Фаэтон: Планета аномалий 4 - Вячеслав Иванович Соколов

— Да, милый, да… — ехидно улыбается то ли Тася, то ли Фася. Вот ведь имена.

— Ты молодец, сын, хорошо справился, — на плечо опускается тяжёлая рука.

— И тебе здравствуй, Всеслав, — отвечаю.

— Вообще-то можешь и отцом называть, — улыбается бог, который тоже соизволил явиться. — Я, кстати, ненадолго. Меня, конечно, аура портала немного маскирует, но не стоит лишний раз рисковать. Внучка, рад тебя видеть! — Всеслав распахивает руки для объятий.

— Дедушка? Симаргл? — неуверенно переспрашивает Шериф.

— Да. И так меня тоже звали!

— Дедушка-а-а-а-а! — Лиза бросается на грудь Всеслава. — Я так молилась. Я верила!

— Ты умница, моя хорошая, — бог бережно обнимает Лизу и счастливо улыбается. — Потерпи, скоро познакомлю тебя с бабушками. К сожалению, сюда их провести пока нельзя. Кстати, у меня для вас ещё одна радостная новость.

— Кроме той, что я скоро шесть раз стану бабушкой, — Шериф изображает фейспалм.

— Да, — кивает Всеслав, — ребятишек будет не шесть, а семь.

— Что? — подскакивает Мажор. — У кого-то двойня?

— Нет, — отмахивается бог, — просто твой друг и мой сын, — тычет пальцем в меня, — тоже скоро станет папой.

— Что? — Шериф двумя руками хватается за свой живот. — Я?

— Увы, но нет. Она! — и указывает пальцем на Гнару.

— Я? — полугнома, повторяя жест Лизы, прикасается к своему животу. — У меня будет ребёнок? — счастливо улыбается.

— У вас будет ребёнок, — довольно скалится Всеслав, подмигивая мне.

— Так, погодите, — вмешивается Мажор. — Это всё хорошо. Я, конечно, поздравляю тебя, братан, но я не понял: мама, что это было?

— А что? — изображает удивление Лиза.

— Мама, я не слепой и не глухой. Я не понял: ты что, мою маму… Это… — трёт между собой указательные пальцы. — Ты совсем обалдел? Тунгус, это же моя мать! Как ты мог? А ещё друг называется!

— Так, а ну успокоился! — между мной и Мажором встаёт Шериф, упирая руки в бока. — Не напомнишь ли мне, кто такие Леофаста и Теофаста?

— Да причём тут это? — возмущается Мажор. — Это было до того! — вскидывает палец вверх.

— И как давно? — приподнимает бровь Шериф. — Учитывая, что животиков я у девочек пока не замечаю. Значит, недавно. А после всего произошедшего ты на этих богинь тупо обиделся! Так что не надо мне тут. И вообще, Тунгус меня из такой задницы вытащил, что если бы я ему не дала, — тычет сына в грудь пальцем, — да я бы себя уважать перестала.

Красавица блондинка делает шаг назад и гордо, выпятив грудь вперёд, интересуется:

— Или ты хочешь сказать, что у него были шансы устоять передо мной? — и, погрозив сыну пальцем, предупреждает: — Вот сейчас хорошо подумай, прежде чем ответить.

— Да в курсе я, — отмахивается Егор. — Но ему, значит, ржать можно, что у меня сразу шесть беременных баб, а мне, значит, его постебать нельзя? — тоже опирает руки в бока, нависая над матерью, и вдруг зло выплёвывает. — От этой задницы, из которой Тунгус тебя вытащил, завтра к утру останется только мелкий щебень и пепел…

— Да! Даёшь геноцид! — вскидывает руку вверх Балагур.

— Нет, — жёстко отрезает Шериф.

— Спокойно, мамуля, это безопасно, — машет перед собой рукой Мажор. — Мы просто разбомбим их к чёртовой бабушке.

— Разбомбите?

— О-о-о, да-а-а… — Егор чуть поводит плечами, и за его спиной появляются крылья. — Ночное бомбометание. Пух, малыш, ты как? Участвуешь?

— Рауф!

— Сказала нет, — притопывает ногой Шериф.

— Да что не так-то? — возмущается Мажор.

— Во-первых, летать на Фаэтоне опасно, там, знаешь ли, аномалии блуждают, — указывает пальцем вверх Шериф.

— Эти, что ли? — Егор тоже показывает пальцем вверх. — Да их там всего две штуки, сомневаюсь, что над городом сильно больше. Листик, вот скажи мне, у нас хватит бомб, чтобы сравнять с землёй город?

— Ну, это смотря какого размера, — трёт подбородок Антошка. — Надо посмотреть. Так-то, если что, у меня всего триста тысяч зарядов.

— Ну вот, — вскидывает ладони вверх Мажор. — И я тоже подготовился, прикупил немножко на всякий случай. Правда, не триста тысяч, а всего восемьдесят.

— Эм, и у меня шестьдесят, — откликается Марат-Хан.

— А у меня всего двадцать, — шаркает ножкой Тихоня.

— У меня сорок.

— А я всего десятку прикупил.

— А меня почему со счетов сбрасывают? — вылезает вперёд сисястая Мальвина и, сдув чёлку, рубит перед собой воздух ребром ладони. — Тут плохие люди обидели маму моего братика! Мою сестрёнку по сиськам! Всё, мстя моя будет страшна! Так что, у меня при себе девяносто тысяч бутылочек огненного алхима. Это… Напалм короче!

— Так-то я тоже запаслась…

— И я…

— И у меня семь тысяч… — подключаются остальные девчонки.

Короче, как оказалось, все присутствующие запаслись на Эдеме просто гигантским количеством всевозможных гранат и бомб. Причём не ставя в известность друг друга. Они даже умудрились этими закупками довести планету до того, что цены на взрывчатку возросли в два раза…

— Да вы охренели, — выпучив глаза, машет руками Шериф. — Вы же маньяки какие-то.

— Не правда, — гордо выпячивает грудь Балагур. — Мы хорошие, просто очень мстительные.

— Да откуда вы вообще узнали… Кто? — зло смотрит на Всеслава Шериф.

— Я тут ни при чём, — разводит руками. — Но ты учти, у Хель тоже не было выбора. Твой сын мёртвого заболтает.

— Ну хорошо, — Лиза смотрит на Егора. — Но зачем ты о моём позоре всем разболтал?

— Не всем, — машет башкой Мажор. — Только своим. И прояви уважение, они имеют право на месть.

— Даёшь геноцид в одном отдельно взятом бандитском городе! — вскидывает кулак вверх Мальвина.

Эпилог

Эх… Врать не буду, хотелось бы поведать вам о том чувстве глубокого удовлетворения, когда ты стоишь среди развалин бандитского города и только пепел разносится ветром.

Но увы. Лиза упёрлась рогами в землю и наотрез запретила устраивать геноцид:

— Как вы не понимаете, там же, кроме бандитов, есть и простые люди, ни в чём не виноватые. Вот какое право голоса имеет раб? А ты хочешь прийти и убить его просто за то, что он оказался слабым или ему не повезло оказаться в плену у бандитов.

— Предлагаешь понять и простить? — зло цедит сквозь зубы Мажор. — А может, пойти на приступ и положить своих людей?

— Нет. Но и так нельзя. Поверь, я ненавижу бандитов всей душой, но и просто позволить убивать людей не могу.

Ох и спорили мы в тот вечер, сидя за большим столом. Но в результате внезапно пришли к консенсусу. Бандитов размотать надо. Но грамотно. Ведь понятно же, что живут они с простыми людьми по разным районам.

То есть бомбить надо, но в определённых местах и в отведённое время. Желательно в какой-нибудь праздник, когда бандитов побольше набьётся в