Универсальный солдат II. Проект «Унисол». Книга первая. - Иван Владимирович Сербин

кабаке со странным названием «Взбесившаяся луна» Ти-Джея знали все. И, наверное, именно поэтому никто не пытался нарываться с ним на драку. Это могли себе позволить разве что новички, случайно забредшие сюда. Но таких, как правило, Ти-Джей задевал сам.

Он любил драться, считал хорошую драку отличным развлечением и получал от потасовок настоящий кайф. В сущности, когда-то Ти-Джей. был неплохим парнем. Но это было давно, и гигант уже успел изрядно подзабыть всё то хорошее, что когда-то жило в нём. По большей части потому, что хорошее только мешало ему существо­вать в своё удовольствие. Угрызения совести, как и все прочие человеческие качества, которые обычные обыватели называют порядочностью, ничего не стоят, когда срав­ниваешь их, по крайней, мере с одним ударом кулака. Ти-Джей уже усвоил правило: прав не тот, кто прав, а тот, кто сильнее.

Когда-то давно, лет двенадцать-пятнадцать назад, а может и больше, он тоже питал какие-то иллюзии отно­сительно справедливости. Но потом, со временем, всё больше и больше разочаровывался в своих прежних убеждениях. Сначала с недоумением, а затем и с любопытст­вом, он познавал истинную справедливость этого мира, в котором убийцы становились героями. Причем, чем боль­ше жертв было на их счету, тем большим вниманием и уважением они пользовались. Их мемуары моментально становились мировыми бестселлерами и раскупались мил­лионными тиражами. К ним было приковано внимание прессы. О них писали в газетах и кричали по телевидению.

Впрочем, он, Ти-Джей Хэлуэй, также удостоился вни­мания прессы. Вчера ему позвонила какая-то девчонка из«Лос-Анджелес таймс» и сказала, что готовит репортаж о «зелёных беретах» и в связи с этим хотела бы взять у него интервью. Ведь он принимал участие в настоящих боевых действиях, верно? Ну, вот и хорошо. Завтра вечером? Прекрасно. А где? Может быть... Ну, хорошо, хорошо... Значит, в семь, во «Взбесившейся луне». Отлично. Молодой человек согласился. Репортёрша казалась настроен­ной мирно, а Ти-Джей не знал, насколько обманчивы, бывают голоса. Одно его беспокоило: он не слишком-то хорошо умел облекать свои эмоции в убедительные лако­ничные фразы. В этом, собственно, и заключалась основная беда. Как раз поэтому, сидя на высоком табурете, Ти-Джей хлебал выпивку в надежде на то, что алкоголь поможет ему, немного раскрепоститься.

Народу в баре как всегда было не протолкнуться. Дым висел коромыслом. Поначалу репортёрша не хотела идти сюда, но он пообещал ей, что с ней ничего не случится. Он даже потом проводит её до дома. С таким парнем, как Ти-Джей, она может ничего не бояться. Она видела когда-нибудь его мускулы? Ему ничего не стоит отделать двух-трёх человек. А то и побольше. По крайней мере, вся шпана окраины знает и уважает его. Так что безопасность на этой территории он ей гарантирует. На таких условиях девчонка согласилась на предложенное им место встречи.

Ти-Джей одел самую лучшую свою рубашку, и даже потрудился выгладить брюки. Ему не хотелось выглядеть ублюдком в глазах миллионов читателей. Напротив, он думал о том, что если ему предстоит отстаивать честь «зелёных беретов», несомненно, самых крутых ребят в Америке, а может и в мире, он должен быть на высоте.

В бар Ти-Джей пришёл за полтора часа до назначенно­го срока. В основном, из-за того, что хотел успеть про­пустить стаканчик-другой до того, как девчонка появится и начнёт задавать свои вопросы. Его появление в чистой рубахе и отутюженных брюках вызвало целый взрыв при­ветственных возгласов, свиста и топота. Постоянные по­сетители знали и уважали его. От Ти-Джея за милю несло одеколоном «Олд Спайс», волосы были набриолинены и уложены аккуратной «шапочкой». Ни дать ни взять герой войны.

Впрочем, это было недалеко от истины. Героем-то он, может и не был, но в своем взводе считался одним из лучших. Он служил в корпусе «зелёных беретов» до тех пор, пока в жестокой драке не свернул шею одному из сослуживцев. Дерьмовому засранцу, нелестно отозвавше­муся о Ти-Джее как о мяснике. Впрочем, правота его слов подтвердилась ровно через полминуты, когда ублюдок валялся на земле с пустым, застывшим взглядом и баш­кой, вывернутой в сторону под неестественным углом. Сам факт убийства доказать было бы не так уж и сложно, но вмешалось начальство, которое не хотело неприятнос­тей на свою голову. К тому же, убитый оказался ещё и латинос, что, сами понимаете, тоже имело кое-какое зна­чение. Одним словом, для Ти-Джей дело закончилось вполне благополучно. Не считая того, что его выперли из армии. Выгнали пинком под зад без выходного пособия, а заодно и без права вторичной вербовки.

Этот момент своей биографии Ти-Джей переживал до­вольно болезненно. Особенно в последнее время. Ибо драминг-аут, выбарабанивание, позорное изгнание из армии, явно не вписывалось в его представления о собст­венной жизни. Он был настоящим образцом «зелёного берета», сильным, безжалостным, страшным. Поэтому считал, что на кое-какие вещи командование могло бы посмотреть сквозь пальцы. Но, что случилось, то случи­лось...

Сейчас Ти-Джей, облокотившись о стойку, отодвинул от себя пустой стакан и подмигнул бармену.

— Тим, налей-ка мне ещё одну.

— А не многовато будет? — бармен улыбнулся ему. — Всё нормально. Я в порядке, — Ти-Джей осклабил­ся.

Мышцы на его руках расслабились и татуированный орёл еле заметно шевельнул крыльями. Получив вторую порцию, Ти-Джей. отпил глоток и посмотрел на дешёвень­кие электронные часы, плотно обхватывающие его могу­чее запястье. Пять минут, как прошёл оговоренный срок. И хотя женщины, как по собственному опыту знал Ти-Джей, всегда были склонны опаздывать, в данный момент он почувствовал волнение и досаду.

«А что, если она не придёт?» — вдруг подумал парень.

Он даже испугался подобной возможности. Чёрт, уже почти весь их блок знает, что сегодня у него будут брать интервью для «Лос-Анджелес таймс». Где же она, девчон­ка-то? Чёрт побери, если она не придёт, над ним будет потешаться весь бар. Но тогда уж пусть дерьмовая репор­тёрша помолится. Он отыщет эту чёртову суку и самолич­но свернёт ей шею.

Молодой человек отхлебнул ещё глоток и смахнул капельки, повисшие на верхней губе.

— О’кей, — пробормотал он. — Ещё пять минут.

Жар приятной волной прокатился по могучему телу. Ти-Джей взял со стойки салфетку и, запустив руку под рубашку, вытер пот с груди.

— Ну, давай, давай, давай, появись же, — пробормотал он себе под нос.

Ни бармен, никто из окружающих этого не слышал. Ти-Джей, конечно, старался сделать беспечный вид, вроде того что ему совершенно побоку, появится эта девчонка или нет. Её проблемы. Но на самом деле все понимали, что это совершенно не так. А