Война 1 - Сергей Садов

Элайна тихонько рассмеялась.

— Ну да, соглашусь, подозрительно, когда пчёлы начинают бастовать против мёда. У нас на эту тему с отцом было много споров. Я ему рассказывала про мир близнеца, где всё это уже было…

— Я помню, ты говорила, что мир твоего близнеца в развитии ушёл дальше нашего, — вспомнила Альвира. — Можешь хотя бы приблизительно прикинуть на сколько?

Элайна задумалась, что-то прикидывая.

— Лет так на восемь… — сделала паузу и закончила: — сотен.

Леодрик поперхнулся и закашлялся.

— Да уж… Даже жаль, что ты не можешь ничего рассказать.

— Поверь, жалеть не стоит, — нахмурилась Элайна. — Некоторые идеи могут оказаться разрушительней иного оружия… Кстати, знаете, что я заметила? С возрастом я могу всё больше и больше про тот мир рассказывать. Когда была маленькая практически ничего не могла, а сейчас… кое-что получается. Видимо, когда я начинаю понимать, что не всякую гадость можно тянуть в рот, тогда мне дают больше занимательных игрушек.

— Мне всегда нравились твои сравнения, — хмыкнул Леодрик. — Но я всё равно не понял, что именно тебя заставило в том знании помогать мне.

— Потому что процесс централизации власти — естественный процесс, который будет проходить везде… Или государство исчезнет. Выживут только те, в которых будет сильна центральная власть. В Лакии — это король. В Карске — совет дожей. Вторжение гарлов подкинуло аргументов в мой спор с отцом, и он действительно задумался. А угрозы будут возрастать с каждым годом. Гарлы — не единственная. Империя вот плетёт какие-то интриги в сторону наших владений в Северной Итали.

— Вот оно как, — Леодрик с непонятным выражением уставился на Элайну. — И ты готова вот так сдать привилегии герцогского дома?

— Конечно, не просто так, — мотнула головой девочка. — Я буду торговаться не хуже купца. Нужно просто разделить важное и внешнее. Как маркиза Райгонская я не могу одобрить политику твоего отца, но как человек, заглянувший в будущее, пусть даже иного мира, понимаю необходимость такого.

— И ты предлагаешь мне участие в твоей авантюре?

— А в чём авантюра, Ваше Величество? Что вы теряете? К тому же вы так сопротивляетесь, будто сами не хотите помахать мечом и размяться.

— И этим я завоюю популярность? — недоверчиво поинтересовался Леодрик.

— Одним этим нет, — качнула головой Элайна. — Это просто приятный для тебя бонус.

Альвира рассмеялась и покосилась на мужа, признавая правдивость слов.

— Да, помахать мечом он любит.

— Как и мой старший брат, — поморщилась Элайна, явно не одобряя этого. — А им для успешного правления надо изучать совершенно другое. Хотя бы книжки исторические почитать. Ещё философию не помешает изучить. Поможет избежать многих ошибок. Ну да ладно. Главное в этом не махание мечом, а как ты себя поставишь, как покажешь себя всем. Как поведёшь себя после победы, как после поражения. Это самое главное. Как тебя запомнят.

— И ты можешь меня этому научить? — недоверчиво спросил король.

— Я слышала, — медленно заговорила Альвира, не спуская глаз с Элайны, — что когда ты покидала Тарлос, то тебя провожал весь город, а многие плакали… Говорят, там многих вновь рождённых девочек называют Элайной…

— Весьма польщена, — хмуро буркнула Элайна. Помолчала. — Мне это приятно, но это создаёт лично для меня кучу проблем. Я не ставила такой цели, просто выполняла свой долг, как считала правильным. В результате с братом теперь натянутые отношения.

— Надо думать, — согласился король, о чём-то задумавшись. — И ты предлагаешь мне что? Перенять твой опыт?

— Это приведёт к обратному результату, — мотнула головой Элайна. — Не надо ничей опыт перенимать. Надо подумать, в чём вы сильны, а также усвоить некоторые моменты, которые делать ни в коем случае нельзя. Как пример, нельзя обижаться на проигрыш. Хотите, чтобы вас уважали — уважайте своего противника, кем бы он ни был. Но можно заявить, что король не может проиграть каким-то там новикам… Вы не проиграете, они уловят этот момент, но поставьте себя на их место. Чтобы вы подумали о таком монархе?

— Мнение было бы не очень лестным, — согласилась Альвира и покосилась на мужа.

— Умение проигрывать — одно из главных, как я считаю. Ну и остальное. — Элайна снова огляделась. — Но это стоит обсудить в другом месте, не тут. Слишком большой разговор получится, мы не успеем. Но одно могу сказать — играть не надо. Надо сделать это частью характера, работать над этим. Желать стать именно таким, каким себя видишь. Не прятаться от своих недостатков, а знать их и работать над их исправлением. Игру почувствуют. Не стоит людей за идиотов держать. И тогда всё это приведёт к обратному эффекту.

— Но завоёвывать авторитет у новиков, — с сомнением протянул король.

— Есть такой вредный тип, который даже жениться на мне хотел. Лат его имя. Верховный вождь гарлов, объединитель племён и тому подобное. Когда стало, возможно, я постаралась узнать про него всё. В самом начале у него не было популярности даже в своём племени. Он не считался фаворитом в гонке за… не корону, конечно, какая там у них корона. Не знаю, что там вождю вручают, меч может. В общем, единственные, на кого он мог опереться — это его друзья. Тех, кого приставил к нему отец. Но они были преданы ему и шли за ним, даже когда казалось, что он проигрывал. Среди них Лат пользовался огромным авторитетом, который завоевал с детства. Если бы у Лата не было на кого опереться, он бы не достиг таких вершин. Начните с малого, Ваше Величество. Соберите вокруг группу, преданную лично вам, группу, которая идёт за вами не потому, что вы король, а потому что уважает вас.

Видно было, что Леодрик всерьёз задумался над этими словами. Сначала слушал с привычной улыбкой на очередные высказывания Элайны, но, как обычно, эта девчонка умела в такие вот шутливые фразы вложить очень глубокий смысл. Это понимаешь, когда ближе её узнаёшь. А остальные… Ну остальные всё воспринимают как чудачества избалованной дочери герцога, а потом рассказывают истории как очередной анекдот.

— Авторитет, говоришь?

— Только не стоит путать фальшивый и настоящий, — заметила Элайна.

— А как отличить? — поинтересовался король, вроде даже искренне.

— Сами должны чувствовать… Ну или жизнь покажет. Если они