Изменяя космос - Лисса Мун

Девушка помолчала. Я обошла стол со встроенными панелями и вызвала на экран информацию по Замирону. Снова пробежала глазами строчки технической инструкции. Вернулась к описанию. Была какая-то нестыковка. На уровне ощущений, что-то настораживало, будто глаз цеплял из текста шероховатость.

– Знаешь, – медленно начала Эвита. – Мы ведь только выполняем задания. На благо цивилизации. Все что происходит – естественно. А стажеры часто сомневаются. Это нормально и правильно, Лика.

– Не надо нравоучений, Эвита. Кто решает, что именно правильно, а что нет? –я глубоко вдохнула, но не дала ей ответить. – Знаешь, за все время, что я провела в Конфедерации, я поняла самое главное: нет плохого и хорошего, нет правильного и неправильного. Есть только, как это для меня. Не бывает одно и то же событие для всех одинаково. И именно вы все научили меня этому. А теперь ты пытаешься сказать, что разорвать на куски живой мир – великое благо? Для кого?

– Для цивилизации, – лишь повторила Эвита. – Откуда ты прилетела на Эллион?

– Издалека, – пространно ответила, вспомнив о конспирации.

Хотя, кому она нужна? Разве мне? Что такого случится в масштабах этой самой цивилизации, если коллеги из Гильдии некромантов узнают, где я выросла?

– Единственная цель воплощения – эволюция духа, – заявила Эвита поучительным тоном, будто разжевывая малому дитя школьную программу. – Расселиться, занять все пространство, получать новые чувства и эмоции, проживать новый опыт. Для этого высшие создали наши тела. Для того же мы видим материальный мир. Чтобы сознание, которое прежде не знало этих ощущений развивалось. Распространялось во все уголки Вселенной, переплеталось, вибрировало в унисон. Но нужны условия. Мы их создаем. Это главная задача воплощения некроманта. Смысл жизни в теле с зелеными глазами.

– Оу, – протянула я, ведь если над поиском этого самого смысла на моей родной планете бились тысячелетиями, то тут его давно нашли, причем интерпретация почему-то разнилась. – А у Замирона значит смысла выжить нет?

– Значит нет, – припечатала Эвита.

И почему я решила, что девушка похожа на фею? Теперь она напоминала недокормленную кошку. Ядовитую на кончиках когтей, слепо привязанную к хозяину за миску пустых консервов.

Кто дал нам право решать, кому положено жить во вселенной? Неужели и тут, в высокоразвитой продвинутой, да к тому же мирной цивилизации нацизм застелил глаза не только правящим семьям, но и всем некромантам? Неужели могучая сила в руках давала право использовать ее, ни с чем не считаясь? Отметая здравый смысл? Отметая чувства, на которых тут вроде как все построено? Заперев на замок достоинство и честь?

А я ведь так хотела верить в разумность наших человеческих собратьев! Видела перед собой процветающее общество. И мне казалось, что они поняли все. Все до конца. Зная, как устроен мир. Чувствуя, как дышит Вселенная. Сознавая закономерности всего сущего. Разве могли они не разуметь, что творят?

Разве не видели все эти голубоглазые правители, к чему ведет геноцид?

Нет, не поверю ни на миг, что, действуя из страха, они складывали ровную мостовую в светлое будущее! В страхе нет правды!

Прикрываясь громким девизом «мир безопасен», они двигались напролом по костям чуждых созданий. Пытаясь защитить от мнимой угрозы сограждан, уничтожали на пути свою же собственную человечность.

Разве представлял хоть кто-то реальную угрозу просто будучи другим? Разве не могли бы мы с ними просто договориться? Как же торговля? Она действительно осуществлялась? Или видимость мира требовала красивой сказки?

Как же сильно я ошибалась, решив, что голубоглазые возомнили себя лучше других! Все оказалось гораздо серьезнее – вселенских масштабов. Сколько фантастических фильмов пугали вторжениями инопланетян! А теперь я видела захватчиков в своих соплеменниках.

Просто стереть, не оставив права на выбор. Просто расщепить на кванты. Просто решить, что так для них лучше.

Да, на Земле тоже случалось подобное. Особенно в последнее время, каждый считал своим долгом принудить к чему-либо несогласных. В пределах нашей колонии это и то казалось страшным. Недопустимым.

В безграничном космосе – я потеряла способность ясно мыслить.

Вот, что произошло с Валериэнусом, который отказался убивать рептилоидов, лишившись места в Конфедерации. Ему пришлось сбежать на далекую планету, подальше от высокомерного Правителя. Но там все оказалось таким же. Подгнившим. В отсталой колонии все созвучно резонировало высокоразвитой мирной цивилизации.

– О, Боги!

– Что? – не поняла Эвита.

– Арий! – я ринулась к двери, чувствуя, что меня просто наглым образом отвлекли. – Он же там творит! Натворит сейчас такого!

– Лика! – только и услыхала я вдогонку. – Так надо!

Я ворвалась на мостик и, не сбавляя хода нырнула к панели, заставляя опуститься круглую платформу с Арием. Ноздри на горбатом носу некроманта нервно трепетали, зеленые глаза метали молнии.

Но даже не поднимаясь наверх, я уже знала, что опоздала. Я вторглась в новую реальность, словно очутилась в летнем сарафане под колючей метелью. Необратимые изменения навсегда стерли неповторимый облик Замирона. Растоптали чуждую человеческому восприятию жизнь, пусть и без проблесков привычного нам сознания.

Слезы застилали глаза, жгли горло, расплавленной лавой разливаясь в груди. Тягучая тишина обволакивала черепную коробку изнутри, выстилала ушную раковину, будто медленно заворачивая каждый миллиметр моего тела в матовую пленку.

Тишина. Абсолютная. Мертвая.

Информационная плотность планеты растворилась в космической неопределенности, впиталась в губку темной материи.

А моя горечь впитывалась в водолазку, превращая сочный крапивный цвет в выжженное поле.

Сзади подбежала Эвита. Я не увидела, но ощутила присутствие девушки и растерянный взгляд, который она бросила на Ария.

– Наверх, – скомандовал тот.

И вот мы снова лицом к лицу с огромным шаром. С тусклыми облаками. С ледяной голубизной морей, пробивающейся сквозь пар.

– Работаем, – низкий голос некроманта словно отскакивал от голых стен, продолжая раскатисто звучать в голове.

Механические движения моих собственных конечностей обескураживали подернутый дымкой разум. Но бессмысленность дальнейшего сопротивления подталкивала подчиниться.

Глава 17

Обратный путь в столицу Конфедерации я провела словно в тумане, отказываясь мириться с открывшимися реалиями. Если до этого мне мерещилось, будто попала я в веселую сказку полную приключений, то теперь розовые очки разбились миллиардами мелких брызг.

И был ли смысл страдать, переживая, что мир не оправдал моих собственных ожиданий?

Скорее всего стоило обратиться к мудрости, которую мне столь тщательно преподавали, и понять, что Вселенная говорила со мной таким странным образом. Что все вокруг происходило для меня, дабы научить чему-то важному. Но мне хотелось просто завернуться с головой в мягкий плед и спрятаться в каюте.

И если после Ниры и Коры во мне кипела энергия, работа на