Герой на полставки (Genshin Impact) - Мистер Ву

момент. В конце концов, у древнего бога могла быть шизофрения похлеще моей. Хотя я-то вообще не местный, для меня всё это окружение до сих пор порой выглядело как декорации 2D гача-помойки.

— Слушай, а у тебя как-то резко поменялось поведение, — негромко произнес я, поравнявшись с бывшим Архонтом. — Пять минут назад ты рассуждал о геноциде как философ, а теперь снова включил режим владыки.

— Ты заметил? — Декарабиан даже не повернул головы, его шаг оставался идеально ровным, несмотря на колдобины под ногами. — Да, я пытаюсь репетировать свое прошлое поведение. Не гоже бывшему Богу Бурь выглядеть потерянным в глазах смертных и других Архонтов, гордость, прагматизм и абсолютная непоколебимость.

Он наконец опустил на меня свой светящийся бирюзовый взгляд, от которого по спине пробежал холодок.

— Тебе тоже стоит этому научиться, Странник, стоит сделать взгляд тяжелым и неподвижным, без гнева и страха… Лишь с усталостью и уверенностью существа, пережившего слишком много битв, чтобы впечатляться очередной угрозой. И тогда этот мир заиграет для тебя новыми красками, а враги будут сдаваться еще до обнажения клинков. Только сейчас, после преобразования, будучи всего лишь осколком былого величия, я понял одну единственную, по-настоящему правильную вещь…

— И какую же? — я с любопытством склонил голову набок, уворачиваясь от низко висящей ветки.

— Большинство бурь в этом мире никогда не происходят снаружи, — его взгляд скользнул к далекому, темному горизонту, за которым скрывались горы. — Они рождаются здесь.

Он изящно коснулся длинными пальцами в черной перчатке собственной груди.

— Люди боятся войн, чудовищ, гнева богов и природных катастроф, но чаще всего их ломает не внешний враг, их ломают сожаления. Страх сделать шаг и потерять то, что уже объективно обречено на потерю, в прошлом именно это и погубило меня. Мой страх за людей заставил меня возвести стены урагана, я думал, что спасаю их тела, но задушил их души, а сейчас же…

Он сделал паузу, и на его губах появилась тонкая, искренняя улыбка.

— Сейчас же у меня нет сил, и парадоксально, но именно теперь я чувствую себя по-настоящему свободным, я больше не пленник собственных иллюзий.

Я шел рядом, переваривая эту внезапную порцию тысячелетней мудрости, деда прорвало на философию, а ведь звучит логично. И как-то слишком глубоко для ночной вылазки за долгами.

— Как поэтично! — раздался спереди всхлипывающий голос Венти, зеленый бард вытирал невидимую слезу. — Старик, если бы ты говорил такие речи две тысячи лет назад, мы бы, может, и не стали тебя свергать! Я бы даже написал про это балладу!

— Если бы ты две тысячи лет назад меньше пил и больше слушал, элементаль, мы бы вообще избежали многих проблем, — парировал Декарабиан, мгновенно возвращаясь к своему образу надменного аристократа.

— Разговоры отставить, — сухо бросил идущий впереди Дилюк, он остановился у неприметной калитки, вмурованной в толстую городскую стену. — Мы на месте. За этой дверью — утес, выходящий к Сидровому озеру, там вас никто не увидит. Вызывайте свою чешуйчатую карету и проваливайте, пока патруль не сменился.

Мы вышли на продуваемый ночным ветром скалистый уступ, луна серебрила водную гладь, а вдали виднелись очертания Драконьего Хребта. Венти прокашлялся, достал свою лиру и взял несколько звонких, переливающихся аккордов, которые разнеслись далеко над озером, магия Анемо закружилась вокруг него бирюзовыми искрами.

Ждать пришлось недолго, буквально через пару минут ночное небо заслонила колоссальная тень, раздался оглушительный рев, от которого завибрировали камни под ногами, и на уступ с тяжелым стуком приземлился Ужас Бури. Шестикрылый дракон сияющий лазурной энергией, опустил свою массивную голову, обдав нас порывом ветра.

— Венти… — пророкотал дракон, его голос резонировал прямо в груди. — Ты звал меня? И… Странник, рад видеть, что ты жив, после встречи с восьмой…

— Привет, большая ящерица, — я помахал ему рукой, даже не вдаваясь в подробности, откуда он знает про битву с Фатуи. — Подбросишь до Ли Юэ? Тут дело государственной важности.

Двалин уже собирался согласно кивнуть, как вдруг его огромные, светящиеся глаза сфокусировались на фигуре, стоящей чуть позади меня. Дракон замер, воздух вокруг него мгновенно наэлектризовался, шерсть на его загривке встала дыбом, а из пасти вырвался угрожающий рык, обнажив зубы размером с двуручные мечи.

— Ты... — голос был очень подозрительным, он был готов к атаке. — Убийца драконов и тиран…

Декарабиан спокойно поправил меховой воротник, абсолютно не впечатленный тем, что на него сейчас нападёт дракон размером с многоэтажный дом.

— Я смотрю, манеры у вас, ящериц, тоже не эволюционировали, — холодно заметил бывший тиран. — Да, это я, а теперь опусти крыло, животное, нам нужно лететь.

Чтобы ничего дурного не произошло и эта чешуйчатая гора мышц не решила устроить нам здесь локальный армагеддон в отместку за своего предка, я решительно шагнул вперед.

— Эй, Двалин, дружище, наклонись-ка на секунду, — позвал я, делая успокаивающий жест руками.

Ужас Бури недовольно фыркнул, выпустив из ноздрей струйку пара, но послушно опустил свою массивную рогатую голову на мой уровень. При этом его огромные, светящиеся глаза ни на секунду не отрывались от невозмутимой фигуры Декарабиана, дракон смотрел на него так, словно прикидывал, с каким соусом этот аристократ будет вкуснее.

Я прикрыл рот ладонью, придвинулся к самому уху, Двалина и зашептал самым заговорщицким, зловещим тоном, на который только был способен:

— Слушай сюда, большая ящерица. Если этот дед с манией величия хоть что-то выкинет… Если он хотя бы попытается… Ты понимаешь, да? Ты его просто хрясь! А потом, если что, сразу ПУФ! А если он вообще берегов не увидит и начнет делать то самое, и даже ЭТО, то ты его без лишних разговоров фигак об скалу! А после чего — контрольный ПУФ! Понял меня? Карт-бланш на насилие в случае форс-мажора!

Я говорил это с таким энтузиазмом и активно жестикулировал свободной рукой, что результат превзошел все ожидания. Глаза Двалина радостно вспыхнули. Огромный, шипастый хвост Ужаса Бури, способный одним ударом снести городскую стену, неожиданно забился по камням утеса с такой скоростью и энтузиазмом, словно передо мной стоял не древний элементальный дракон, а добрейший золотистый ретривер, которому только что пообещали сахарную косточку и прогулку в парке.

— Я согласен везти вас! — громогласно и на удивление бодро заявил дракон, выпрямляясь и подставляя нам свое широкое крыло в качестве трапа.

Венти, стоявший неподалеку с лирой в руках, непонимающе похлопал своими огромными бирюзовыми глазками. Он переводил взгляд с радостно виляющего хвостом дракона на меня, явно пытаясь понять, какую магию я только что применил. Декарабиан же, напротив, улыбнулся еще шире, его тонкая, аристократичная улыбка стала откровенно хищной, он плавно