазки-то какие хитрые.

Надо отдать должное его бизнес-подходу. Когда все паникуют и прячутся, этот дед думает о том, как обернуть ситуацию себе на пользу. Увидел силу — тут же придумал, как её использовать. Я бы даже зауважал торговца, если бы не его жадность.

Комично наблюдать, как старик сложил руки, имитируя молитву, а потом показал на десять пальцев. Видимо, предлагает десять процентов от стоимости. И с таким видом, будто делает царский подарок. Забавно.

— Да, братец, — хмыкнул я. — Наглость — второе счастье.

— Русский? — склонил он голову, не понимая моих слов.

С помощью жестов предложил ему новые условия. Поднял руки, растопырив пальцы и показывая девять. Потом указал на себя. Мне девяносто процентов, ему десять. Справедливо, учитывая, что рисковать буду я.

Старик буквально заплакал. Слёзы потекли по морщинистым щекам, а руки затряслись ещё сильнее. Вот уж истинный торговец.

Жестами он сообщил мне о пяти сыновьях, трёх дочерях и тринадцати внуках. Ещё и на жалость давит, собака. Чего стоят только эти театральные всхлипывания и заламывание рук. Даже сейчас не упустит шанса поторговаться.

Впрочем, насколько я помню, у него довольно ценный товар — мои же зелья, которые он перепродаёт по завышенным ценам. К тому же кто знает, что ещё может быть в его закромах?

Через паучков наблюдал, как основной состав пиратов уже перебрался на наше судно. Пара дюжин крепких мужиков в потрёпанной одежде. У каждого — по сабле и два пистолета за поясом. Они согнали часть экипажа в угол, капитан уже сдался, стоя на коленях с поднятыми руками. Тьфу, позорище! И этот корабль считается гордостью турецкого флота? Даже сопротивляться толком не пытались.

Из каюты выскочил Зафир, держа в руке изогнутый клинок. Его лицо исказилось от решимости.

— Я не пущу тебя одного! — гордо заявил мужик, глядя на меня с каким-то фанатичным блеском в глазах.

Что ж, если хочет сыграть в героя, пусть. Возможно, даже отвлечёт нескольких пиратов на себя, пока я буду готовить настоящую атаку.

— Как скажешь. Передай этому торгашу, что я согласен на сделку, если восемьдесят процентов будут моими.

Зафир быстро перевёл. Старик просиял, кланяясь и что-то тараторя на своём языке.

— Дедушка сказал, что у тебя хватка льва и ум орла. Ты убедил его расстаться с его же товаром, — хмыкнул Зафир, с явным уважением глядя на меня.

Но уже было плевать на старика и его комплименты. Я наблюдал за картиной наверху. Вот тебе и красивый кораблик, весь такой вычурный и милый. А солдат нет, орудий — тоже. Не думали они, что на них кто-то посмеет напасть. Даже простейших мер безопасности не предусмотрели.

Мы двинулись по коридору в сторону лестницы, ведущей на палубу. Корабль снова тряхнуло. Видимо, пиратское судно на волнах ударилось о борт. Дерево жалобно застонало под напором.

Торговец семенил за нами, что-то бормоча себе под нос. Наверное, молился всем своим богам, чтобы его товар остался цел, или пересчитывал потенциальные убытки. Зафир же, напротив, шагал решительно, сжимая в руке свой клинок так, будто собирался в одиночку справиться со всеми пиратами.

— Какой у нас план? — спросил шёпотом турок, когда мы почти поднялись.

— Внезапная атака, — я свёл брови на лбу и улыбнулся, чувствуя, как адреналин начинает разливаться по телу.

Пора доставать тяжёлую артиллерию. Пираты явно не ожидают серьёзного сопротивления. Даже если я их цель, русский дипломат, сопляк, что сделаю против бывалых морских волков?

Закрыл глаза и мысленно потянулся к одному из своих монстров. Ам, водяной медведь, откликнулся сразу, словно только и ждал моего зова.

«Значит, так, — начал я. — Те, кто в синем, их валим. Половина магов тебе, половина — мне. Веселишься от души, но корабль не трогай. Понял?»

«Папочка мой любимый! — замычал Ам с такой радостью, будто я предложил ему целую