Революция - Владимир Викторович Бабкин

Ладно, что уж посыпать голову пеплом. Теперь главное найти ей правильного мужа, да такого, чтобы его интерес был на стороне интересов России, ибо я не желаю, чтобы ум Маши работал против нас.

Является ли это тайной? Нет, конечно. Это Двор, а не пансион благородных девиц, тут все всё про всех знают и личных тайн практически нет ни у кого и ни от кого. Конечно, все знали о моём поражении в битве с Синодом, и, прямо скажем, очков мне это не добавило. Теперь многие гадали, как это отразится на самом Синоде и его членах. То, что я не забуду эту оплеуху, никто не сомневался. И зная меня, многие прогнозировали весьма долгую и утончённую расправу с моей стороны.

Нет, мстить я не буду. Глупейшее и мелочное занятие. Никому ничего не забуду — это да. Но, я не граф Монте Кристо чтобы мстить просто ради мести, в какие бы благородные одежды эта месть не рядилась. Я живу на белом свете уже сто пятьдесят четыре года и научился сдерживать свои гнев и ущемлённое эго.

Понимали ли иерархи, что за мной будет ответный ход и им прилетит от меня? Конечно, они там все опытные интриганы, а не юнцы со взором горящим. И, да, они внимательно следят за ситуацией во Франции и вокруг неё, и считают, что я не решусь на этом фоне на жесткие меры. Не пожелаю, так сказать, ради Маши «раскачивать лодку».

Это их ошибка, всё сводить к моей обиде по поводу Маши. Я не забуду сие, но дело уже не в ней. Я не могу просто сделать вид, что ничего не было. Митрополиты мои стоят за Слово Христово? А в части обращение в Святую веру тех же индейцев разве что мух не ловят!

Естественно, поскольку Церковь финансировалась государством, то и выплаты контролировал я. Они могли запаздывать по «независящим причинам». И обер-прокурор Священного Синода был моим человеком. И вопрос восстановления патриаршества был вдруг отложен на неопределённый срок. Но, это так, мелочи для тонуса. А вот дальнейший отход от строгостей «Елисаветинской религиозной политики» в свете творящегося в мире не обрадует моих митрополитов серьёзно. Буддистам я еще в шестидесятые послабления сделал (помогли мне тогда сильно в Крыму ойроты). А вот что мусульманам новых мечетей строить нельзя — несправедливо. Да и зажимать старообрядцев бегущих от нас в туже Померанию или в Семиречье к казакам Зарубина совершенно неправильно, особенно в годы экономического роста. Может старообрядцам-единоверцам их собственного архиерея дать? Очень уж они своего епископа просят.

А пока мы с Николаем и Машей на полигоне. Тут много всего интересного. Даже для меня, да и для Маши тоже. Про Колю и говорить нечего, взор так и горит жадным пламенем восторга.

Пока нашему вниманию испытания манёвренности паровых грузовиков для перевозки грузов и личного состава. С броней и без. На колёсах и на полугусенницах. Как называли бы эту компоновку при Николае Втором — системы Кегресса. Передний мост управляет поворотом всей тележки, а гусеницы обеспечивают проходимость и сцепление с грунтом. Гусеницы — самое слабое место всей конструкции, ибо рвутся и слетают постоянно. Не хватает нам технологий, опыта, и нужных материалов. Так что, если до требуемых позиций доезжает максимум половина, то это уже хорошо, а про движение по пересечённой, изрытой воронками да траншеями местности, и говорить не приходится. Может лет через десять-пятнадцать, к Первой Мировой войне, мы и доведём до ума эти системы. А может и не успеем. Хотя задел у нас хороший и технологическая база тоже лучше, чем у прочих.

И, в отличие от времен реальной моей той Первой Мировой, Россия сейчас обладает куда большими производственными, технологическими и квалифицированными кадровыми ресурсами, чем в моей реальности.

Почему я называю предстоящую войну Первой Мировой?

По ряду причин. Уинстон Черчилль отнюдь не просто так называл Семилетнюю войну Нулевой Мировой. Сражения шли по всему миру, и на суше, и на море. Войны, которые привычная мне историография называла Наполеоновскими, на самом деле носили все признаки мировой войны, в привычном мне и моим прошлым современникам понимании.

Да, Семилетняя война у нас стала Пятилетней. Да, Наполеон Бонапарт сейчас на русской службе. И вполне может случиться так, что его военный гений сойдётся в сражении с французской Великой армией. Необязательно где-нибудь под Бородино. Европа большая, а пускать французов на коренную территорию России совершенно незачем. Меня те же Аустерлиц или Лейпциг вполне устроят.

В любом случае, мы готовились к большой войне.

По существу, все (или почти все) признаки эскалации перед Мировой войной сейчас налицо. Первая антифранцузская коалиция распалась. Но идет непримиримая борьба идей. Монархии дружат по поводу вражды с республиканской Францией. Но революция расползается. У неё много доброжелателей в Европе и число клиентских французам республик расширяется. Среди монархов единства нет. Не только Селим III смотрит на действия Директории благосклонно. Туркам всеевропейская резня только на пользу. Многие германские князьки, как выгоднее под Париж лечь примеряются. Их можно понять. Они маленькие. Их и так все кому ни лень имеют в виду. Но, ни меня, ни Испанию, ни Австрию, ни Англию гегемония Франции в Европе не устраивает. При этом каждая из Великих держав действует исходя из своих интересов. В ближайшие годы будет идти постоянный пересмотр договоров и обязательств, формирование и распад «коалиций», экономическая война через всякие блокады, ограничения, пошлины и прочие меры. Новые образцы вооружений разрабатываем не только мы. В стычках в Европе и колониях эти образцы и новые военные тактики непрерывно отрабатываются. Экономики переводятся на военные рельсы. Если все хотят войны, то она неизбежна. Благовидный повод найдётся всегда.

Россия напрямую не участвует в замятне соседей с Францией. В коалиции против революционной Франции официально от нас только Пруссия участвует. Да и то, больше на словах. Риксдаг может и проголосовал, но пока я там Верховный Главнокомандующий. А я никуда не спешу.

То, что дофин у нас, якобинцы не узнали, а Директория не сильно по этому поводу бесится. От желающих использовать в своих играх юного и некоронованного ещё, мы Людовика XVII ограждаем. То, что он не коронован, не значит, что он не король. Он король автоматом — сразу после: «Король умер. Да здравствует король!» На этом построена система наследования. У нас, кстати, тоже. Если со мной не дай Бог что, то Миша автоматически становится Императором Михаилом Вторым. А если с нами обоими что случится, то на Трон